Бессердечный рыцарь. Книга 1 - Милена Янг

– Маленькая, мое солнышко, – казалось, каждая слезинка причиняла ему физическую боль. Мужчина слегка отстранил ее за плечи, обеспокоенно вглядываясь в глаза лучшей подруги.

– Крис, когда он вернется? Как мне найти Дамиана? – спросила она сиплым от рыданий голосом. – Он должен вернуться домой. Я же не сказала ему о нашем малыше. Дамиан обещал вернуться. Почему он не возвращается? Сколько еще мне ждать? – бессвязно бормотала она.

– Миссис Йохансен, – окликнул ее кто-то.

Эви повернулась к человеку в темном костюме, приближающемуся к ней.

– Полагаю, это должно вернуться к вам, – он вложил крошечный предмет в ее слабую ладонь, одарив непроницаемым взглядом. – Вам муж был достойным человеком, – бросил напоследок, прежде чем войти в проклятое помещение.

Только когда незнакомец оставил их с Крисом наедине, Эви осмелилась раскрыть ладонь.

В ней лежало обручальное кольцо.

Принадлежащее Дамиану.

Она знала, ведь сама покупала его и надевала на палец мужа в день их свадьбы.

Мир Эви медленно разрушился.

Крис вздрогнул от выражения душераздирающей боли на лице девушки. Ее было слишком много, чтобы поместиться в одном хрупком человеке.

Васильковые глаза Эви мигом опустели. Казалось, они потухли.

Последнее, за что она цеплялась…

– Господи… – она побрела к кустам и согнулась пополам.

Кристиан бросился к ней.

Приступ тошноты мерзким комом подкатил к горлу.

Эви упала на колени, пока ее рвало так нещадно, словно внутренности все просились наружу.

Выворачивало наизнанку.

Снова и снова.

До тех пор, пока не осталась одна вода, но спазмы продолжали терзать ее хрупкое тело.

Кристиан бережно держал ее волосы, гладил по спине, успокаивая.

Протянул бутылку с водой, когда она смогла сделать судорожный вдох.

Эви молча сделала холодный глоток, но легче не стало. Безразлично вытерла рот протянутым белым платком. Противный вкус желчи провоцировал на новые приступы. Голова кружилась.

Кристиан подхватил ее на руки, она не сопротивлялась. Он усадил Эви в машину и поехал прямиком в больницу.

«Назови меня Огоньком… Хотя бы раз… Назови меня своим Огоньком снова, Дамиан…» – замерцала отчаянная мысль, прежде чем сознание покинуло истощенную девушку, погружая в мрак.

***

На похоронах ее не было.

Эви госпитализировали в тяжелом состоянии.

«У меня даже не было шанса попрощаться с тобой…»

Сейчас она сидела на берегу океана, вглядываясь в темную спокойную гладь воды.

Вспоминая, сколько раз вот так они сидели здесь вдвоем – с Дамианом.

Он был везде, безмолвно напоминая о себе.

В новостях – потому что история вызвала большой резонанс в обществе.

Во снах, являясь ей каждую ночь.

Тихо звал ее: «Огонек, Огонек…»

Но каждый раз, когда она тянулась к нему, пыталась дотронуться, умоляя не уходить, он растворялся так же быстро, как появлялся в сознании.

…В спальне. Потому что стоило Эви войти в комнату, как она вспоминала его счастливую улыбку. Вспоминала, как он обнимал ее, накрывая одеялом, целовал в лоб и желал спокойных снов.

Ложась в постель, она вспоминала, как…

– Огонек, что случилось? Кошмар приснился? – обеспокоенно поинтересовался мужчина, обхватывая ее лицо руками.

Она не удержалась. Разрыдалась, забравшись на него, уткнувшись носом в шею и крепко-крепко обнимая.

– Ты жив, – выдавила Эви сквозь судорожные всхлипы.

Дамиан понимающе прижал ее к себе.

– Конечно, мой Огонек. Я жив и буду жить еще сто лет. Тебе приснилось, что я умер?

Она только всхлипнула сильнее.

Парень долго гладил ее по волосам, шепча утешительные слова.

– Знаешь, если тебе снится смерть человека… Это значит, что он проживет долгие-долгие годы. Есть такая примета.

– Правда? – она подняла голову, вглядываясь с надеждой в его глаза.

– Разве стал бы я тебе врать? – он коснулся ее щеки теплой ладонью, бережно вытирая слезы. – Я совсем недавно был у врача. У меня хорошие прогнозы.

Только теперь некому было успокоить ее после кошмаров. Потому что сама жизнь ее стала сущим кошмаром.

…На кухне. Потому что Эви не могла не вспоминать, как прямо здесь раньше он готовил для нее.

– Черт, это так вкусно, – простонала девушка, поднеся ко рту вилку с очередной порцией рагу.

– Традиционное норвежское блюдо, – пояснил Дамиан, с удовольствием наблюдая за тем, как она ест.

Эви выглядела абсолютно беззаботной, отдохнувшей и счастливой.

Она доела, убрала тарелку и вдруг почувствовала, как ее обняли со спины.

– Я так сильно тебя люблю, Огонек, – признался внезапно он. От эмоций сдавило горло. – Всегда об этом помни. Никогда не забывай, хорошо? Что бы со мной ни произошло.

– Что случилось? Ты в порядке? – забеспокоилась Эви, развернувшись, и обхватила его лицо ладонями.

– Да.

– Точно сердце не болит? Не колет?

– Дожили. Так редко признавался в любви, что больным теперь считают, – пошутил парень, но Эви все равно не улыбнулась.

– Не пугай меня так больше. И запомни – ничего не произойдет. Я не позволю никому забрать тебя у меня, даже смерти, Дамиан Йохансен. Без войны не отпущу. Так что придется тебе жить со мной долго и счастливо. Иначе я тебя и на том свете отыщу и устрою взбучку, – пригрозила Эви, усмехнувшись.

Но он все равно заметил, как в ее глазах блеснули слезы.

– Я останусь с тобой, – Дамиан нежно погладил ее по щеке, успокаивая.

– Навсегда останешься, – она встала на носочки и уткнулась носом в его шею, позволяя сильным рукам прижать ее тело к себе.

Ощутить себя в безопасности. С ним.

– Даю слово.

Ложь.

Очередная ложь.

– Ты же обещал мне… – надломленным голосом прошептала она в ночную тишину.

Тихий шум волн послужил ей единственным ответом.

…В фотографиях. Каждый снимок причинял ей боль, разрывая сердце на куски.

– Иди сюда, – Дамиан по-собственнически притянул девушку к себе за талию пару часов назад. – Давай сфотографируемся.

Она выглядела такой красивой, глядя на него с благоговением. Он хотел навсегда запечатлеть этот образ в памяти и на картинке.

– Давай.

Дамиан обхватил ее щеку рукой, лаская.

– Мой яркий Огонек.

Он поцеловал жену, делая несколько фотографий и ощущая, как она улыбается ему в губы.

Ребенок… Он так и не узнал о ребенке. Это особенно сильно цепляло Эви за живое.

Изменил бы он свое решение? Остался бы тогда с ней?

Был бы жив?..

– Нам еще Кая воспитывать и растить. И его будущих братьев и сестер.

– Будущих… – Эви запнулась, повторяя за ним, и смущенно улыбнулась. – Ты бы хотел завести еще детей?

– Да. Очень. Но только если твоему здоровью ничего