Опасная для Босса - Tommy Glub

— Война, — заканчиваю я, и слово висит в воздухе, как приговор. — Она начнет войну. И я ее точно проиграю. У меня нет ни денег на адвоката, ни связей, ничего.

— Слушай… а че босс вообще? — Наташка меняет тему. — Гуляет? Бабы у него есть?

— Не считая меня — нет, — отвечаю устало.

Девчонки смеются — громко, дружно, но мне не смешно ни капли. Внутри все холодеет от ужаса.

— Ну вот и говори ей правду, — дает установки Алинка, уже серьезно. — Что он весь в работе. Главное помни, что о себе ничего раскрывать нельзя. Ты для нее просто мебель в офисе, понятно?

Наташка тяжело вздыхает, отложив курагу.

— Сонь, ты как хочешь, но мне кажется... надо идти на встречу. Хотя бы послушать, что она скажет. Может, у нее вообще какие-то конкретные подозрения есть. Конкретная баба на примете. Узнаешь — легче будет решить, как действовать.

— И главное, — добавляет Ника, грозя пальцем в камеру, — не показывай, что боишься. Ты назвала двести тысяч? Держись за эту сумму, как за спасательный круг. Пусть думает, что ты просто наглая, ушлая студентка, которая хочет срубить бабла по-легкому.

— А если она спросит, почему я согласилась? — я уже представляю завтрашний разговор, и мурашки бегут по коже. — Почему не отказалась сразу?

— Скажешь правду, — Алинка усмехается, показывая большой палец. — Что тебе нужны деньги на учебу. На жизнь. На еду, в конце концов. Ты же из другого мира, помнишь? Для тебя двести тысяч — это реально много. Это спасение. Вот и играй на этом контрасте.

Я киваю, хотя внутри все дрожит мелкой дрожью, как при ознобе.

— Хорошо. Ладно. Встречусь с ней. Послушаю, что скажет. А там... видно будет. По ситуации.

— Умничка, — Ника поднимает бокал в жесте поддержки, вино плещется. — И давай без паники. Ты справишься. Ты же импровизатор от бога, помнишь? На той вечеринке так наплела, что все поверили!

Мы прощаемся — каждая желает удачи, посылает воздушные поцелуи. Экраны гаснут один за другим. Я остаюсь одна в темной квартире. Телефон лежит на столе, экран погас, только мигает индикатор сообщения от Лины.

19 глава

Утро начинается с того, что я просыпаюсь от звука будильника и сразу же жалею, что вообще открыла глаза. Веки тяжелые, будто налитые свинцом, а в висках пульсирует тупая боль. Голова тяжелая, как после похмелья, хотя я не выпила ни капли — всю ночь я ворочалась в постели, прокручивая завтрашний разговор с Линой. Точнее, уже сегодняшний. Простыни влажные от пота, подушка сбилась в комок.

Встаю, и комната плывет перед глазами. Ноги ватные, едва держат. Иду в душ, спотыкаясь о порог ванной. Вода горячая, почти обжигающая — кожа краснеет, покрывается пятнами, но не помогает смыть тревогу, которая липнет ко мне, как вторая кожа. Мыло выскальзывает из рук три раза — пальцы дрожат, не слушаются.

Одеваюсь автоматически, как робот — строгая белая блузка. Проглаживаю дважды, потому что руки трясутся и остаются складки. Черная юбка-карандаш, туфли на каблуках, те самые, что натирают мозоль на левой пятке. Волосы собираю в тугой пучок — пряди выбиваются, приходится переделывать. Смотрю на себя в зеркало и почти не узнаю отражение. Бледное лицо, темные круги под глазами, поджатые губы. Когда я успела стать такой... правильной?

Где та беззаботная студентка, которая еще месяц назад смеялась над корпоративными дресс-кодами?

Телефон вибрирует на тумбочке. Экран загорается. Сообщение:

"Кафе "Аврора" в 12:30. Не опаздывай."

Коротко. Сухо. Без смайликов, без "пожалуйста", без "если тебе удобно". Приказ, а не просьба. Впрочем, она именно к такому и привыкла — щелкнуть пальцами, и все бегут исполнять.

В автобусе душно, пахнет потом и дешевым парфюмом. Какая-то женщина толкает меня локтем, пробираясь к выходу. Я даже не реагирую — мысли далеко. В офисе меня встречает Лена с очередной порцией задач — папка документов толщиной с телефонный справочник. Она что-то говорит быстро, деловито. Я киваю, записываю в блокнот, делаю вид, что слушаю. Ручка выскальзывает из влажных пальцев. На самом деле слова проходят мимо ушей.

— Соня, ты меня слышишь? — Лена щелкает пальцами перед моим лицом.

— Да-да, извините, — встряхиваю головой так резко, что в шее что-то хрустит. — Просто... плохо спала. Кошмары снились.

Она смотрит на меня с подозрением — прищуривается, изучает, как энтомолог редкого жука. Но ничего не говорит. Только вздыхает — тяжело, осуждающе — и уходит на свое место, цокая каблуками.

Я пытаюсь сосредоточиться на работе, но получается из рук вон плохо. Цифры в таблицах расплываются, прыгают, меняются местами. Буквы в документах сливаются в одну нечитаемую кашу. Я трижды переделываю один и тот же отчет, потому что делаю глупые ошибки. В голове крутится только одно, как мантра сумасшедшего: что я скажу Лине? Как выкручусь? Что, если она уже все знает?

В половине двенадцатого я поднимаюсь из-за стола. Ноги подгибаются, приходится опереться на столешницу.

— Лена, мне нужно отлучиться на час, — говорю максимально спокойно, хотя голос предательски дрожит. — Личное дело. К врачу.

Она поднимает идеально выщипанную бровь, но кивает.

— Только не задерживайся. У Никиты Владиславовича сегодня важная встреча в три, нужно будет подготовить документы.

— Успею, — обещаю, уже зная, что опоздаю, и выхожу из офиса.

Кафе "Аврора" находится в самом центре города — золотая миля, где квадратный метр стоит как квартира на окраине. Дорогое, пафосное место, куда студентки вроде меня заходят разве что случайно, заблудившись, или на стажировку официанткой. Я толкаю тяжелую стеклянную дверь — она сопротивляется, будто не хочет впускать меня — и сразу же чувствую себя не в своей тарелке, как слон в посудной лавке.

Здесь все кричит о деньгах, вопит о статусе. Мраморный пол отполирован до зеркального блеска — в нем отражаются хрустальные люстры, которые переливаются тысячей огней. Стены обиты бархатом глубокого бордового цвета. Официанты в белоснежных рубашках с черными бабочками скользят между столами бесшумно, как призраки. За столиками сидят люди в дорогих костюмах. Они явно обсуждают сделки на миллионы, инвестиции, поглощения компаний. Я чувствую на себе оценивающие взгляды — быстрые, цепкие, сразу определяющие мой статус. Они явно с полувзгляда понимают, что я не отсюда.

Лина уже здесь. Сидит за столиком у панорамного окна с видом на парк. Идеально прямая спина — ни миллиметра сутулости. Безупречная укладка — каждый волосок лежит как надо, будто она только что