Даруй свободу или Зов драконьей крови - Бай Мурзаева

Он приподнялся на локте, и лунный свет, пробивавшийся сквозь щели в ставнях, упал на его лицо. Я увидела выражение, которого никогда раньше не видела. Растерянность. Благоговение. Бесконечную нежность, от которой у меня перехватило дыхание. Нерешительно следя за моей реакцией, он наклонился ниже к животу.

— Привет, маленький дракон. Это твой отец. Мы с мамой ждем тебя.

Словно совершая священный ритуал, он опустил голову и прижался губами к пупку. И поцеловал. Теплым, трепетным прикосновением, полным благоговения перед чудом, которое росло внутри.

И в тот момент я поняла, что все — холодные клетки, удушающая жидкость саркофага, всепоглощающая боль, парализующий страх, даже эта радужная пленка купола, вечно висящая над головой, — все это было долгой, темной, извилистой дорогой. Дорогой сюда. К этому человеку чья грубая нежность стала моим спасением. К этому ребенку чье будущее теперь было нашим общим светом впереди.

Мы так и уснули, на полу у теплого камина, в коконе его крыльев, сплетенные так тесно, что невозможно было понять, где заканчиваюсь я и начинался он. Снаружи начинался рассвет. Даже сквозь сон я чувствовала его руку на моем животе, защищающую наше будущее.

Эпилог

Зима пришла тихо, укутав нашу поляну и лес за куполом пушистым одеялом. Снег ложился ровным слоем на крыши, засыпал тропинки между домами. Холод перестал меня беспокоить. Теперь я умела направлять внутренний жар, согревая себя изнутри. Это был один из первых полноценных навыков контроля. Я могла не только принимать человеческую форму, но и, наоборот, усиливать проявление драконьей полуформы, делая кожу похожей на настоящую драконью броню. Я перестала быть заложницей своего тела и стала его хозяйкой.

Наш дом стал больше походить на жилой. Мы вставили новые окна благодаря помощи Лайна и Илтайн, обновили изнутри дом, сложили во дворе поленницу. В главной комнате теперь стоял новый стол и две лавки. Мебель нам тоже привезли новую, добротную.

На столе всегда лежала открытая книга — я потихоньку училась буквам этого мира под терпеливым взглядом Яра.

В углу, на самом теплом месте, стояла та самая люлька. Она ждала.

Яр изменился меньше всего внешне, но изменился до неузнаваемости внутри. Напряженная готовность к броску сменилась спокойной, звериной уверенностью хозяина территории. По ночам он больше не ворочался и не рычал во сне. Он спал, раскинув руки, одну из которых я оккупировала прочно и надолго.

Змей почти не появлялся в деревне, но следы его присутствия были везде: связки целебных трав у порога, шкурки для выделки, странные узоры из камушков на опушке.

Мое тело менялось. Оно становилось сильнее, выносливее. Зрение и слух обострились. А ребенок… ребенок рос не по дням, а по часам. Он был активным, сильным. Я разговаривала с ним. Яр клал ладонь на мой живот, и дитя внутри затихало, прислушиваясь, а потом отвечало толчком прямо в центр его ладони.

Мы готовились. В одном из заброшенных домов мы начали наводить порядок. Мысль о Саше не давала мне покоя.

И вот, в один из дней, когда снег за окном падал крупными хлопьями, случилось чудо. Камень связи засветился. Голос Илтайн звучал устало, но с непривычными нотками осторожной радости.

— Милана. Есть новости. Саша… она пришла в себя.

Воздух вырвался из моих легких. Я чувствовала, как ладонь Яра сжимает мое плечо.

— Как? — смогла выговорить я.

— Долгая работа. Магия… Но есть небольшие сложности. Сейчас она спит, дракон не отпускает ее. Он не агрессивный, только не дает к Саше приблизиться. Мы надеемся… ее присутствие станет мостом и для него.

Я плакала. Плакала от облегчения и дикой надежды.

— Что теперь?

— Вам… — голос Илтайн стал официальнее, — стоит подготовиться. Если дракон придёт в себя, то следующей ступенью будет их перевод к вам.

Я посмотрела на Яра. Он кивнул.

— Мы подготовим место, — твердо сказала я. — Скажи ей… что мы ждем. Что здесь для нее есть дом.

— Передам. Берегите себя. И вашего малыша.

Связь прервалась. Я сидела, сжимая теплый камень. Яр опустился передо мной на колени.

— Это хорошо, — сказал он хрипло.

— Да, — прошептала я.

И с этого дня работа закипела с новой силой. Мы с Яром проводили долгие часы в соседнем доме. Он таскал бревна, я помогла как смогла, в основном повесила занавески и вытирала пыль.

Сегодня утром я стояла на пороге и смотрела на поляну. Снег искрился. Дымок из трубы тянулся ровной струйкой. Из дома доносился стук Яра — он мастерил погремушку для люльки.

Я положила руку на живот. Во второй руке я сжимала теплый камень связи, готовый в любой миг передать весть. Весть о том, что путь Саши и ее дракона лежит сюда. К нам.

Я посмотрела вверх, на купол. Он сверкал в солнечном свете, но уже не казался тюрьмой. Он был границей нашего маленького, несовершенного, но своего мира.

Мы встретим их и дадим кров. И однажды, может быть, этот купол станет ненужным. Его снимут. И над нами будет просто небо. Общее. Настоящее.