Операция «Приручить строптивую». Моя без шансов - Ульяна Николаевна Романова

Открыла дверь и помогла выбраться на улицу Всеволоду.

— А сапоги? — растерянно уточнила я.

— На неделе заберу, — легко решил Хасан.

Сева вышел из машины, захлопнул дверь, а я только в тот момент сообразила, что «на неделе» означало, что он снова приедет! Ко мне!

Боже, за что?!

Подхватила Севу под руку и повела домой, без конца перекручивая в голове нашу с Хамидзе сегодняшнюю встречу…

Глава 16

Данелия

Я сушила феном волосы, глядя на себя в зеркало, и резюмировала, что пора закрашивать корни. Как и любая поверженная воительница Кхаласара, я обрезала волосы в день, когда муж сообщил мне о своем увлечении студенткой. И покрасила в воинственный бордовый. По заверениям моего мастера и моих приятельниц, цвет мне шел, освежал и молодил, а я решила, что пока так и оставлю. Но каштановые корни уже отрастали, а поход в салон нужно как-то вклинить в мой новый сумасшедший график.

Я отложила фен и снова закашлялась — остатки простуды давали о себе знать, но болеть дольше трех дней я не могла себе позволить.

На стиральной машине сидел гордый Альфонс и хлопал глазищами. Лысый кот превратился в жертву бабушкиной любви — моя мама заботливо связала лысому и мерзнущему коту красный свитерок, в котором кот и гонял последние пару дней. И кажется, ему даже нравилось. Он даже перестал спать на батарее, а переехал на мою постель.

— М-р-р, — заметив, что я обратила на него внимание, мурлыкнул Фося.

Мы сократили Альфонса до Фоси и даже приучили его отзываться на новую кличку.

Я молча подхватила кота на руки и понесла в кухню — пить кофе. С минуты на минуту ко мне должна была прийти Янина…

Я включила кофемашину, и сразу же в дверь позвонили.

— Привет, — жизнерадостно пропела Янина, — я с тортом. С талиями попрощаемся, зато лица засверкают.

— Входи, — с улыбкой предложила я.

Яна разделась, прошла в кухню и заметила Фосю, который снова уселся на кухонную тумбу и нес свою сторожевую вахту оттуда.

— Боже мой, какая прелесть, — засмеялась подруга.

— Мама решила, что ему холодно без шерсти, — хмыкнула я.

— Ну все, он теперь самый модный тип на районе будет, — умилилась Яна, усаживаясь за стол.

И пока я наливала нам с ней кофе и резала пирог, подруга вводила меня в курс дела:

— Значит, так… Смету мы с тобой уже подписали, сегодня парни сделали замеры окон, на днях приедут устанавливать. И сегодня мы вывезли мусор…

— Так быстро? — удивилась я. — Яна, ты им угрожала? Паспорта забрала? Или…

— Ой, — махнула рукой подруга, — длинная история.

— Я никуда не тороплюсь, — я уселась напротив и приготовилась слушать.

— Да нечего рассказывать, просто их главнюк мне глазки во все стороны строит.

— Симпатичный хоть?

— Дана… Симпатичный, но мне сейчас не до этого. Опять разбирайся, ебалай он или нет. А вдруг ебалай? Потом не избавишься… Я тут пыталась на свидания ходить. Дана, я нашла месторождение идиотов, клянусь.

— Я слишком давно не воюю на любовном фронте, — улыбнулась я. — Какие там изменения?

— Как в анекдоте — много наших полегло. У них там сейчас новое движение — пятьдесят на пятьдесят. Мол, дорого каждой новой дамочке кофе покупать, поэтому счета строго пополам. Один мне вообще предложил ко мне переехать… На первой встрече.

— Он будет тебе все охранять, — прыснула я.

— Знаешь, для этих целей травмат надежнее будет, — хихикнула Яна. — Кстати, а наш Хамидзе на «Гелике» катается, да?

— Да, — напряглась я, — что, и с тобой погавкался?

— Представь — нет, — загадочно ответила Яна.

— А что? Забаррикадировал все подъезды к зданию? Затопил? Строителям угрожал? — разнервничалась я.

— Отправил ко мне парней, чтобы помогли нашим выбросить мусор. Молча. В общем, парни таскали старую мебель, я с Рустамом — главнюком их — стояла на улице, разговаривала. Подъехал «Гелик», из него вышел мужик полураздетый. Я бы на него внимания не обратила, но на улице не май месяц, а этот в одном свитере…

— Его чувство собственной значимости греет, — съехидничала я.

— Наверное. Так вот он на нас посмотрел недолго, а потом к нам спустились трое носителей обалденного генофонда и быстренько помогли. Сказали, Хасан Муратович на помощь отправил.

И как мне на это реагировать? Спорю на свой любимый седой волос, что если бы там была я, то Хамидзе бы спустился сам исключительно с целью позубоскалить, а Яне молча помог?

Нет, я не ревную, просто любопытно — он все-таки хам или дамский угодник? Я даже немного заволновалась, что он не сам спустился мебель таскать, с его-то спиной, но быстро пришла в себя.

Я же не ревную? И точно не к своей подруге!

— И просили передать привет Стервелле Альбертовне! — добила подруга.

— Хамидзе! — процедила я сквозь зубы.

— Дана, такого надо брать.

— Бери, — разрешила я.

— Моя юрта с краю, — засмеялась Яна, — да и дышит он криво в твою сторону, иначе с чего бы ему приветы слать?

— Знаешь, мне сейчас тоже некогда…

— Для здоровья и блеска глаз… — хитро намекнула подруга.

— Хамидзе и здоровье в одном предложении? Он ходячее пособие возрастных заболеваний. К тому же невнимательный, хам и шовинист. Да и я…

— Что?

— У меня, кроме Дэна, никого не было, — призналась я.

— Так надо отрывать мир других мужчин, — подмигнула Яна.

— Боюсь, я уже разучилась это делать. С Дэном все было просто и понятно, мы друг друга назубок знали. Знали, что нам нравится, а что нет. Привыкли друг к другу, — призналась я, тяжело вздыхая.

— Сложно быть женщиной, — вздохнула Яна. — Знаешь, я тоже, наверное, боюсь кого-то слишком близко опять подпустить. Может, поэтому и шарахаюсь, на свидания-то ходила скорее для галочки, все вокруг твердили, что одна я не справлюсь, нужен мужчина.

— Женщина должна быть автономной, — согласилась я, — и не зависеть от мужчины в первую очередь в материальном плане.

— Да. Потому что это грустно, но некоторые мужчины разводятся не только с женой, но и с детьми. Элинка недавно к отцу в гости хотела съездить, а этот ебалай даже трубку не взял! В понедельник сообщение написал: мол, уехал отдыхать. На отдых у него деньги есть, а на алименты нет. А твой… Додумался тебе кота отдать, которого ему любовница подарила.

— Ебалай, — прыснула я.

— А то! — развеселилась Яна.

Мы чокнулись стаканчиками с кофе и запили горький разговор сладким латте. А чтобы совсем убрать горечь, съели по дополнительному кусочку торта. И перешли к делу.

— Я сама поеду, когда окна будут устанавливать, ты займись дизайн-проектом