Воспитание мисс Грейнджер - Olivia Winner

— Попроси у него блинчиков, — сразу же оживился Рон.

— Ка-а-ак хо-о-очешь, — ещё раз чудовищно зевнув, Гарри потопал в логово Кикимера.

Гермиона наклонилась к Джинни и заговорщически прошептала:

— А что, если ему не понравится?

Джинни усмехнулась, провожая глазами задницу Гарри.

— О, не сомневаюсь, ему понравится! И когда я свяжу его, ему тоже понравится!

Гермиона всё-таки захихикала.

— Что смешного? — полусонно спросил Рон.

— Ничего! — хором ответили девушки.

* * *

Гермиона провела большую часть дня вместе с Роном, отвлекая его от мыслей об уединившихся Гарри и Джинни. Ей искренне хотелось, чтобы влюблённая пара провела вместе как можно больше времени. Ведь скоро Джинни придётся вернуться в «Нору». Чем бы они там ни занимались, не было слышно ни звука. «Судя по всему, они не забыли поставить Заглушающее на каждую поверхность комнаты». Тем временем Рон «помогал» ей готовить шоколадное печенье: он съел половину теста, прежде чем она поставила их в духовку. В итоге Гермиона увидела, как мало печенья у неё получилось, и начала готовить новую партию. Рон доедал остатки после первой попытки, пока она предпринимала вторую.

— Ой, горячо! — прошипел он, отдёргивая руку.

— Рональд! Я только что их вытащила! Как ты думаешь, что они делали в духовке? Прятались там в тени? Дай им остыть хотя бы десять минут.

— Я люблю тёплые, — пояснил он.

Она укоризненно покачала головой.

— Ты уже большой мальчик. Делай со своим обожжённым языком что хочешь. Но если ты не можешь к ним прикоснуться, вероятно, не стоит даже пытаться положить их в рот.

— Я дам им минутку, — сказал он, садясь за стол и пристально глядя на противень, как будто от этого печенье могло быстрее охладиться.

Оставив его размышлять о чудесном расплавленном шоколаде в центре каждого печенья, Гермиона начала отмерять новую порцию сахара. Рон долго молчал, а потом она снова услышала его приглушённое шипение. «Боже! Придётся положить их в холодильник, пока он не получил ожог!»

— Герми?..

— Я же сказала! Дай им десять минут!

— Дело не в еде, — с усмешкой сказал он.

— Да? Тогда в чём? — спросила она, подсыпая в тесто какао-порошок.

— Ты была счастлива со мной, когда мы встречались?

Она оторвала взгляд от миски.

— Я была с тобой очень счастлива. Просто… Всё было не так! Ну ты понимаешь… Как-то неправильно…

Он кивнул.

— Просто я и Снейп настолько разные, насколько это возможно. Что ты в нём нашла?

Гермиона устало вздохнула, предчувствуя непростой разговор.

— Всё очень сложно.

— А ты попробуй мне объяснить.

— Это трудно объяснить словами. Он делает меня счастливой. Конечно, он ворчлив и саркастичен, но также умён… и может быть очень милым, когда мы остаёмся наедине. Мне нравится в нём всё это.

— Уж точно, Снейп никогда не бывает «милым» на людях!

Она засмеялась, смешивая сухие ингредиенты.

— Нет, но на самом деле это и не нужно. Он нравится мне таким, какой есть.

— Должно быть, он действительно хорош в постели, раз ты его терпишь.

Гермиона шокировано посмотрела на него.

— Рон!

— Что? Снейп некрасив, и его нельзя назвать приятным человеком, но судя по тому, как ты вчера кричала, я предполагаю, что ты встречаешься с ним из-за секса.

— Рональд! Я думаю, что это точно не твоё дело! И он может быть совершенно очаровательным, когда мы остаёмся одни!

— Его брюки надеты или сняты, когда он проявляет своё очарование?!

— Повторяю, тебя это не касается!

— Ну и ладно! Всё равно я никогда не поверю, что ты с ним счастлива! Снейп не просто неприятный человек, Гермиона, он — опасный! Ты же понимаешь, что никто не заставлял его присоединяться к Пожирателям Смерти?! Он сделал это по собственному желанию!

Она горько вздохнула.

— Он давно перешёл на нашу сторону. Ты же знаешь, что он работал на Дамблдора и Орден Феникса. Ты помнишь, что именно он помог нам победить Волдеморта?

— Да. А также я помню, как он превратил наши школьные годы в сущий ад! Как ты могла просто простить ему это?

Гермиона села рядом с ним за стол.

— Так же, как я прощаю остальных. Никто не совершенен. Каждый может совершить ошибку, — она предупреждающе подняла руку, как только Рон открыл рот. — Да, у некоторых людей ошибки хуже, чем у других… и, может быть, иногда они не заслуживают прощения, но теперь Северус кажется мне совсем другим. Со мной он улыбается. И смеётся. Не пойми меня неправильно, по натуре он всё ещё злопамятный и угрюмый, но мне нравится эта новая сторона его характера. И… надеюсь, это не вызовет у тебя отвращения, но да — секс с ним действительно хорош, и это ещё одна причина, почему я остаюсь рядом с ним. Не знаю, как долго продержатся наши отношения, но я хочу попробовать.

— А если он причинит тебе боль?

— Не думаю, что Северус когда-нибудь так поступит. Думаю, иногда он боится, что это я причиню ему боль.

— Ты?!

Гермиона снисходительно улыбнулась и терпеливо продолжила:

— Да. Я. Сомневаюсь, что кто-нибудь когда-нибудь проявлял к нему столь глубокую привязанность. Иногда он не знает, как реагировать, но постепенно к этому привыкает. Думаю, Северус просто привык держать людей на расстоянии, чтобы никто не причинил ему боль.

— Ты пытаешься заставить меня пожалеть Снейпа?

— Нет, я просто прошу тебя взглянуть на него с другой стороны. И, может быть… дать ему шанс.

Рон сокрушённо вздохнул и коснулся верхней подпечённой корочки. Почувствовав, что печенье уже не огненное, он ткнул сильнее, пока горячая шоколадная начинка не обожгла его палец. Засунув палец в рот, Рон пососал покрасневшую подушечку.

— Нужно подождать ещё несколько минут.

Гермиона кивнула с лёгкой ухмылкой.

— Значит, ты действительно хочешь с ним остаться? — скептически спросил он.

— Да.

Рон ещё раз вздохнул, как будто в его понимании она сошла с ума.

— Как скажешь, Герми. Так или иначе, мне кажется, что он — грязный, злобный ублюдок, но если ты хочешь быть с ним, я постараюсь держать рот на замке.

Гермиона улыбнулась.

— Вчера он извинился перед вами.

Рон тоже улыбнулся, лелея это воспоминание.

— Всё ещё не могу поверить, что ты заставила его сделать это!

— Я сама была немного удивлена. Но он сделал это для меня. Он заботится обо мне.

В течение нескольких секунд Рон изучающе рассматривал её, а затем кивнул.

— Возможно.

Следом за этим из камина донёсся рёв взметнувшегося зелёного пламени, и в изумрудном огне показалась голова миссис Уизли. Молли приветливо улыбнулась Гермионе.

— О, хорошо, что я застала вас здесь. Гермиона, милая,