Бурый. Приручить истинную - Бетти Алая

Он отстраняется. Внимательно смотрит мне в глаза. Кладет ледяные ладони на мои плечи.

— За тобой охотится древнее зло. Тени, что ты видела, — лишь гончие. Они хотят забрать твою душу, чтобы прорваться к Колыбели снов. Если они осквернят тебя, путь между мирами будет закрыт, и мертвые больше не смогут обрести покой.

Дух Зимы берет меня за руку и ведет вглубь леса. Снежная тропа светится под нашими ногами.

— Но почему я? Почему именно меня они преследуют? — шепчу, сжимая его холодные пальцы.

— Ты отмечена Богиней, — Дух Зимы слегка кивает. — Но большего рассказать не могу. Ты должна сама прийти к своему предназначению. Я не имею права раскрывать его тебе, иначе узор судьбы нарушится.

Мы выходим на поляну. Чуть не вскрикиваю от неожиданности. Прямо посреди заснеженного леса стоит огромная, массивная дубовая дверь. Она покрыта сложной резьбой. Кажется, будто дерево живое.

Дух Зимы делает шаг вперед и толкает тяжелую створку. В ту же секунду меня захлестывает волна тошноты. Невыносимая вонь бьет в нос, не позволяя дышать. Сера. Внутри всё словно выжигает ледяным огнем.

Зло. Оно там, за этой дверью. Оно ждет.

— Я не могу… там… они…

— Пойдем, — тихо говорит Дух. — Ты должна увидеть. Я с тобой.

Переборов отвращение и страх, делаю шаг внутрь. Замираю от неожиданности. Нет, вонь не исчезла. Но картина, что открылась передо мной… Потрясающая… невозможная красота. Огромный зал, со всех сторон увитый толстыми лианами. Стены будто сотканы из звездного света.

А по центру парит Колыбель. Серебристая, переливающаяся всеми цветами радуги, она постоянно меняет форму. Значит, это и есть портал. Место, дарующее мертвым душам покой.

Но Колыбель в беде. Вокруг неё шипят и извиваются тени. Они похожи на черных, полупрозрачных змей. В сердце начинает болезненно щемить. Эта гадость пытается обвить портал, заблокировать его. Но яркое сияние отпугивает врагов.

— Силы Колыбели на исходе, — Дух Зимы встает рядом со мной. — Каждая душа, что проходит через портал с миром и прощением, питает её. Питает меня. Но тени мешают мертвым. Они задерживают их в мире живых, заставляя страдать и забывать дорогу домой.

В памяти мгновенно всплывает бледное лицо девушки из зеркала. Её пустые умоляющие глаза. И просьба:

«Помоги мне!»

— Девушка… — шепчу, резко разворачиваясь к Духу Зимы. — За мной ходит призрак. Она просит о помощи, говорит о предательстве и каком-то «проводнике». Но я не знаю, как ей помочь!

Дух мягко улыбается.

— Ты знаешь, Поля. И ты на верном пути. Помочь — значит даровать ей покой. Нужно узнать, что с ней случилось. Справедливость позволит ей перейти черту.

Опускаю взгляд на свои руки. От ладоней начинает исходить мягкое серебристое свечение. Тонкая, почти невидимая ниточка света тянется прямо к пульсирующей Колыбели снов.

Мы связаны! Я чувствую вибрацию. Её тихую, печальную песнь!

— Богиня не ошиблась, — голос Духа Зимы становится тише. — Твоя душа и Колыбель неразрывно связаны. Ты — её голос в мире живых. Её защитница.

В голове рождаются десятки вопросов, но пространство вокруг начинает искажаться. Снежный лес, сияющая Колыбель и высокая фигура Духа расплываются, превращаясь в цветные пятна.

Распахиваю глаза. Вижу знакомый потолок спальни Гордея. За окном — утро, солнечные зайчики пляшут на стенах.

Лежу на огромной кровати. На мне моя пижамка, сверху теплое одеяло. Гордея в комнате нет, но подушка рядом еще хранит его запах. Он был рядом… охранял мой сон.

Сажусь, потягиваясь. С удивлением замечаю, что не чувствую усталости. Совсем наоборот! Я полна сил, а в голове совершенно ясно. Страх ушел, сменившись твердой уверенностью.

Теперь я знаю, что нужно делать…

ГЛАВА 23

Гордей

Ароматный бекон шкворчит на сковородке. Переворачиваю его лопаточкой, представляя, как накормлю свою пару.

Второй рукой касаюсь метки на спине. Приятно, черт возьми!

У меня есть метка! И у Полины есть!

Так и тянет пуститься в пляс. Но я же взрослый медведь и теперь несу ответственность за свою девушку.

СТОП! Поля же моя девушка? Мы целовались…

Или мне стоит официально ей предложить встречаться? Как это, блин, делается?

Раздумываю, бросая на сковороду новую порцию ароматного бекона.

Вчера Поля крепко уснула в машине. Поначалу я напрягся, краем глаза наблюдал за ее сном.

Если бы тени полезли, порвал бы голыми руками.

Но она так безмятежно посапывала. Милая, красивая… моя!

Улыбаюсь себе под нос. Эти твари не посмеют сунуться после того, как я давил их своими мощными лапами!

На кухне жарко, несмотря на включенный кондиционер. Я в одних боксерах. И нет, я не стесняюсь! Это моя квартира!

Меня переполняет необычная сила. У меня есть истинная!

Моя белая медведица.

Мысль о том, что Полинка сейчас спит в моей постели… отмеченная моим запахом… заставляет зверя довольно урчать. Я переодел ее вчера. Руки дрожали, пытался не разбудить…

Прикрываю глаза и вспоминаю, как она доверчиво жалась ко мне ночью. Как ее сосочки проступали через ткань мягкой пижамки. Сууука…

Я всю ночь сходил с ума от ее сладкого аромата и близости.

Резкий, наглый звонок в дверь вырывает меня из эротических фантазий.

— Да блядь… — рычу себе под нос. Швыряю лопатку на столешницу, выключаю конфорку.

Бегу в прихожую. Боюсь разбудить свою девочку.

Кто, черт возьми, приперся в такую рань без предупреждения? В окно вышвырну!

Я уже готов выдать порцию отборного медвежьего мата. Распахиваю дверь.

Но застываю, проглотив язык.

На пороге, сияя как начищенные пятаки, стоят наши друзья: Ичи, Ася и Эльмира.

— Сюрприз! — жизнерадостно вопит блондинка.

Не дожидаясь приглашения, втискивается мимо меня в квартиру.

Ичи и Эля заходят следом.

Лис нагло скалится, а Эльмира краснеет.

— Вы какого хрена тут забыли? — пытаюсь загородить проход своим телом, но куда там. Ася уже в гостиной.

— Ого, Бероев, — она оборачивается. Волчица бесстыже сканирует взглядом мой голый торс. — Я, конечно, знала, что ты любишь свободу, но чтобы вот так встречать гостей… в семейниках? Напомню, что это не нудистский пляж.

Она вдруг замирает. Принюхивается. Ее ноздри забавно раздуваются. Ася округляет глаза. Теперь они занимают половину ее наглого лица.

— Пахнет… Полиной? — в глазах блондинки вспыхивает недобрый огонек. — Гордей, какого лешего? Что ты сделал с моей девочкой? Украл? Запер?