Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Однако еще не поздно все исправить!

— Нет, Наталия, ничего уже не изменишь, — тихим, дрожащим голосом отвечает Эдвард. — Доверие всех моих близких потеряно ! И мне стыдно появляться перед всеми, кому я наговорил много лишнего… Уже слишком поздно просить прощения у друга, его матери, невесты и всем-всем, кто считает меня ублюдком.

— Если ты откажешься от наследства, объяснишь, что очень жалеешь обо всем содеянном, и докажешь, что семья для тебя важна, то другие начнут менять свою точку зрения. Если бы ты не вцепился в те деньги, то никто бы не подумал, кто у тебя есть план ограбить свою семью.

— Не все так просто, пойми это! Даже если я откажусь от борьбы за свое наследство, дядя Майкл все равно не откажется от идеи убить нас всех. Этот человек одержим этой идеей и хочет отомстить моему отцу за то, что он вообще жил на этом свете. Этот ублюдок уже убрал с пути отца, а дальше он возьмется за меня, Терренса и мою мать. Убив всех нас, он останется единственным претендентом на отцовское наследство и сможет оформить документы, которые позволят ему получить доступ к банковскому счету и завладеть судостроительной компанией.

— Просто откажись от наследства и прекрати эту борьбу! Неважно, откажется ли твой дядя убить МакКлайфов или нет. Просто сделай это ради своей семьи и докажи, что ты любишь ее, а деньги не играют для тебя важной роли. Пойди в полицию и заяви на этого подонка. Так ты дашь всем понять, что твоя семья ошибается. Что все приняли… Мои обвинения за правду… — Наталия качает головой, с жалостью во взгляде смотря на Эдварда. — Оставь эту борьбу, Эдвард. Она не имеет никакого смысла.

— Однако я не хочу, чтобы этот человек пользовался всем, что никогда не будет принадлежать ему. Наследство по праву принадлежит мне, и я не хочу отдавать его другому человеку. Хотя я понимаю, что продолжение этой борьбы навсегда лишит меня шанса помириться со всеми. Выбрав что-то одно, я потеряю другое.

— Неужели тебя реально волнует то, кому принадлежат эти деньги?

— Я просто хотел, чтобы все было справедливо. И… — Эдвард отводит взгляд в сторону и нервно сглатывает. — Может быть, люди отчасти правы в том, что… Я хочу повыпендриваться и стать героем. Пусть и жалким и бесполезным, но все же героем. Я хотел сделать что-то, чтобы меня поблагодарили. Чтобы мной гордились… Я… Никогда не слышал ничего подобного, когда был маленьким… А тут появился шанс…

— И что, добился своего?

— Нет. Я только все испортил… Испортил отношения с теми, кого искал столько лет… И не услышал ни единого намека на благодарность или факт, что я поступил правильно.

— А ты не получишь. Потому что это не то, за что тебя должны благодарить.

— Знаю… Но теперь пути назад нет. Раз я заварил всю эту кашу, то мне ее и расхлебывать. Не знаю, как… Но я серьезно влип. И мне придется бороться с дядей до конца.

— Он как-то шантажирует тебя? Может, есть что-то, что знает этот Майкл, но что ты не хочешь никому говорить? Вдруг есть какая-то тайна, которую ты скрываешь?

Эдвард широко распахивает глаза и несколько секунд борется с желанием выпалить то, что Майкл вынуждает его пойти на убийство Терренса. Однако мужчина решает промолчать, виновато склонив голову, нервно сглотнув и медленно, но тяжело выдохнув.

— Ладно, не хочешь говорить – я не заставляю, — опустив взгляд на свои руки, согнутые в локтях, тихо говорит Наталия. — Ты не обязан ничего говорить мне, потому что мы – никто . Возможно, найдется какой-то другой человек, которому ты бы захотел все рассказать. Но это точно буду не я.

— Я так не думаю, — неуверенно отвечает Эдвард и замолкает на пару секунд. — Может, мы и расстались, но для меня ты все еще очень многое значишь. Мне было не все равно на эту историю с изменой, и я злился… Злился, потому что не только был обижен, но еще и жутко ревновал.

— Я понимаю, — бросает мимолетную улыбку Наталия. — Если бы кто-то показал мне фотографии, на которых ты бы целовался и обнимался с другой девчонкой, я бы тоже сходила с ума от ревности и была бы готова убить тебя и ее.

— В любом случае мне очень жаль, что все так получилось. Моя вина настолько серьезная, что ее вряд ли можно как-то искупить. Я наговорил столько всего, что никогда не будет забыто. Однако если есть что-то, что помогло мне как-то загладить вину, то я готов сделать это.

Хоть Наталии приятно слышать эти слова, она не особо показывает свои настоящие чувства и улыбается лишь ради вежливости. Хотя сейчас ее отношения к Эдварду стало чуточку мягче, потому что девушка уже не прикрывает агрессией свой отказ говорить правду.

— Знаешь, Эдвард… — неуверенно произносит Наталия, рассматривая свои руки или смотря на Эдварда, и на пару секунд замолкает. — Может быть, я все еще обижена на тебя, но… Я хочу попробовать направить тебя на правильный путь.

— Правда? — широко распахивает глаза Эдвард. — Ты действительно хочешь помочь мне?

— Да… Ведь несмотря на то, что между нами произошло, было много хороших моментов, которые я всегда буду вспоминать с легкой улыбкой на лице. Есть вещи, за которые я всегда буду тебе благодарна. Хоть обижайся, хоть нет, но я не могу забыть то, что заставляло меня чувствовать себя счастливой и расслабленной. Хотя бы чуть-чуть.

— Несмотря на то, что я незаслуженно оскорблял и унижал тебя?

— Если ты позволишь мне помочь, то я сделаю все, чтобы помочь тебе найти себя. И загладить свою вину за то, что заставила тебя страдать, ненавидеть меня и думать, будто я тебя предала.

— Вообще-то, это мне надо заглаживать вину перед тобой… — Эдвард виновато склоняет голову, а затем неуверенно смотрит на Наталию, нервно сглатывая. — Потому что я не только обвинил тебя в измене, но еще