Давай поженимся - Юлия Резник

Телефон вибрирует.

«Я выехал», — приходит короткое сообщение от Макара.

Сердце ухает вниз и тут же отскакивает обратно. Спокойствие, Элла. Это всего лишь ужин. Но как же волнительно, а?!

Хватаю пальто, ещё раз проверяю, выключила ли свет, и выбегаю из квартиры. В отражении грязных подъездных окон я выгляжу настоящей дикаркой. Останавливаюсь, чтобы пригладить волосы и отдышаться. И лишь потом продолжаю путь. У подъезда уже стоит его машина. Макар выходит, обходит авто, чтобы открыть для меня дверь. Успеваю заметить его взгляд, брошенный на едва заметную царапину, что я оставила.

— Прекрасно выглядишь, — говорит он, задержавшись глазами на моих губах.

— Спасибо. Ты тоже ничего, — улыбаюсь.

Он усмехается, закрывает за мной дверь и сам садится за руль. Первые минуты мы едем молча. Дает о себе знать смущение. Я смотрю в окно, Макар — на дорогу.

— Ты нервничаешь? — вдруг спрашивает он, не поворачивая головы.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что ты в кои веки молчишь?

Смеюсь в ответ на это замечание.

— На самом деле все ровно наоборот. Когда я нервничаю, у меня рот не закрывается.

— Значит, из нас двоих волнуюсь я один.

— Вот как? И что заставляет тебя волноваться?

— Сто лет не был на свидании.

Его признание меня по какой-то причине совершенно не удивляет. А вот окрыляет — это да! После таких слов, я чувствую себя совершенно особенной. Ух… Как бы все не испортить?

— Думаю, это как езда на велосипеде — можно не кататься сто лет, а потом сесть и поехать.

— Надеюсь, — хмыкает Макар.

Ресторан встречает нас мягким светом и запахом имбиря. Интерьер действительно впечатляет — дерево, камень, тёплые лампы, много воздуха. И при всем при этом никакого пафоса.

Нас провожают к столику у окна. Макар принимает мое пальто, будто это что-то само собой разумеющееся. А я, совсем не избалованная таким вниманием, отшатываюсь от него, как дура.

Меню кажется бесконечным.

— Значит, ты предпочитаешь азиатскую кухню? — осторожно спрашивает он, глядя на раздел с роллами.

— Эм… — задумываюсь, выбирая между правдой и желанием его ни в коем случае не обидеть. — Не сказать.

— А зачем же мы тогда сюда приехали? — изумляется Милый.

— Потому что именно сюда ты меня позвал?

— Да я сто лет в нормальной харчевне не был, брякнул название, которое сейчас у всех на слуху — и все. Думал, всем девушкам азиатская кухня нравится.

— А я решила, ты — фанат. — Смеюсь. — Ну и согласилась. Вот это да! И что теперь будем делать?

— Тут вроде бы есть раздел с мясом, — качает головой Макар.

— Другое дело! — потираю руки. Милый фыркает. Я смеюсь еще громче. — Вот два дурака!

— Протестую, — заявляет Макар, но в его голосе нет ни тени раздражения. — Мы вовсе не дураки, это этап такой, ну, знаешь, когда так хочется понравиться, что готов согласится на любую дичь?

Я киваю. Что мне нравится, так это его откровенность. И то, что мы оба не собираемся строить из себя гурманов, делая вид, что разбираемся в соусах и васаби.

Нам приносят воду. Потом заказ — что-то из говядины. Мы пробуем — это необычно, но вкусно. Я показываю, как держать палочки, Макар фыркает, но на мое предложение попросить принести приборы отвечает отказом. Видите ли, так просто он не сдастся. Постепенно он успевает приспособиться. И его взгляд наполняется торжеством.

Свидание, перед которым я успела понервничать, проходит настолько легко, что диву даешься. Нам как будто вообще не нужно играть… Ни ему — в брутального непрошибаемого полковника. Ни мне — в лёгкую беззаботную девочку. Мы — это мы. И несмотря на все наши различия, нам хорошо вместе. К концу вечера в голове формируется четкое понимание, что именно этого мне и не хватало по жизни. Честности и легкости, да.

На этот раз я решаю обойтись без разговоров на серьезные темы. Макар тоже предпочитает не касаться моего прошлого, ограничившись лишь вопросом о том, не звонил ли мне больше Виктор. Я заверяю его, что нет. И тут нам приносят счет. Все заканчивается как-то уж слишком быстро.

— Спасибо за все. Хорошо посидели, — неловкость все же наступает, но лишь когда приходит время прощаться. Возможно, Макар, не знает, как закончить вечер? А что, если он надеется, что я его приглашу этот самый вечер продолжить?! Почему-то я совсем не подумала о таком раскладе. Теперь стою вот у подъезда как дура, и ума не приложу, что дальше. В целом, я-то не против. Но после всего это как будто бы… лишнее?

— Можно задать тебе вопрос? — шепчу я и закусываю губу.

— Давай…

— Ты ждешь, что я тебя приглашу подняться?

С губ Макара срывается короткий смешок. Но когда он отвечает, то выглядит вполне серьезным.

— Почему нет? Я не совру, если скажу, что мне давно не было так хорошо с женщиной. Так… Ты меня пригласишь? — интересуется он, глядя на меня исподлобья.

— У меня есть идея получше, — выпаливаю я.

— Да? И какая же?

— Давай поженимся?

Глава 12

Макар

У меня же слуховые галлюцинации, да?

А… Нет. Она действительно это сказала. Я зависаю, комично приоткрыв рот.

Поженимся.

Это что вообще сейчас было?

Пока мозг пытается переварить услышанное, внутри поднимается раздражение. Да что не так с этой бабой?! Ну, ведь явно… что-то.

Думаю, этот вопрос проступает у меня на лице. Потому что людоедочка его считывает. Улыбка, которая секунду назад была почти робкой, вдруг расползается едва ли не до ушей. Как бывает всегда, когда она надевает маску разбитной бабы.

— Шутка, — бросает людоедочка, толкая меня плечом. — Расслабься, товарищ полковник. А то тебя вот-вот удар хватит. Пойдем.

— Куда? — туплю я.

— Ты вроде был не прочь подняться. Или передумал?

Мое настроение меняется. Внутренности будто обдает жаром. Элла, как-то неловко покачнувшись, разворачивается и прижимает к домофону магнитный ключ.

В смысле? Это что значит? Она меня приглашает?

В полнейшем недоумении смотрю на её затылок, на тонкую шею, на выбившуюся из узла прядь и понимаю, что у меня сейчас просто закипит мозг. В этой женщине полностью отсутствует хоть