Истинная на полставки, или (не) счастье слепого дракона - Любовь Песцова

— Неужели? Что ж, я тебя понял, можешь идти.

Я нахмурилась, не понимая, почему он отпустил меня так быстро. Но в итоге всё же развернулась, чтобы пойти к выходу.

И уже следующий шаг стал роковым. Вода на полу появилась там, где её не было ещё секунду назад. Разумеется, я поскользнулась и полетела назад.

Прямиком в этот бассейн.

— Осторожнее ведь нужно, — услышала я спокойный мужской голос, едва вынырнула на поверхность.

— Вы это специально! А если бы я головой о камень ударилась и умерла прямо здесь?

— Это было бы досадно, — признал он. — Кто бы тогда стал для меня разрабатывать новые уникальные ароматы? Кстати, раз уж он тебе так нравится, дарю.

Ко мне полетел флакон с жидким мылом, но до того, как успела его поймать, крышку сорвало и всё содержимое выплеснулось прямо мне на грудь.

— Ой, как неловко получилось. Думаю, тебе не мешает помыться. Но не здесь же. Неприлично принимать ванну вместе с мужчиной, не находишь?

— Нахожу. Кто-нибудь ведь может подумать, что я посягаю на вашу незапятнанную никем честь и что тогда делать? Как отмыться от позора?

Скрипнув зубами, я выбралась из этого бассейна и пошлёпала к выходу.

Моё одеяние монашки липло к телу, а запах собственно сделанной гадости стоял уже где-то в горле и я представляла, сколько мне придётся его смывать. Специально ведь делала максимально едким.

Ладно, этот раунд дракон выиграл, но я не собиралась сдаваться.

Вооружившись принципом «если тебя незаслуженно обидели — вернись и заслужи», я начала разрабатывать новый план.

Примечания автора:

*Годжу Сатору — знаменитый персонаж аниме «Магическая битва», который тоже большую часть времени носил чёрную повязку на глазах. Это не мешало ему быть сильнейшим.

Глава 17

Не знаю почему, но меня никто не трогал, даже мадам Крыс. Я так и осталась самопровозглашённой горничной в крыле, где обитал Натаниэль.

То ли никто не донёс, то ли дракон распорядился оставить всё как есть, понадеявшись на продолжение бесплатного цирка.

Что ж, его надежды оправдались.

— Что это? — прошипел Натаниэль, держа в руках остатки, очевидно, брюк.

А я не видела, как они по швам разошлись, что за невезение!

Интересно, сразу или всё же дошёл до парка? Вот бы второе.

— Это брюки, — послушно ответила я.

Послышалось низкое рычание.

— Какая поразительная наблюдательность! Почему они в таком виде?

Я нахмурилась и начала показательно оглядывать поруганные брюки.

— Ой, швы разошлись, — всплеснула я руками. — Интересно, из-за чего, вроде бы вещь хорошая. Наверное, не выдержали вашей ауры.

— Какой ещё ауры?

— Властного пластилина.

— Ты хотела сказать «властелина»?

— Нет.

Дышать стало тяжелее. Не настолько, чтобы я задыхалась, а просто как будто воздух слишком густой.

Не плохо, просто странно.

И я внезапно поняла, почему так происходит. Это тоже его магия! Взвесь воды в воздухе повышается, отсюда и эти странные ощущения.

Я даже вспомнила, что примерно так же дышалось в Сочи летом, когда влажность превышала восемьдесят процентов и я неделю не могла вещи высушить.

Вот ведь парогенератор ходячий!

— Прочь!

А вот и любимое слово подъехало.

Да пожалуйста. С удовольствием уберусь от злого дракона куда подальше.

Жаль, не успела.

Брюки нагнали меня почти у самой двери, свалившись на голову.

Вот вроде бы слепой, а меткий. Вещами швыряется так, что профессиональный бейсболист позавидует.

— Исправляй, — приказал Натаниэль.

Да вообще без проблем. Оно того стоило.

Только в следующий раз нужно быть внимательнее. И как бы подкараулить, когда он остальные сюрпризы в своём шкафу найдёт?

— И учти, швы на твоей форме тоже могут внезапно ослабить, — бросил он мне в спину.

— Это будет обидно, — признала я. — Вы ведь не сможете насладиться моим конфузом.

Улыбнувшись, я выскочила из кабинета, пока мне в голову не полетело что-то тяжелее брюк.

Этот раунд был за мной.

***

— Что это такое?

Натаниэль сидел за своим рабочим столом и протягивал мне какую-то бумагу.

Взяв её в руки, я начала зачитывать вслух, но меня быстро остановили.

Дракон хлопнул по столу так оглушительно, что слова сами застыли в горле.

— Мне безусловно, лестно, что вы решили поделиться со мной такого рода литературой, это явно какая-то новая ступень доверия, — сказала я. — Но знаете, мне не нужно, у меня другие вкусы.

Парогенератор начал работать на полную катушку, а по комнате прокатился низкий рык.

— Как эта мерзость оказалась в моих документах?

— Откуда мне знать? Наверное, случайно положили. Отнести к вам в спальню?

Мой тон был невинен, как у ангела, спустившегося с небес. И совсем не вязался с тем, что было написано на этом, с позволения сказать, документе.

Этот рассказ с горячим контентом, который словно перекочевал сюда прямо с черно-оранжевого сайта, оказался, безусловно, очень интересным и откровенным.

Но имел свои особенности. Среди персонажей сего опуса не было женщин.

— В спальню?!

Бумага с рассказом была тут же вырвана из моих рук, скомкана и отправлена обратно. То есть прямо мне в голову.

Но на этот раз я была готова и увернулась.

— За что вы так с литературой?

— Литературой? Не думаешь, что слишком лестно так называть твоё сочинение?

— Моё? — очень ненатурально удивилась я. — Что вы, у меня бы фантазии на такое не хватило.

— Кажется, что только у тебя бы и хватило. И у меня появилось непреодолимое желание заставить тебя писать подобные рассказы, но так, чтобы главной героиней была ты.

— Тогда под жанр не подойдёт, — развела я руками. — Не думаю, что вам понравится. Так что насчёт этого? Отнести в спальню? Я думаю, рассказ ещё можно спасти. Если бумагу разровнять…

— Вон!

И снова выгоняют! Так нечестно!

А я ведь не увидела выражение его лица, когда он на свою умную колонку вместо очередного документа сей опус положил.

Специально старалась, расписывала так, чтобы с первых же строк нечто интересное начиналось.

Сложно это, оказывается. А драконище даже не оценил. Я для кого старалась?

Мог бы и подхватить слог, а не швыряться литературой прям в меня.

— Обидеть художника всякий может, — горестно вздохнула я.

— То есть там ещё