Изгнанная с позором - Нита Вольская

ставший продолжением моих грёз. И он вышел за пределы фермерского мира. В нём я бродила по побережью, примыкающему к имению. И мои ноги ласково омывали изумрудные волны, поглаживая и щекоча ступни ног.

В какой-то момент поняла, что это не волны. Ноги действительно кто-то гладил. И эти ласки поднимались всё выше.

Когда полностью проснулась этот кто-то уже прилично задрал сорочку.

Испуганно распахнула глаза и села. Единственная, уже почти догоревшая свеча, явила графа, сидящего на краю кровати в подштанниках и тонкой ночной рубахе, демонстрирующей накачанное тело. И активно лезущего туда, где я его меньше всего хотела ощущать.

Резко откинула его руки и отползла на попа повыше, к подушке.

— Что вы себе позволяете?! — возмутилась как-то уж очень вежливо. В своей прошлой жизни я бы спросила иначе. Что-нибудь типа: «Ты бессмертный что ли, кобель?» Но фраза вырвалась самопроизвольно, и назад её не воротишь. Поэтому просто добавила:

— Какого чёрта вы тут делаете, граф?

Пронаблюдала высшую степень удивления на холёном лице. А потом прослушала растерянное:

— Я пришёл убедиться, что с тобой всё в порядке…

— И для этого полез под подол? — тоже перешла на «ты». — Ты что гинеколог?

— Кто? — ещё больше растерялся. Я бы даже сказала: потерялся.

Какой гинеколог?! Тут наверняка даже слов таких нет, не то что специалистов.

Так, Ирина, соберись. А то сейчас договоришься до застенков Тайной канцелярии, где, уверена, смогут заставить признаться не только в том, что попаданка, но и в целой серии преступлений.

Нужно срочно исправляться.

— Я хотела сказать, что уже глубокая ночь, — скользнула взглядом по окну, за которым светила большая луна. — я спала, а вы меня напугали. У вас какое-то срочное дело?

— Э-э… можно и так сказать…

Потянула на себя одеяло, которое во сне откинула. Укрылась по самую грудь, не дающую графу покоя. Чем вынудила его посмотреть мне в лицо.

— Мы всё ещё женаты, Ири. — муженёк быстро пришёл в себя и снова потянул ко мне руки. На этот раз желая убрать преграду, лишившую зрелища.

— В процессе развода. — напомнила, крепче сжимая и прижимая спасительный край.

Но графа это не остановило. И, как бы я не старалась его удержать, не вышло, слишком неравны были наши силы.

Послышался треск рвущейся ткани, и я не на шутку испугалась. А этот кобелина перешёл к решительным действиям.

— Ну же, милая, не бойся. Мы ведь не в первый раз будем этим заниматься…

Одеяло полетело в сторону, и граф взялся за меня. В прямом смысле слова — больно сжал грудь.

— У вас для этого есть любовница. — напомнила пыхтя, пытаясь отодрать его руки от моего сокровища. Получилось. Но радовалась недолго, так как граф не унимался.

— Она мне не нужна. — резко навалился всем телом, и снова полез под подол. — Я с нею исключительно по работе.

Поняла, что, если и дальше продолжу с ним церемониться, супружеский долг он взыщет незамедлительно. Принялась интенсивно извиваться, и вцепилась ногтями в его руки.

Зашипел, и оставил мой низ в покое. Руки перекочевали к лицу. Обхватил его ладонями. Коротко поцеловал в губы.

Захотелось плюнуть ему в морду. Задрыгалась ещё активнее.

Вот только для него мои телодвижения были как слону дробина.

Отпустил лицо и прошёлся одной рукой по волосам, рассыпанным по подушке. Пропустил сквозь пальцы, вдохнул запах, и ещё больше возбудился. Бедром почувствовала.

— Ири, дорогая, просто полежи спокойно. Как ты делала это всегда. Я быстро закончу и уйду. — горячо прошептал на ухо, и вдруг его куснул.

От неожиданности замерла. А он похоже решил, что я подчинилась. И перешёл к осуществлению задуманного: провёл языком по ушной раковине, и втянул мочку в рот.

Ну, нет! Ничего у тебя не выйдет! Я лучше сдохну, чем тебе дам!

Схватила его за волосы, и оттянула голову назад. Вынужденно отпрянул.

— Слезь с меня немедленно! — прошипела. — Я не твоя жена!

— Я понимаю, ты обижена. — старательно успокаивал, попутно пытаясь отцепить мои руки от волос, при этом придавив нижнюю часть моего тела своим весом так, что начали отниматься ноги. — Но этого требуют обстоятельства. Как только я разберусь с этим делом, сразу к тебе приеду. И мы подумаем, как быть дальше. Возможно, у меня получится вернуть тебя в столицу. Куплю тебе дом неподалёку от своего имения…

— Иными словами, ты предлагаешь мне роль любовницы? — натужно выдала, отпуская волосы, и со всей силы толкая его в сторону.

Не ожидавший такого выпада граф скатился с меня и с кровати, и с грохотом упал на ковёр.

Надеюсь, это его немного отрезвило.

Поднялся.

— Не приближайся! — предупредила. — Или я закричу на весь дом. Пусть слуги узнают какой у них хозяин: лезет на жену, которая ещё совсем недавно чуть не умерла. У них языки длинные, и эта новость быстро выйдет за пределы твоего имения.

Замер. Видела как в нём борются желание и благоразумие. И кажется, благоразумие проигрывало.

— Ири… — снова дёрнулся ко мне.

— Стой, где стоишь! Я не шучу! Если так сильно невтерпёж, иди к своей белобрысой. Она не откажет.

— Я же тебе сказал, что она мне не нужна. Я её не хочу. А вот тебя… такую…

— Ты мне зубы не заговаривай. Я не дура. И мне плевать, что между вами происходит. Просто дай мне спокойно уехать.

Не поверил.

— Тебя не может это не волновать. Потому что ты меня любишь...

Шагнул к кровати, сел на край. Потянул ко мне руку. Но осторожно. Я отползла к дальнему краю.

Утверждать, что чувства нет не стала. Ведь Ири действительно могла любить мужа.

— Ты думаешь, что после всего, что случилось, можно продолжать любить?! — посмотрела на него удивлённо и одновременно шокировано. Эти чувства даже играть не пришлось — таких циничных гадов мне раньше встречать не доводилось.

— Когда ты всё узнаешь, то простишь. Я в этом уверен. А любовь никуда не делась, её лишь затмила обида...

— Филипп… — решила сбавить обороты. Мне нужны золотые, что он обещал выделить. И я не могу подвести людей, которые хотят поехать со мной.

— Прежней Ири больше нет. Она умерла, когда её предали близкие люди. Я теперь другая. И возможно со временем действительно смогу тебя простить. Но снова полюбить — вряд