Лунный свет среди деревьев 1 - Екатерина Александровна Боброва

– Да-да, конечно, – хозяин ловил такие вещи на лету. – Прошу, – кивнул он слуге, – вас проводят в комнаты для участников состязания.

Таверна еще наполнялась народом, гости прибывали, и зал, к моему ужасу, обещал был полным.

– Все места проданы, – с гордостью поведал нам слуга. – Сам господин Чжан выступать будет.

– Подумаешь, какой-то там Чжан, правда, племянник? – тихо – лишь для меня одной – спросил дядя.

Угу. «Я верю в тебя, Ежик».

Очень хотелось бы, но я не профессиональный музыкант. С другой… Бетховен и не такие залы рвал.

– Первыми начнут выступить поэты, – инструктировал он меня, пока мы поднимались по лестнице на второй этаж, – но это недолго будет, против прошлого победителя вряд ли кто выстоит.

Это мы, хотелось бы верить, всем сюрприз готовим.

– Прошу, – слуга раздвинул перед нами дверь, и мы шагнули в комнату, где участники готовились к выступлению.

И тут я в полной мере осознала весь ужас катастрофы. Во-первых, я здесь самой младшей была. Остальные… опытные, уверенный, с отточенным до кончиков пальцев мастерством. И с цинем они обращались, как со знакомым с детства другом. А мы с инструментом третий день, как знакомы.

– О! Вэйшэнь! Пришел-таки, – с легкой улыбкой к нам обернулся мужчина. Если бы тут ранжировку проводили, я бы его точно на первое место поставила. Аристократ в десятом поколении, причем поколении ученых и чиновников, а не просто «шампанского по утрам любитель».

– Как я мог пропустить твое выступление, Шиуэй! – с наигранной радостью воскликнул дядя, выставляя щитом «поврежденную» руку. – Ты же помнишь – я обещал с тобой сразиться.

– Конечно, помню, – рассмеялся звезда нынешнего состязания, вопросительно изучая дядину руку. – Весь в предвкушении услышать твою несравненную игру.

И дядя с готовностью поддержал его смех. Клоун. Нет, плохенький актеришка задрипанного театра.

– Я бы с удовольствием выполнил данное тебе обещание, но, увы, нелепая случайность помешала моим планам, – и дядя поднял забинтованную руку повыше, – но я привел замену, – и здоровая рука легла мне на плечо. – Знакомься: мой племянник. Чэнь Хаофэн. Играет он похуже меня, вдобавок молод еще. Так что прошу позаботься о нем и будь снисходителен.

Вот же… жук-интриган. Если я проиграю, он скажет, что ничего удивительного, мол, начинающий ведь племянник. Не судите строго. Если выиграю – унижу заезжую звезду вдвойне.

– Действительно молод, – удивился Шиуэй, пытаясь взглядом пробраться ко мне под маску.

– Почту за честь выступить с вами! – хрипло гаркнула я, склоняясь в поклоне.

Шиуэй одобрительно хмыкнул, расслабился и посмотрел на меня доброжелательно. Кажется, я успешно вписалась в образ: молодой, амбициозный, но глупый. И не показалась ему серьезным соперником.

– Конечно, Вэйшэнь, не сомневайся, я присмотрю за твоим племянником. Можешь идти в зал.

И меня оставили одну с тиграми в клетке.

Я выбрала самый дальний угол. Села, уложив цинь на колени. Размяла пальцы, покрутила запястья. В эти дни я выполнила данное себе обещание и начала делать по утрам разминочный комплекс, благо за долгие годы тренер вбил нам его в подкорку подсознания. Тут главное было отослать Сунь Лан подальше, чтобы не спалиться. Ну и не переусердствовать с нагрузками, больше упирая на растяжку.

Прошлась по струнам, начав с традиционного. Контору заранее палить не будем.

– А ты неплохо управляешься, – польстил мне Шиуэй, присаживаясь рядом, еще и разглядывая в упор мои запястья, которые были тоньше, чем у любого парня. Черт.

– Вы очень добры, – я с тоской оглядела комнату, но все остальные углы были разобраны. – и почту за честь учиться у такого мастера, как вы.

Фигурально выражаясь, конечно. Куда мне еще одного учителя? Если только в компанию к кровопийце по вечерам.

– Давно играешь? – мне продолжили устраивать допрос. Кажется, тут я одна темная лошадка, и способности остальных соперников ему известны.

– Не очень, – скромно потупилась я, – это мое первое публичное выступление.

Шиуэй окончательно расслабился. Покровительственно улыбнулся мне, пожелал удачи и двинулся к новому гостю. Легко ему… А мне переживать. Усилием заставила себя перестать грызть губы.

Выступление Шиуэй я слушать не пошла. Это не спорт. В музыке важны эмоции. И удачное выступление соперника может разрушить собственное. Здесь важна святая уверенность в таланте. Но шквал аплодисментов добил даже до второго этажа. Собственно, все, как и ожидалось.

– Ваше выступление, господин, – в дверь сунулся слуга.

Последнее на этом вечере, между прочим. Дядя сначала расстроился результатом жеребьевки, но я, наоборот, обрадовалась. Люблю ставить заключительную точку в концерте, ведь лучше всего запомнят именно меня.

Подиум зала тонул в интимном полумраке, на полу качались алые тени от фонарей. В таверне, где каждый вечер выступали танцовщицы, не стали заморачиваться над сменой интерьера.

Инструмент уже ждал меня на столике. Зрители при виде моей маски удивленно зашептались.

Я села, отдернула длинные рукава. Красиво, конечно, но неудобно.

Прикрыла глаза, чтобы не отвлекаться на изучающую меня Ли Минъюй. И какой нехороший человек продал ей места столь близко от сцены?

Тронула струны, и первые звуки наполнили зал. Зрители привычно расслабились. Как они под эту неспешность тут не засыпают, я ума не приложу. Привычка, наверное.

На что я рассчитывала? На необычность, естественно. Такого здесь точно еще не играли.

Вот и сейчас стоило мне набрать темп, как зал удивленно проснулся, послышались недоверчивые голоса. Я не то, чтобы ломала каноны, просто играла в совершенно другой манере. Не лучше других – куда мне до мастеров, просто иначе.

Когда закончила, в зале аккомпанементом мне стала тишина. Даже дядя – предатель – не рискнул поддержать.

Что же… новое далеко не всегда одобряется. Я встала. Поклонилась. И собралась уйти. Наверное, стоило просто сбежать через боковой выход на улицу, чтобы избежать сочувственной травли от коллег.

– Великолепно! – ударило мне в спину. Я удивленно обернулась. Мой главный соперник поднялся. Хлопнул в ладоши.

– Чудо! – подскочил, «проснувшись», дядя.

И зал ожил. Кто-то застучал по столу. Слуги топали ногами. Благородные господа реагировали сдержанно, дамы одобрительно махали в мою сторону веерами, молодые люди, вскочив, хлопали.

Я покосилась в сторону Ли Минъюй. Мне ответили прицельным выстрелом глаз. Она что? Заигрывает со мной? И я испуганно шарахнулась в другую сторону.

– Вот видишь, как все отлично вышло! – дядя, пританцовывая шел по улице и забывшись, размахивал забинтованной рукой.

Я устало поправила гуцинь за спиной. Позади хвалебные поздравления. Вручение награды. Настойчивые попытки лишить меня маски.

– Не понимаю только, зачем тебе столько денег, – и он неодобрительно покосился на мою грудь, где лежали, грея, сто лян серебря. – Хотя, о чем это я? На императорском турнире приз в десять раз больше.