Будешь моим - Дарья Беженарь

Отхожу в сторону, пропуская её. Она заходит и закрывает дверь.

Опираюсь на стену, провожу рукой по голове.

И что мне делать со всем этим?

Захожу в свою комнату, падаю на кровать, лежу глядя в потолок. Дождь за окном усиливается, барабанит по стеклу — будто вторит ритму моего неспокойного сердца.

Ночью резко подрываюсь. Весь в испарине, в груди — колотняк. Фу-у-у, да что такое со мной?

Иду на кухню выпить холодной воды.

Захожу, наливаю в стакан воду. Руки трясутся, как у алкаша.

Блять… Выдыхаю и выпиваю весь стакан одним глотком.

Разворачиваюсь — и в этот момент на кухню заходит сонная Малика. В коротких розовых шортиках, больше похожих на трусы — она в таких и по улице ходит, чё уж там, почему бы и по моему дому не походить? Скольжу взглядом выше — и глаза округляются, чуть не вываливаясь из орбит. Белый короткий топик, под которым, ясен пень, нет белья, и оно, блин, просвечивает.

С трудом отвожу взгляд, сжимаю стакан в руке.

— Ой, — пищит она, увидев меня, трёт голые ступни друг о дружку.

Шумно выдыхаю, пытаясь взять себя в руки. Иду мимо.

— В доме двое мужчин. Давай договоримся с тобой, что ты не будешь ходить по дому в нижнем белье, — говорю как можно спокойнее, но я ни хера не спокоен.

Она удивлённо хлопает своими длинными и густыми, как у куклы, ресницами:

— Надо же… Хоть что-то заставило тебя сказать мне больше одного слова за день.

— Ты меня услышала? — повторяю жёстче.

— Вань, на улице лето. Я сплю в удобной одежде. Я не знала, что, встав попить воды ночью, встречу тут мужчину, которого волнует, как я одета.

— Меня не волнует, — отрезаю я.

— Да что ты? — в её голосе звучит лёгкая насмешка, но глаза — серьёзные.

— Представь себе.

Скрещиваю руки на груди и с вызовом смотрю ей в глаза. Внутри всё горит, адреналин бьёт в виски.

— Я тебя услышала, Ванечка, — произносит она чуть тише, растягивая моё имя.

Меня ведёт от неё — от её близости, от её взгляда, от её запаха. Хочется прижаться, смять её сочные, как спелые ягоды, губы своими, целовать жадно, пока воздух в лёгких не закончится. Сжимаю кулаки, чтобы не сделать шаг вперёд.

Малика отводит взгляд первой и отходит в сторону, слегка поправляя край топа.

Не оборачиваясь, выхожу из кухни, иду к себе в комнату. Сердце колотится, как припадочное. Провожу рукой по лицу, пытаясь успокоиться.

Это всё выше моих сил. Хорошо, что впереди рабочая неделя. Будет возможность переключить мозги. Иначе я просто сойду с ума.

Почему именно она? Почему так сильно?

Глава 17

Утро сегодня просто шикарное: солнышко светит, птички поют — будто специально для меня концерт устроили. И это несмотря на то, что вчера весь вечер и ночь лило как из ведра.

Настроение у меня такое же, как погода на улице: в душе бурлит предвкушение чего-то хорошего, аж мурашки по коже. Ночью, когда я встала попить воды — спала ужасно, ворочалась без конца, — на кухне я встретилась с Ваней. И я видела, как он на меня смотрел. Точнее, на мою фигуру — взгляд буквально прилип, хоть отдирай. Я уверена в том, что привлекаю его, как бы он это ни пытался скрыть. И мне очень хочется подёргать тигра за усы — аккуратно так, но ощутимо.

Вчера он так смотрел на мои губы… У-у-ух, аж кровь в венах закипала от его взгляда! В тот момент я буквально кожей почувствовала, как между нами пробежала искра — будто молния в грозу.

Может, моё пребывание в этом доме — всё-таки шанс не просто всё исправить, но и сблизиться с ним по-настоящему, без игр и масок?

Мысленно благодарю брата за его идею попросить Ваню присмотреть за мной. Какой же он молодец — сам того не зная, подкинул мне этот шанс. Теперь главное не облажаться. Не перегнуть палку, не спугнуть.

Братья-кролики с утра укатили на работу в автосервис. Я в это время ещё спала и не проводила их. Чувствую лёгкий укол вины. Надо будет завтра поставить будильник на утро, чтобы приготовить им завтрак.

Мне правда хочется о них заботиться — они ведь такие хорошие ребята.

Сегодня на ужин хочу приготовить бозбаш-кюфту и снова ленивый хачапур — Тимке он вчера понравился. Но сначала нужно съездить к себе домой.

Вызываю такси, доезжаю до дома. Беру кое-какую одежду, альбом и свои угольные карандаши — когда собиралась, совсем про них забыла. По дороге обратно заезжаю в магазин и беру ребятам пиво: у них не осталось, придут с работы — может, захотят расслабиться. Я как раз вчера подсмотрела, какое именно они любят.

Возвращаюсь в мой временный дом. Убираю в комнатах: пылесошу, мою полы, вытираю пыль. Ненадолго зависаю в комнате Вани. Как помешанная, открываю его шкаф с вещами, вдыхаю его аромат. Потом какое-то время лежу на его кровати — мечтательно, с закрытыми глазами. И так мне хорошо, спокойно и уютно… Будто я здесь на своём месте.

Но надо вставать: ужин сам себя не приготовит. Возвращаюсь в комнату, переодеваюсь в платье, которое у нас оставила бабушка, когда гостила: длинное, безразмерное, с рукавами, в цветочек. На голову — платок. Смеюсь сама про себя.

Иду на кухню. Ставлю вариться нут, а в это время занимаюсь фаршем для кюфты: в середину каждого шарика вкладываю чернослив. Чищу и нарезаю картофель, отправляю его в кастрюлю. Пританцовываю под музыку на телефоне, помешивая зажарку из лука и моркови, добавляю к ней куркуму — и кухня наполняется тёплым, пряным ароматом.

Делаю хачапури, нарезаю летний салат из огурца, томатов, перца и зелени, заправляю оливковым маслом.

Ужин готов. Завариваю ещё чай из трав — мята, ромашка, чуть липы.

Иду в свою комнату, сажусь за стол. Хочу немного порисовать. Эти дни прям скучала по карандашу.

У меня уже целый альбом с рисунками Вани. И сегодняшний рисунок — не исключение: я снова рисую его. Прорабатываю линии лица, пытаюсь передать взгляд — тот, каким он смотрел на меня ночью. Дорисовав, откладываю карандаш, ложусь на кровать, открываю электронную книгу на телефоне, пытаюсь вдуматься в сюжет. Перечитываю один и тот же абзац несколько раз — слова расплываются, мысли всё равно возвращаются к Ване.

Слышу звук двигателя подъезжающей к дому машины. Выглядываю в окно — Ванин Рендж. Иду в прихожую,