Заклятые в любви - Анастасия Райнер

– Что? – растерянно отозвался парень, не найдя в себе сил сразу оторваться от ее длинных темных ресниц.

Этой близости оказалось достаточно, чтобы Эвана захлестнула страсть. Он чувствовал, как неистово колотится сердце. Он испугался внезапного сумасшедшего желания податься навстречу ее мягким губам. Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы не прижаться к Вуд, притянув ее за талию. Его губы начало покалывать от желания слиться с ее губами.

– Что слышал!

– Ты пожалеешь об этом! – огрызнулся Эван, с ужасом ловя себя на совсем уж странных желаниях, пока она смотрела на него вот так. Оголенный комок нервов.

– Ну уж нет! Я тебя не боюсь! Твои угрозы – пустой звук! И ты сам пустой! – Уперев обе ладони в его грудь, тем самым обжигая еще больше, Вуд со всей силы оттолкнула его. Покоряясь, Эван сделал два шага назад, освобождая девушку. Та взмахнула копной пышных волос и вернулась в аудиторию.

Спохватившись, Эван кинулся к ближайшей мусорке. Его банковская карта лежала на самом дне среди каких-то чеков и клочков бумаги.

– Дура больная, – выругался он, залезая в мусорку по локоть. Его пальцы нащупали карту, он быстро достал ее и сунул в карман брюк, после чего увидел, что преподаватель графики входит в аудиторию.

«Прекрасно. Теперь еще и опоздаю из-за нее», – мрачно думал Эван, пока несся назад.

Профессор Роджерс, высокий мужчина средних лет в сером костюме, сделал ему выговор, предупредив, что в дальнейшем не потерпит опозданий. Эван прошмыгнул к своему столу, пылая от самой невозможной смеси чувств – ярости, стыда и неумолимого, нарастающего притяжения к Джейн Эйприл, заглушить которое никак не удавалось.

Глава 11

Взбудоражьте меня!

Всякий раз, когда Эван вспоминал тот эпизод в коридоре, его дыхание учащалось. Ему казалось, что он горит при мыслях о ней, и никакого разумного объяснения этому он не находил. Раньше, если ему и нравилась какая-то девушка, он хотя бы понимал почему. А здесь – совершенно загадочная история. Он даже грешил на магию. Потому что тогда, стоя у фонтана желаний в своей контраде, он подбросил монетку и загадал поцеловать Вуд. Как бы в шутку, посмеиваясь над этой нелепицей, а теперь вот оно как складывалось.

Его влекло к ней, и в то же время он не мог находиться возле нее. Стоило приблизиться к Джейн Эйприл или – что еще хуже – случайно коснуться ее в толпе, как ему тут же хотелось побыстрее скрыться. Убежать как можно дальше от нее. От этой гаммы противоречивых чувств он сходил с ума, проваливаясь в свои мысли и зачастую выпадая из оживленных бесед Уилла и Тэхена. Тем более что Уилл который день подряд сетовал на то, что его девушка, София, внезапно рассталась с ним.

– И больше всего задевает то, как она это сделала! – не унимался Уилл по пути из столовой. Шла большая перемена. Трое сокурсников уже пообедали и теперь направлялись во внутренний двор Беллстрида. – Одной малюсенькой эсэмэской! Не при встрече, которая вообще-то уже была запланирована на эти выходные. Она даже не позвонила! Отправила дурацкое эсэмэс! Женщины так коварны!

– Ладно, не переживай ты так, – попытался его утешить Тэхен.

– Да я и не переживаю! – с напускным пренебрежением отмахнулся Уилл. – Я-то себе легко девчонку найду, а вот София…

– А что с ней не так? – поинтересовался Эван.

– Она, конечно, красивая, но со своим характером может и старой девой остаться, – разоткровенничался приятель. – Честно говоря, мне ее даже жаль. Но что поделаешь? Это был ее выбор…

Выйдя во двор, они устроились прямо на бортике фонтана, подставив лицо теплым солнечным лучам. Парк был переполнен – всем хотелось погреться в эти последние теплые денечки. Со следующей недели синоптики обещали регулярные ливни.

– По крайней мере теперь ты можешь заглядываться на симпатичных девчонок без зазрения совести, – поддержал его Тэхен, к которому навязчиво ластился все тот же серый котяра – талисман контрады-соперника.

– У меня с совестью договоренность: она не трогает меня, а я ее, – усмехнулся Уилл. – Каждый из нас живет своей жизнью. Но в общем, да, теперь я очень зол и нацелен на свидания.

– Злой ты всех девчонок распугаешь. – Сдавшись, Тэхен взял кота на руки и принялся его гладить. Тот довольно замурчал, прикрыв от удовольствия желтые глаза.

Эван же по привычке искал глазами Джейн Эйприл, проваливаясь в свои мысли и окончательно теряя нить разговора. Не прошло и минуты, как они снова начали о чем-то спорить.

– Эй, ты чего опять задумался? – Тэхен ткнул Эвана локтем в бок.

– Ай, чего? – Эван уставился на соседа по комнате, потирая ребра. Тот так и не выпустил из рук кота.

– Сегодня вечером устраивают показ в студенческом кинотеатре, – повторил Тэхен. – Мы с Уиллом идем, ты с нами?

– У меня занятие по ювелирке в восемь, – ответил Эван и опустил взгляд, рассматривая свои ботинки. Ему очень хотелось пойти в кино с друзьями.

– Киносеанс в девять. – Уилл закинул ногу на ногу, поглядывая на мурчащего толстого кота. – Может, успеешь?

– Вряд ли. Но постараюсь успеть хотя бы на концовку. А какой фильм?

– «Общество мертвых поэтов»[1], – ответил Уилл. – Какое-то старье. Вряд ли много теряешь.

– Не старье, а классика! – возмутился Тэхен и грозно зыркнул на Уилла. – Или ты из тех, кому интересны одни лишь спецэффекты?

– Я люблю, когда все вместе – и хорошая графика, и смысл, и яркие персонажи, – ответил тот. – А у старых фильмов картинка хуже, квадратная, вся в зерне. Грим смешной, манера игры вычурная.

– Ты так говоришь, потому что не разбираешься в истории кинематографа! – с жаром сказал Тэхен. Кот на его руках возмущенно напрягся, недобро сверкая желтыми глазищами. Еще бы! Перестали гладить. – Мастера прошлого были новаторами. Они делали то, чего раньше до них никто не делал. А сейчас все кому не лень бездумно берутся что-то снимать, не вкладывая в это ни-че-го. Оборудование доступно каждому, хоть с мобильника снимай! Любительская камера превратила кино в посмешище. А самые прибыльные фильмы в прокате неимоверно тупые. Мы живем в эпоху спецэффектов и ремейков, а тогда было время творцов! С ним стоит познакомиться поближе.

– Ну ты загнул. – Уилл явно не ожидал такого напора. – Хорошо, признаю: это было убедительно. Видимо, наша встреча судьбоносная и тебе выпала великая миссия просветить нас. За год уложимся?

– Если только основы…

После обеда у первокурсников художественного факультета было три пары композиции подряд, и к вечеру уставшие студенты разбрелись по общежитиям, почти не разговаривая друг с другом. Эван ощущал себя выжатым