Второй шанс на рассвете - Сова Люськина

Ринет нахмурился.

— Но если вы не будете пить кровь… Как вы выживите? Как поддержите свои силы?

— Будем брать у других, — ответил спокойно Эмерс. — К западу от нас живет другой народ. Заключим с ними договор. Предложим им ценное взамен на то, что нам необходимо.

Ринет недоверчиво приподнял бровь.

— Но что? Что мы можем им предложить, чего у них нет?

Эмерс на мгновение замолчал, взгляд устремился в мерцающий огонь лампы. Пламя танцевало причудливые тени на стенах, отражаясь в его глазах, где сейчас бушевала напряженная работа мысли. Каждый ждал решения.

— Силу, — наконец произнес он.

— Думаешь, они согласятся? — спросил Альтек, не скрывая тревоги.

— Никто еще не устоял, — ухмыльнулся Эмерс. — Тем более нам надо понять, как жить с этим проклятьем. Жить, а не влачить существование в страхе.

Все закивали, соглашаясь со своим новым предводителем. В их глазах появилась надежда. Они верили в него, видели в нем силу, способную вывести их из тьмы.

— Теперь понятно, почему Крисан держал тебя всегда подле себя, — Ринет улыбнулся. — Все считали тебя трусом, прячущимся за его спиной, но у тебя холодный рассудок, и ты просто хочешь жить в мире. Ты силен! Силен не мечом, а мудростью.

— Приходится, когда надо собрать воедино разбитое, — тихо ответил Эмерс.

— За Эмерса! — дружно подхватили все.

Голоса звучали громко и уверенно, словно клятва верности.

После совета Эмерс направился к месту захоронения. Луна безмолвно наблюдала за ним. Душа рвалась наружу, наполненная болью и скорбью, когда он подошел к еще неутрамбованной земле и огромному жертвенному камню.

— Элая, — прошептал он, склоняясь над могилой.

Перед глазами всплыл ее образ. Улыбающаяся, жизнерадостная девушка, полная надежд. Теперь от нее остался лишь прах и неутихающая боль в его сердце. Он сел.

Ноги подкосились, и он опустился на землю, спиной прислонившись к холодному камню.

— Прости... — слова вырывались прерывисто. — Что не уберег... Что позволил темным речам овладеть твоим разумом... Что не нашел сил сказать тебе правду о Крисане, когда еще было время...

Горло сжал спазм, но он продолжил, стиснув зубы:

— Прости мою глупость... Мою слабость... Мою слепоту…

Ветер усилился, где-то вдали завыл волк, и этот звук странным образом слился с его мукой. Луна, сжалившись, скрылась за облаком, даря ему миг уединения с болью.

— Я люблю тебя… — твердо сказал он. Поднявшись на дрожащие ноги, он раз коснулся ладонью холодной земли. — Спи спокойно, моя луна.

Эмерс поднял глаза и увидел, как в желобе камня чернела запекшаяся кровь. Кровь той, которую он любил больше жизни. Ярость, словно дикий зверь, вырвалась из клетки сдерживаемых чувств, овладела им целиком, затмив разум.

Пальцы побелели от напряжения. Он, сосредотачиваясь, призывал ту силу, что дремала в глубине существа. Камень, медленно и неохотно повинуясь его воле, поднялся в воздух.

Эмерс засмеялся в бессильной ярости. Из носа хлынула кровь, окрашивая подбородок багровым. Но он не обращал на это внимания. Вся его концентрация, вся его ненависть были направлены на этот проклятый валун, ставший орудием убийства. Он продолжал сжимать, чувствуя, как камень трещит и ломается под неумолимым давлением. От валуна посыпалась пыль, мелкие осколки разлетались во все стороны.

Внутри клокотало безумие. Он не чувствовал боли, не чувствовал усталости. Только всепоглощающую злость, жаждущую выплеснуться, уничтожить все на своем пути. Когда от камня осталась лишь горстка песка, развеянная ветром, Эмерс обессилено опустился на колени. Вот она сила, которой наградила его Элая. Сила, способная разрушать горы. Но способна ли она исцелить его разбитое сердце? Больше он никогда не приходил на могилу.

Глава 21

Эмерс шел уже казалось вечность, ноги гудели от усталости, но он не смел остановиться. За спиной крались последователи. Лишь когда первые признаки рассвета замаячили на горизонте, он скомандовал привал. Укрытие нашлось в глубине леса, под сенью переплетенных ветвей. С ловкостью, отточенной долгими годами, они соорудили шалаши из веток и листьев, стремясь защититься от наступающего дня.

Перед самым рассветом, когда небо на востоке лишь слегка порозовело, они собрались вокруг слабо мерцающего костра. Эмерс обвел взглядом лица своих спутников. Всего семнадцать человек. За Крисаном осталось гораздо больше.

— Что же дальше? — спросил один воин.

Эмерс повернулся к нему, вглядываясь в испуганное лицо.

— Как тебя зовут?

— Ледер, — ответил тот.

— Дальше… — Эмерс сделал паузу, подбирая слова. — Дальше мы должны найти последователей. Чтобы выжить, нам понадобится кровь… человеческая кровь. Но среди них мы должны найти и тех, кто станет нашими сподвижниками, теми, кто разделит нашу участь. Мы должны не напугать их, а убедить, предложить защиту в обмен на верность.

— Разве это возможно? — покачал головой другой воин. — Я Трэн.

— Только так мы сможем до конца понять нашу новую сущность, — устало прикрыл глаза Эмерс, — Элая мертва, — он поджал губы. — Бедняжка… она поверила в лживые речи. Дожидаться снятия проклятия я больше не намерен. Мы сами должны найти свой путь.

— У меня осталась невеста, — с тоской произнес молодой воин. — Мелая… я не знаю, примет ли она меня таким.

— Если любит, то примет, — уверенно ответил Эмерс, — кто ты?

— Альтек.

— Надо послать твоей Мелае весточку, — Эмерс нахмурился, обдумывая детали. — Но сейчас нам необходимо укрыться от лучей восходящего солнца. Все только начинается. И нам предстоит пройти через многое, чтобы выжить.

В следующую ночь Эмерс снова собрал совет.

— Сегодня мы разделимся, — его голос резал ночную тишину. — Каждому свой участок. Собирайте сведения, запоминайте все. Где люди ставят светильники, какие дома остаются темными, где можно укрыться днем.

Он обвел взглядом собравшихся.

— Никаких нападений. Только защита, — продолжил Эмерс. — Пока мы только наблюдаем. Выживаем.

Все разошлись. Эмерс остался в одиночестве. Надо было думать, они сделали первый шаг. Но сколько их еще предстоит.

В условленный час они вернулись. Один за другим, как призраки, выскользнули из ночи и расселись вокруг едва тлеющего костра.

Первым заговорил Ледер.

— Крисан устроил кровавый пир на западной окраине.

Он провел рукой по лицу, оставляя на коже темные полосы.

— Трое мертвых. Народ в панике.

Эмерс сжал кулаки так, что кости хрустнули.

— Он роет себе могилу, — прошипел он.

Ледер продолжил.

— Когда похоронил Элаю... совсем обезумел.

— Надо вытеснить его, — резко сказал Эмерс.

— Но их больше, — воскликнул Альтек.

Эмерс медленно поднялся и ухмыльнулся.

— Он упустил важное, — начал он. — Люди стали бояться. А страх быстро превращается в ненависть.

Он сделал шаг вперед, и тень за его спиной вытянулась, став неестественно длинной.

— Они недовольны. А значит, предадут.

Костер внезапно вспыхнул, подчиняясь его воле.

— Главный враг — Солнце