Изгнанная с позором - Нита Вольская

память, но точно знаю, что ни с каким драгуном не знакома. Ты бы лучше за своей белобрысой последил. Уверена, что она причастна к случившемуся. Не удивлюсь, если этот товарищ окажется её пособником.

Граф уже практически полностью оправился от произошедшего, и внимательно меня слушал, пристально изучая. Так, словно видел впервые. И как только я завершила свою пламенную речь, сурово спросил:

— Ты кто такая?

Глава 22. В гробу я видела все ваши запреты

Поздравляю, Ирина! Ты договорилась. И как теперь выкручиваться?

Но, как известно, в экстренной ситуации мобилизуются все возможности организма. Вот и мой мозг мгновенно выдал единственное решение — идти в нападение:

— Ты у меня это спрашиваешь? У той, которая о себе практически ничего не помнит, и действует на… — хотела сказать «на инстинктах», но усомнилась, что здесь есть такое выражение, и исправилась: — … по наитию? И, заметь, я не сама себя до такого состояния довела…

— То есть, то, что тебя довели, ты помнишь, а остальное — нет. Очень удобная позиция. — прозвучало как упрёк. Захотелось шарахнуть его канделябром. Как Ириана с ним жила?

Сдержалась. Просто развела руками: мол, я не контролирую сей процесс, и потому какой с меня спрос? И для убедительности добавила:

— Этот вопрос не ко мне. Я ничего не смыслю в медицине. Спроси у семейного лекаря. Может он тебе объяснит как это работает.

Блефовала напропалую. Но отчасти говорила правду: я в этом действительно мало понимала, лишь где-то краем уха слышала, что наш мозг мало изучен. А значит непредсказуем. Правда, примеры его непредсказуемости мне были известны только из сериалов, в реальной жизни я с потерявшими память не сталкивалась. А значит, тему нужно сворачивать как можно быстрее. Пока опять что-нибудь не ляпнула.

Не стала ничего добавлять к сказанному. Посмотрела с упрёком. И с честью выдержала его испытующий взгляд.

Кажется, он поверил. Догадку подтвердила его следующая фраза:

— Прости. Я не понимаю, что на меня нашло. Раньше я никогда не позволял себе ничего подобного. Но ты сейчас такая… непривычная. И это на меня странно действует…

Посмотрел на меня как собака на лакомую косточку. А я красноречиво посмотрела на подсвечник.

— Пожалуй, мне лучше уйти… — сразу засобирался всё ещё голопопый граф.

Не веря своему счастью, проследила как он одевается, и проводила взглядом до выхода. Который действительно оказался запертым.

Когда граф ушёл, облегчённо выдохнула. И захотела убедиться, что он не стоит под дверью, и не вернётся. И наткнулась на преграду — дверь была опять заперта.

Это нормально? Я что узница?

Больше уснуть не получилось. Но теперь не из-за грёз, а из-за того, что я невольно прислушивалась к каждому шороху. Мне казалось, что стоит закрыть глаза и озабоченный супруг этим непременно воспользуется...

Из-за недосыпа утром настроение было не самым радужным.

Пришла Мара с тазом воды для умывания, завтраком, и новостями о том, что все мои вещи упакованы. Попросила её приготовить мне ванну. На что девушка отреагировала странно. Сначала растерялась, а потом виновато потупилась и почти прошептала:

— На это требуется разрешение графа.

— Я должна спрашивать его разрешения, чтобы помыться?!

Девушка вся сжалась.

Я чуть сбавила обороты:

— Марунь, это не к тебе претензия. Просто я пытаюсь понять, что происходит. Так было всегда?

— Нет, госпожа. Хозяин отдал такое распоряжение после бала.

— Чтобы я не мылась?

— Чтобы вы не выходили из комнаты без разрешения.

Так значит! Ну, дорогой граф, вы откровенно нарываетесь.

— А насчёт этой комнаты было какое-то конкретное распоряжение?

— Нет. — девушка растерянно моргнула. — Разве что всегда запирать двери.

— Ну вот и славно. Значит мыться в этой комнате мне никто не запрещал. Сможешь тут организовать ванную?

— Я не уверена, госпожа. Домоправительница может запретить.

Чего? Я, конечно, никогда не была графиней, но всё же понимаю, что никакая прислуга не может указывать господам. Даже проштрафившимся, и даже если она управляет всеми слугами в доме.

— Скажешь, что это моё распоряжение. А если она не согласна, то может прийти сюда и обсудить это со мной.

Мара кивнула и умчалась исполнять. А я умылась и взялась за кашу.

За всё время, что я тут лежу, меня ещё ни разу нормально не покормили: то каша, то холостой супчик. А я есть хочу. И с этим нужно что-то делать.

Решено: вот помоюсь и пойду порядки наводить. И никакая домоправительница мне не помеха!

Примерно через час пришла Маруня с двумя большими вёдрами, до краёв наполненными парящей водой. И вслед за нею вошёл Левон с деревянной бадьёй. Поздоровавшись, поставил и ушёл.

Девушка слила воду в посудину и умчалась за новой порцией. А я от безделья подошла к окну и стала наблюдать за жизнью на свободе.

Перед парадным входом движения было мало, а вот за кованными воротами жизнь кипела: проезжали повозки, проходили люди во всё ещё непривычных мне нарядах.

После нескольких минут наблюдения научилась отличать знатных от простолюдинов. Это было просто. Не только из-за одежды, но и из-за того, что для них были выделены разные тротуары.

В очередной раз ужаснулась расслойке местного общества. Простой народ тут был не на ступень ниже богатеев, а на целую лестницу.

Ещё заметила, что все знатные женщины ходили или ездили только парами, или по трое. За всё время наблюдения мне не попалась на глаза ни одна одинокая расфуфыренная дама.

Почему-то задалась вопросом: как к графу приезжает Люська? Не тащит ведь она за собой подругу или тётушку, когда едет на свидание к женатому мужчине?

Быстро отмахнулась: зачем она мне вообще сдалась?! Пусть хоть одна ездит, хоть с ротой солдат.

Мара натаскала полную бадью воды, налила в неё каких-то травяных и цветочных настоев, приготовила сменное бельё и позвала меня на процедуру омовения.

С удовольствием погрузилась в тёплую воду и прикрыла глаза.

Планировала просто полежать, а потом помыться, но рыжуля с разбега занялась моим телом. Сначала помыла волосы (вопреки моим протестам и попыткам сделать это самой), а потом растительной мочалкой стала аккуратно растирать руки и ноги.

Мне оставалось только получать удовольствие.

По окончанию мытья, ополоснула меня при помощи ковшика и запасного ведра воды, и закутала в большую простыню.

Хотела блаженно вытянуться на постели, но Маруня предупредила, что нужно сменить бельё, и я разместилась в кресле, вытянув ноги и прикрыв глаза. И,