Феечка - С. И. Вендел

Что-то случилось.

Глядя на них обоих, Равенна лишь укреплялась в своих подозрениях. Плечи слишком напряжены, взгляды слишком беглые.

— Полагаю, город не под ударом, — сказала она. Если бы это было так, над Балмиррой взревели бы сигнальные рога цитадели, но ей нужно было заставить их говорить.

После целого дня в одиночестве — она давно отпустила Брунгильду, решив, что не нуждается в няньке, — она жаждала новостей. Будь она на свободе, в своем человеческом облике, она бы уже все разузнала в столовой для слуг. Вся лучшая информация стекалась именно туда.

Вместо этого она сидела взаперти, и единственным развлечением были вышивка да интриги. Целый час она раздумывала, не вывернуть ли все его носки, штаны и рубашки наизнанку, но это лишь прибавило бы работы Брун. Потом она хотела сжечь его парадное облачение, но и это бы только разозлило его и обременило слуг.

Высунувшись из окна, она еще раз убедилась: падать до внутреннего двора цитадели слишком высоко. Если связать все его постельное белье, длины, может, и хватило бы, но внизу ее ждали бы десятки стражников.

Будь у нее крылья посильнее, она бы улетела. Но ее крылышки всегда были слишком слабы для настоящего полета. При сильном восходящем потоке она могла бы планировать, но при падении с четвертого этажа они лишь замедлили бы ее настолько, что она бы не разбилась насмерть, а просто сломала лодыжку.

Целый день впустую — ничего, кроме безумных планов и растущей тревоги. Оберон не помогал. Хотя он уверял, что стадо атакует ворота Балмирры, чтобы освободить ее, если она того пожелает, сам он считал: куда мудрее сдаться и принять своего азаи.

— Трахаться вместо того, чтобы сражаться? Другие единороги придут в ужас, если узнают, — подумала она.

— Не придут, — фыркнул он. И добавил после паузы: — И ты им не расскажешь.

Связаться с Каллистикс на таком расстоянии было трудно. Хотя ее бабка, скорее всего, с радостью бы нанизывала орков на рог, в стаде теперь были жеребята, о которых нужно было заботиться.

Сейчас Равенна была одна. А значит, ей нужна информация. Начиная с того, почему эти двое не смеют поднять на нее глаз.

— Город в безопасности, — подтвердила Эйдис, но больше не сказала ни слова, нервно оглянувшись на Валлека.

Оставшись в одних штанах, Валлек шагнул вперед.

— Нам нужно многое обсудить.

Звучало зловеще.

Возможно, ей стоило порадоваться его осторожному тону. Вдруг он передумал или внял разуму? И все же комок дурного предчувствия сдавил желудок, когда он серьезно посмотрел на нее.

— Спасибо за совет, — бросил он Эйдис. — Распорядись насчет ужина и передай привет Хильде.

Сестра кивнула и с явным облегчением поспешила к выходу. Равенна хмуро проводила ее взглядом, а когда дверь закрылась, повернулась к своему внезапно неразговорчивому азаи.

Валлек жестом пригласил ее в кабинет, к мягким диванам, но Равенна не двинулась с места. Она подозревала, что эти новости лучше встречать стоя.

— Какие вести? — спросила она, желая покончить с этим.

Он еще мгновение изучал ее суровое лицо, прежде чем признаться:

— Прибыл Хротгар из Иннриндома. Со своими дочерьми и племянницей. Он предлагает мир, если я возьму одну из них в жены и королевы.

В этом не было ничего удивительного — Равенна знала о политических играх Валлека и его желании объединить королевство без крови. Династический брак был самым простым решением.

И все же правда, ворвавшаяся в их реальность в тот же день, осела камнем в груди.

Он принадлежит мне всего день, а какие-то орчихи уже пытаются его умыкнуть? Мысль вспыхнула в той первобытной части ее души, которую она отрицала все эти годы. Ярость этого чувства пугала ее не меньше, чем осознание того, что он стоит на пороге женитьбы — и не на ней, своей паре.

— Понятно, — сорвалось с онемевших губ. Других слов не нашлось.

Его густые брови сошлись на переносице.

— Понятно? — повторил он. — И это все, что ты скажешь?

Равенна лишь пожала плечами, скрывая за хмурым видом, как щиплет в глазах.

— А что мне сказать? Мне предельно ясно дали понять, что мое мнение здесь ничего не стоит.

Он раздраженно выдохнул.

— Я ничего подобного не говорил. Ты сама вкладываешь слова мне в рот.

Она прикусила губу, чтобы не сорваться на оскорбления. Гнев опалял грудь, и ей стоило огромных усилий не убежать прочь.

— А как еще я должна себя чувствовать, когда меня держат здесь как пленницу?

Валлек тяжело и протяжно вздохнул.

— Ты не пленница. Это лишь временно.

Равенна оскалилась в горькой улыбке.

— Пока ты не возьмешь жену, хочешь сказать? Которую из них ты выберешь?

— Все не так просто, — прорычал он.

— Два дня назад все было просто.

— Было! — выплюнул он. — Но два дня назад я не знал, что моя собственная пара прячется у меня под носом! — Он сократил расстояние между ними, нависая над ней. — Зачем ты скрывалась? У нас было три года, чтобы во всем разобраться!

— Прости, что я так некстати влезла в твое политическое расписание. Я вообще не собиралась попадаться. Ты сам решил, что я — препятствие, которое нужно преодолеть.

— Ты не… — Он в сердцах запустил руки в гриву. — Опять ты за свое!

— Я — помеха, — настаивала она. — Мы оба это знаем. Ты надеялся жениться на одной из тех орчих, возможно, даже найти среди них пару. Это было бы просто и легко. А теперь…

Его лицо осунулось, и у Равенны внутри все перевернулось: она поняла, насколько попала в точку. Но правота не принесла радости. Напротив, было тошно.

— Зверь сам выбирает пару. Все орки знают это и уважают, — сказал он.

— Это не поможет тебе заключить союз с Хротгаром.

Валлек не ответил сразу. Он задумчиво разглядывал ее. Его большая ладонь поднялась, и кончики пальцев нежно коснулись ее щеки, вызывая трепет в груди. Даже сейчас, посреди ссоры, его прикосновение так легко возбуждало ее. Это злило больше всего.

— Почему ты пряталась от меня? — спросил он тихо и серьезно.

Ответов было много. И ни одним из них она не хотела делиться. Равенна молчала, кусая щеку изнутри. Когда он понял, что ответа не будет, его взгляд стал жестким, почти стальным. Пальцы на ее щеке оставались теплыми, но само прикосновение стало холодным.

— И что мне делать? — спросил он, поглаживая ее кожу большим пальцем. — Наверное, я найду способ удержать и жену, и пару. Короли ведь должны быть эгоистами, верно?

Равенну передернуло,