С чистого листа. Ведьма общей практики - Елена Филимонова

Томас помрачнел.

— Ты имеешь в виду демонов?

— Нет, — быстро ответила я. Не хватало только, чтобы меня приняли за какую-нибудь инфернальную тварь. — То есть, только демоны могут вселяться в тела?

— Инквизиторы утверждают, что да, — Томас пожал плечами.

Отлично. Здесь еще и Инквизиция есть. И что, интересно, они делают? Сжигают «неверных» на кострах?

— А ты сам как считаешь?

— Лично я с демонами не встречался. Но видел однажды, как инквизиторы казнили женщину, что, по их мнению, была одержима.

Значит, про экзорцизм тут не слышали. Соседка сказала, что вы одержимы демоном? Отлично — поджарим несчастную, и дело с концом.

— Не люблю инквизиторов, — признался Томас. Он поднял с земли ветку, сломал пополам и бросил в огонь. В небо взметнулся сноп рыжих искр. — И тебе советую держаться от них подальше.

«После твоих слов, однозначно», подумала я.

— Вот! — донеслось из темноты. — Дрова принес.

На свет вышел Билл. Плюхнул оземь вязанку хвороста и уселся рядом со мной.

— Ну и? — Томас вскинул бровь. — Чего сидим? Подкидывай. Ты у нас здесь самый молодой, тебе и работать.

Я улыбнулась.

Билл, вздохнув, развязал бечевку и принялся швырять ветки в костер.

* * *

— Господи, сколько тут пыли!

Я закашлялась и часто заморгала. Идея вытащить на улицу матрац и как следует выбить его щеткой, уже не казалась такой удачной. Стоило ударить, как в воздух взметнулось серое облако.

— Ну, еще бы. За полторы-то сотни лет.

Томас стоял позади и, сложив руки на груди, наблюдал за процессом.

— Если такой умный, прошу: давай сам, — я сделала шутливый реверанс и протянула ему «выбивалку».

— Нет, спасибо. Не я собираюсь спать на этом.

Сказать по правде, я и сама уже не была уверена, что хочу ночевать наверху. Вспомнила о мягкой и чистой постели в «Одноглазой Бригетте». Вздохнула. Раз уж я здесь — буду устраиваться.

Томас помог мне занести матрац обратно в дом. Тащить его по лестнице в мансарду я не стала: оставила в гостиной возле камина.

Время подбиралось к полуночи.

— Говорят, именно в этот час Дебора выходит на охоту, — словно бы невзначай заметил Томас, устраиваясь в пыльном кресле.

Билл, которому для ночлега отвели место на кушетке, подскочил и задернул шторы.

— Хочешь довести его до нервного тика? — шепотом спросила я.

— Закаляю характер, — так же шепотом ответил Томас.

— Ты злой, — заключила я, но губы предательски растягивались в улыбке.

Мы погасили свечи, и дом погрузился в темноту. За день я так намаялась, что как только голова коснулась старой подушки, провалилась в сон.

…Кто-то легонько толкнул меня в бок.

— Леди Эгелина!.. — шикнули над ухом.

Я забормотала, не открывая глаз.

— Леди Эгелина! — повторили чуть громче. Второй тычок оказался настойчивее.

Открыла глаза. Сверху на меня глядела чья-то лохматая голова.

— Билл?..

— Угу, — кивнула голова.

Я приподнялась. Комната утопала во тьме, лишь из окна тянулась по полу белая полоса лунного света. Рядом, в кресле спал Томас.

— Ты чего? — спросила я.

Билл огляделся.

— Там… — прошептал он и указал пальцем наверх. — Ходит кто-то.

Я потянулась. Зевнула.

— Крысы, наверное.

После насыщенного событиями дня тело и мозг требовали отдыха. Однако, стоило мне откинуться обратно на подушку, Билл дернул меня за рукав. Не то, что бы сильно, но ощутимо.

