Просто ещё один летний побег - Эрин Бренском

— Едва ли. Я же не туристка. — Я фыркаю, а затем делаю глоток газировки. — Я, по сути, только работаю.

Она выгибает бровь.

— Звучит скучно.

— Ну, мне так не кажется, если честно, — отвечаю я откровенно. — Я вице-президент в компании моей семьи. Фирма по частным инвестициям и управлению активами. Мы помогаем людям управлять их финансами. Простыми словами — помогаем богатым оставаться богатыми.

— А ты богатая? — шепчет она, подаваясь вперёд.

Я смеюсь.

— Вроде того. У меня есть деньги в инвестициях. Но не то чтобы горы наличных в банке. Думаю, я неплохо справляюсь.

Порой я не знаю, как объяснить свой странный мир людям. Я выросла с родственниками со стороны матери, которые были очень состоятельными. Но мой отец не был богат, когда встретил маму. О чём я иногда задумываюсь. Они давят на меня, чтобы я спасла компанию, но какой ценой? Деньги — ещё не всё. Я заработала достаточно, чтобы, честно говоря, уйти на покой где-нибудь и жить очень простой жизнью. Но я люблю компанию. Мне нравится помогать людям. И мне нравится наблюдать, как она растёт и процветает. Я не хочу останавливаться. И если мы потеряем её из-за меня... не знаю, как я когда-нибудь смогу себя простить.

К счастью, мы меняем тему, и она рассказывает мне забавные истории о своих учениках по йоге. К тому времени, как мы доедаем, я полностью расслаблена и искренне рада, что набралась смелости позвать её прогуляться.

— Нам обязательно нужно повторить, — говорит Саммер, когда наш день подходит к концу. — Мне было очень весело.

— Мне тоже, — соглашаюсь я и затем заключаю её в самое неловкое в мире объятие. — Буду ждать с нетерпением.

— Дай мне свой номер, я напишу. — Она поднимает телефон, готовая записать цифры. Я выпаливаю свой номер, и она улыбается. — Готово. Я отправила тебе сообщение.

Когда я вернусь к Бёрди, мне нужно будет снова включить телефон, чтобы проверить его. Не только ради сообщений от Саммер. Я игнорировала всех — кроме Уилби, конечно, и папиных звонков и писем. Формально я в отпуске, но когда ты вице-президент, отпуск — просто другое рабочее место с более плохим вай-фаем. Чтобы доказать, чего я стою, я всегда работала без остановки, прямо как мой отец. И я это ненавижу. Мне бы хотелось, чтобы в моей жизни было что-то ещё, кроме работы.

Например, походы по магазинам с подругой.

Даже здесь, в отпуске, что-то бурлит во мне. У меня так много энергии, я не нахожу себе места. Я делаю глубокий вдох. И это дико, потому что впервые за долгое время я не чувствую себя под давлением. Я просто... здесь. И я начинаю думать, что это «здесь» — не такое уж плохое место. Мне здесь нравится.

Я тыкаю совком в землю.

— Не знаю, почему этому растению так плохо, Бёрди. Я пытаюсь выходить его, как ты меня учила.

Бёрди щурится на цветок и слегка покачивается, поскольку допивает уже третий бокал сангрии, которую они распивают вместе с «Пчёлками».

— Сахарок, ты тут ни при чём. Этому растению просто нужно было лучше стараться.

«Пчёлки» покатываются со смеху.

— Господи, Бёрди, ну ты и умора, — выкрикивает Дженьюари со своего стула, в её бокале сангрии тоже почти не осталось.

Бёрди игнорирует их хохот и протягивает мне другое растение, которое я пересаживаю с таким видом, будто исполняю священный долг.

— Держи. Этим нужна поддержка. И, вероятно, свежие сплетни.

У «Пчёлок» более активная социальная жизнь, чем у всех моих знакомых, вместе взятых. Они тусуются, попивая домашнюю сангрию Бёрди, слушают музыку, сплетничают и заставляют друг друга покатываться со смеху. Когда я состарюсь и выйду на пенсию, я хочу именно такую жизнь, я так для себя решила.

Они столпились вокруг плетёного садового стола, огромный кувшин с сангрией уже почти пуст. Я отказалась от их угощений, потому что кто-то же должен оставаться здесь трезвым. Бёрди подходит и доливает алкоголь в бокалы всем присутствующим.

Дженьюари, Гейл, Битси и Люсиль — просто умора. И они поддерживают Бёрди самым лучшим образом. Иногда довольно сомнительными способами. Они убойные.

— Ну, расскажи нам о своём бывшем женихе. Леди, что мы сделаем, чтобы его затерроризировать? — говорит Гейл, и смотрим прямо на меня.

При одном упоминании о нём поднимается хор стонов. Бёрди, должно быть, вывалила им все грязные подробности о том, как сильно она его не любит.

Я закатываю глаза и ухмыляюсь.

— Вам ничего не нужно делать. Тайлер сам спит и видит, как бы разрушить собственную жизнь, уж я вам гарантирую.

— Тайлер, — выплёвывает Люсиль с таким видом, будто у неё во рту оказался кислый вкус. — Звучит как какая-то какашка.

— Так и есть, — поддакивает Бёрди.

Битси подается вперед.

— А можно посмотреть на фото преступника?

Бёрди уже достала телефон и вовсю скроллит экран. Я беру следующее растение и с усмешкой качаю годовой. На их плохую сторону я бы точно не хотела попасть.

Бёрди протягивает телефон и показывает им. Все они сгрудились головой к голове, чтобы рассмотреть снимок на экране.

Затем Люсиль глубоко вздыхает.

— Как по мне, я крайне разочарована тем, что ты лила слёзы именно по этому молодому человеку. Он не стоит того, чтобы по нему плакать.

Дженьюари смотрит на меня мертвенно-серьезно.

— Ты заслуживаешь гораздо лучшего.

Кто-то симулирует кашель и бормочет:

— Кэл.

Воспоминание о том, как вода стекает по его мускулистой груди, пока он скользит по волне, накрывает меня из ниоткуда, и волна жара пробегает по телу.

«Тьфу».

Я смотрю на них всех.

— И не думайте играть в свах. Я здесь не ради этого. Моё лето для отпуска. Никаких мужчин. Я завязала со всеми мужчинами. Мне нужно придумать, как спасти компанию моей семьи.

— Тогда, может, переключишься на женщин? — спрашивает Дженьюари, потягивая