Полуночный комендантский час - Пенелопа Дуглас

Пару секунд царит молчание, а затем до них начинает доходить смысл сказанного.

— Ты имеешь в виду, сможет ли устоять Айрон Йегер? — уточняет Джером. — Ни за что.

— И его любимый братец? — бурчит Винсент. — Тоже нет.

Нет, Даллас ни за что не позволит Айрону куда-то заявиться в одиночку.

Клэй Коллинз выходит из дома следом за уехавшей Крисджен, и я смотрю, как женщина, которая когда-то была одной из нас, бежит под дождем рука об руку со своей подружкой, запрыгивая в машину.

Следом в гараже появляется Арасели Диас с планшетом в руках — она кивает в ответ на какие-то указания Мейкона. Благодаря яркой красной помаде ее губы по-прежнему остаются первым, на что обращаешь внимание; ее длинные каштановые волосы водопадом рассыпаются по голой спине, обтянутой красным топом-халтером. Теперь она ведет все их дела.

— М-м-м, — протягивает Майло, заглядывая в окно. — Кажется, пора нам снова прибрать к рукам кое-кого из их баб.

В свое время мы уже пользовались их женщинами, но пора бы и вернуться к привычному порядку. Их жены и подружки слишком уж привыкли жить в комфорте и забыли, как пахнут наши деньги.

— Ступайте, поразвлекитесь, — бросаю я им.

Майло и Винсент выпрыгивают из машины и направляются к бару, который всегда открыт при их убогом болотном мотеле. Я отправлю за ними машину позже.

Мейкон Йегер поверх головы Арасели смотрит на нас, припаркованных у обочины. Наверняка догадывается, что это моя машина и мой водитель. Он вообще вечно всё знает наверняка, но прямых доказательств у него нет, а выгонять туриста он не станет.

Его взгляд сосредоточен, неподвижен и тяжел, и я усмехаюсь про себя, точно зная, что он всё понял.

Дважды стукнув по крыше, я отправляю водителя в путь, не сводя глаз с дома Йегеров, пока машина вывозит нас обратно из Бэя.

Джерому придется ехать в офис, а я пока так и не решил, нужен ли он мне вообще. В Сент-Кармене нет инвестиционных компаний, даже если бы мне вздумалось устроиться в одну из них. Пришлось бы катить в Майами, а я ведь не для того отказывался от предложений на международном рынке, чтобы остаться на Юге, но при этом держаться подальше от Сент-Кармена.

Могу просто продолжать приумножать собственные капиталы и использовать их на то, чтобы портить им жизнь здесь.

Звучит куда заманчивее.

Хотя забрать сестру все-таки придется.

— Заведи мистера Уотсона в офис, а потом вези меня в академию, — бросаю я.

Барнс кивает:

— Слушаюсь, сэр.

София в конце концов может оказаться полезной. Я думал о ее роли здесь, когда только готовился к возвращению. Быть может, она поможет мне избавиться от отца — с ним тоже придется разобраться, — но только после того, как Йегеры будут аккуратно загнаны обратно под плинтус, разумеется.

Или, как вариант, я мог бы столкнуть ее лбом с Оливией Йегер, чтобы и самому получить доступ в тот круг.

Но когда я услышал, что она проводит почти все время в школе — единственном месте в Сент-Кармене, где она все еще чувствует себя в безопасности, — и подрабатывает помощницей у нашего нового учителя, это оказалось даже лучше, чем я рассчитывал. Ни на что другое девчонка была не способна — вряд ли она когда-нибудь выйдет замуж, сможет вести собственное хозяйство или удержаться на нормальной работе, — но мать помогла ей найти уголок, где она может просто витать в облаках целыми днями.

Подумать только, когда мы были детьми, у нее было столько потенциала, чтобы выбить себе реальную власть. Она была умной, изворотливой и прекрасно знала, как добиться своего.

Теперь она хочет только сбежать. Врачи говорят, что это возрастной регресс на фоне ПТСР. Она прекрасно понимает, кто она, но легко ускользает в другую реальность. Ту, где она всего лишь ребенок, которому не обязательно находиться во взрослом мире. Если только ей самой не захочется, конечно.

После долгих лет лечения врачи пришли к выводу, что она не представляет опасности для себя и нуждается лишь в амбулаторной терапии и времени.

Терапия не помогла, но она всё равно продолжает ходить.

— Твой отец уезжает на лето? — спрашивает Джером.

Я поднимаю глаза от телефона.

— Хотя бы на пару недель.

Он уехал сегодня вместе с мачехой, хотя я сильно сомневаюсь, что она проведет с ним много времени. Он будет то появляться на нашей лыжной базе, то уезжать на охоту — наверняка смотается на Аляску за медведем или в Монтану за лосем, потому что просто обожает убивать всякую живность. А она будет целыми днями читать, переделывать интерьер или ходить по спа-салонам. Мне плевать.

— У меня есть один друг.

Я снова поднимаю глаза, замечая, как Джером бросает на меня косые взгляды, то и дело отвлекаясь на окно.

— Он тебе понравится, — бросает он.

Какого черта? К чему он клонит... ?

Я сужаю глаза, бросая взгляд на сиденье, чтобы убедиться — Майло и Винсент точно вышли, будто я сам не видел, как они покидали машину.

Что, черт возьми, имеет в виду Джером?

Он лишь хмыкает:

— Ты не первый наследник в истории человечества, которому приходится изо всех сил держать лицо, Каллум.

Стиснув челюсти, я отворачиваюсь, наблюдая за проплывающим за окнами каналом, пока мы въезжаем в Сент-Кармен.

— Мы учились вместе в колледже, — продолжает он. — Он управляет двумя отелями, жмет от груди сто восемьдесят, рост шесть футов два дюйма, и свою личную жизнь предпочитает держать... в секрете.

Желудок начинает медленно скручиваться в тугой, тяжелый узел, и мне до жути хочется узнать, что именно он слышал. Мне плевать, догадываются ли друзья о моих предпочтениях, но выносить личное на общее обозрение я не намерен. Неужели до него дошли какие-то слухи?

Или это настолько очевидно?

— Женщины заглядываются на него чаще, чем на меня, — продолжает он, — только вот сам он на женщин не смотрит.

Они учились вместе в колледже. А значит, тот парень ровесник Джерома. Ему тридцать пять.