Феечка - С. И. Вендел

Но она ничего не делала. После долгих ворочаний она затихла. Затихла настолько, что ему пришлось сесть и вытянуть шею, чтобы заглянуть за край кровати и убедиться, что она все еще там.

Равенна казалась крошечным бугорком под его покрывалом. Прядь темных волос выбилась из-за острого ушка, обрамляя лицо — во сне оно было мягким и безмятежным.

Валлек откинулся на подушки и уставился в потолок. Он был в полной растерянности.

— И что мне делать с парой-фэйри?

9

Равенна не особо удивилась, когда проснулась и обнаружила, что лежит на кровати Валлека. Разозлилась — да. Удивилась — нет.

Она чувствовала, что так и будет. Король орков удерживал трон почти восемнадцать лет; он не привык к неповиновению.

Видимо, ее магия не посчитала его угрозой. Обычно она исправно предупреждала об опасности во сне, но сейчас, похоже, была более чем готова признать Валлека парой. Азаи не был врагом — он входил в число тех немногих, кого женщина-фэйри подпускала близко. Кому доверяла свою магию и крылья.

Однако сердце и разум Равенны к такому доверию еще не созрели. И неважно, как замирало сердце от мысли, что его зверь мгновенно узнал ее. Плевать, что разум признавал выгоду: иметь сильного орка в качестве азаи было полезно.

Равенна лежала неподвижно, прислушиваясь. Дыхания слышно не было, а легкий след магии подсказал: его половина кровати давно остыла.

Она осторожно выглянула из-за плеча, чтобы убедиться — она одна.

Вздохнув, Равенна закрыла лицо руками. Боги, ну и беспорядок.

Трудно было поверить, как сильно все изменилось за сутки. Еще вчера она была простой человеческой прорицательницей на службе у короля. Сегодня она — его пара и пленница. Не то чтобы условия жизни улучшились, но перемены разительные.

В сознание постучались.

— О, отлично. Ты проснулась. Рассказывай все, — потребовал Оберон.

— Я уже все тебе рассказала, — напомнила она. Пока Брунгильда расчесывала ей влажные волосы, Равенна успела ввести единорога в курс дела. Тот, похоже, не знал, что делать: тревожиться или злорадствовать.

— Рассказывай, что происходит сейчас.

— Я только что открыла глаза.

— В его постели?

Равенна скорчила гримасу стене.

— Не скажу. — Обсуждать подобные темы с Обероном было почти так же невыносимо, как с собственным отцом.

— В его постели, — подтвердил единорог, и Равенна услышала эхо его довольного ржания. — Ну, продолжай. Что он за пара?

— Властный. Как и один мой знакомый.

— Хорошо. Может, он наконец вправит тебе мозги.

— Я не собираюсь ничего ему рассказывать, козел ты драный.

— Равенна…

Разорвав связь, она выпуталась из покрывала и спустила ноги с кровати. Прыжок на пол оказался делом непростым; ложе было рассчитано на орка, причем крупного, так что матрас доходил ей до груди. Чтобы забраться обратно, ей наверняка понадобятся ступеньки или разбег.

Не то чтобы она собиралась туда возвращаться.

Оправив льняной халат, который Брунгильда выдала ей после ванны, и расчесав волосы пальцами, Равенна бесшумно обошла кровать и выглянула за порог.

Покои Валлека были роскошными: несколько комнат расходились от короткого центрального холла. Четыре главных помещения — спальня, кабинет, гостиная для встреч и некое подобие офиса — располагались вокруг холла, словно листья клевера. В простенках между арочными сводами прятались двери в комнаты поменьше. Одна вела в частную купальню, другая в уборную, третья в гардеробную, полную его нарядов, а четвертая вела наружу.

Равенна долго и пристально смотрела на эту заветную дверь. До нее было рукой подать. Она наверняка успела бы добежать до того, как он ее схватит. Проблема была в том, что она угодила бы прямиком в объятия стражников, стоявших с той стороны.

Придется искать другой путь. Что делать потом… она толком не знала. Уехать из Балмирры нельзя. Она потратила слишком много времени на этот план; все уже пришло в движение. И… она не была уверена, что разум выстоит против инстинкта, требующего быть рядом с ним.

Одно дело — прятаться. Изредка видеть его во время игры, а потом ласкать себя, думая о нем, — этого казалось достаточно. Но теперь все иначе. Теперь инстинкт сам гнал ее из спальни на поиски короля.

Прежде чем она свернула в кабинет, до нее донеслись голоса. Равенна замерла у арки, скрываясь в тени.

Мать всегда говорила, что подслушивать некрасиво, но Эйн вряд ли представляла свою дочь в такой ситуации.

Магия внутри довольно загудела — Валлек был рядом. В кабинете с ним были две женщины, и Равенна затаила дыхание.

— Это определенно все осложняет, — произнес голос. Точно леди Эйдис.

— Не вижу причин, — отозвался другой. — Все знают, что за зверем последнее слово. Никто не станет спорить.

Равенна не сразу узнала голос, но по непринужденному тону поняла: это капитан Аста, младшая сестра Валлека.

— Станут, когда увидят, что она фэйри, — возразила Эйдис.

— Наполовину фэйри, — поправил Валлек.

Пауза. Равенна представила, как Эйдис награждает брата взглядом, на который способны только старшие сестры.

— Наполовину или нет, выглядит она как фэйри. Пойдут слухи. Ульрих уже настроен против нее, хотя знает, что она твоя пара.

Аста фыркнула.

— У Ульриха всегда был кол в…

— Он предан, — перебила Эйдис. — Это главное.

— Возможно, слишком предан, — задумчиво произнес Валлек.

— Преданности не бывает слишком много.

— Бывает, — настояла Аста. — Я согласна с Валлеком. Последние годы Ульрих… фанатичен в своей верности.

Снова пауза, затем Эйдис сказала:

— Мы не его сейчас обсуждаем. Куда важнее твоя новая пара.

— Она же может накладывать морок? Пусть носит человеческое лицо. Или даже лицо орчихи!

— И поддерживать обман всю оставшуюся жизнь? — хмыкнула Эйдис.

— Ладно. Тогда купите ей косметику и сделайте подходящий цвет кожи.

— Хорошие предложения, — дипломатично заметил Валлек, — но это лишь припарка, а не лечение. Нужно что-то более окончательное.

Равенна скривилась от того, что ее назвали «раной», которую нужно лечить.

— Что ж, — вздохнула Эйдис, — решение за тобой. Что нам с ней делать?

— Может, спросим ее саму?

Сердце Равенны ушло в пятки. Мгновение она не знала: выйти самой или броситься обратно к кровати, чтобы запрыгнуть на нее с разбега.

Валлек не дал ей выбора — он появился в дверях и заполнил собой все пространство. На нем были те же льняные штаны, что и ночью. Память услужливо подбросила картинку, как они падают, обнажая крепкие зеленые ягодицы. Теперь на нем была еще и льняная туника без рукавов, натянутая на мощной груди.

Магия Равенны скопилась у ее ног и поползла