— Крысы не воют.

Я прислушалась. В доме стояла тишина.

— Билл, — ласково коснулась его руки. — Это все из-за страшилок, которыми тебя пугали в детстве. В доме только мы трое. — Я ободряюще улыбнулась. — Ложись спать. А утром, если захочешь, мы вместе…

Договорить я не успела. Наверху что-то шаркнуло, негромко хлопнуло, а следом раздалось протяжное «ууу-х!», «ууу-х!»

— Слышали?! — Билл вцепился мне в локоть.

— Тише!

Я замерла.

В мансарде опять что-то застучало. Тук-тук. Тук-тук. На крыс непохоже.

Вдоль позвоночника змейкой скользнул холодок. Мысли лихорадочно заметались. Может, кто-то из местных шел за нами следом и теперь решил подшутить? Сомнительно. Мы с Биллом могли вполне могли упустить из вида «хвост», но Томас вряд ли.

— Эй! — я вытянула руку и толкнула его в бок. — Просыпайся.

Он тряхнул головой и тихонько замычал. Открыл глаза, но меня заметил не сразу, так как посмотрел в другую сторону.

— Томас!

Он повернулся.

— Что случилось? — голос был сонным и недовольным.

— Там кто-то есть. Наверху.

Без особого энтузиазма, но он все же согласился проверить.

— А ружье? — напомнил Билл, когда Томас, разминая мышцы, направился к лестнице. — Ружье брать не будете?

Он обернулся и взглянул на парнишку с таким видом, что любые слова были бы лишними. Билл все понял и притих.

Томас шел впереди, я следом. Билла оставили дежурить внизу.

— Там действительно что-то есть, — сказала я, когда мы дошли до середины лестницы.

— А я и не спорю.

Он ускорил шаг, поднялся на площадку и взялся за дверную ручку.

— Боишься? — взглянул на меня и хитровато прищурился.

— Не дождешься, — с наигранной бодростью ответила я, но в животе пробежала дрожь.

Томас распахнул дверь и…

Я хотела закричать, но с губ сорвался какой-то неопределенный звук. Из темноты на меня смотрели два горящих желтых глаза.

— Ну, привет, старушка Дебора, — козырнул Томас. — И не стыдно людей пугать?

Глава 14

Из темноты вновь донеслось сердитое уханье. Желтые глаза исчезли, но миг спустя появились вновь. Судя по всему, Дебора моргнула.

— Так и будешь там сидеть? — спросил Томас, глядя в темноту. Затем обернулся ко мне и пояснил с видом знатока, — вот, что бывает, если долго жить в одиночестве.

Я услышала звук, похожий на хлопанье крыльев. За ним последовало уже знакомое «ууу-х!», и на площадку опустилась… сова. Крупная, пепельно-серая, с многочисленными темными крапинами. Над желтыми глазами торчали вверх клочкастые брови.

Несколько секунд сова глядела на меня снизу вверх, затем взмахнула крыльями и плавно взлетела на перила площадки.

— Порядочные люди заранее предупреждают о визите.

— Эээк… — выдавила я, не понимая, что шокировало меня больше: говорящая сова или то, с каким видом она рассуждала о правилах хорошего тона.

— Вы проглотили язык, юная леди? — желтые глаза с прищуром разглядывали мое лицо. — Как вас зовут?

— Э… Эгелина. А вы… Дебора?.. — дар речи понемногу возвращался.

— Дебора Элоиза Гленмайр, — внесла ясность сова.

Клянусь, будь она человеком, то наверняка бы гордо подбоченилась и расправила плечи. Но, увы, совиная анатомия этого не позволяла.

— Вы призрак? — Билл робко выглянул из-за моей тощей спины.

Сова одарила его таким взглядом, что парнишка вмиг стушевался и от греха подальше спустился на ступеньку ниже.

— Кто это люди, Томас? — она даже не удостоила Билла ответом.

— Она, — охотник