День правды и лжи - Мари Вудс

Кроме запаха горячего тела есть другой. Так пахнет вечер, когда наверху появляются первые прозрачные звезды. Или ночной дождь — капли бьют по лицу, и кажется, если запрокинуть голову, можно задохнуться. Так может пахнуть пугающая пропасть, несущаяся навстречу, когда адреналиновые мурашки бегут по всему телу.

Я не думаю, что могу хотеть его. Но мое тело знает. Желание живет в крови, оно подчиняет тело, минуя разум. Чистая химия — кровоток доставляет её в те скрытые уголки, где существует нечто, что откликается на него.

Я могла бы хотеть чувствовать эти жёсткие, подчиняющие губы. Позволить им сминать мои.

Сильно.

Властно.

Он в момент считывает мое новое состояние — пальцы соскальзывают с подбородка, спускаются по шее в медленной ласке. Тело отвечает ускоряющимся пульсом и расползающимся из-под его руки теплом.

Отлично! Сейчас главное — не думать. Довериться потоку — пусть течение вынесет меня само.

Расслабляюсь.

Выгибаюсь навстречу его руке.

— Зачем ты пришла? — в вопросе сталью звенит приказ, который невозможно ослушаться — Магия Подчинения.

Этот Бессмертный владеет Магией Подчинения? Да кто он вообще такой?!

Удар Силы сглатывается моей Магией без остатка. Чуть не фыркаю — мой Побратим и не такие устраивал мозговые штурмы, стоило мне просочиться за границу его терпения.

— Хотела узнать тебя поближе, — желание спускает мой голос до жаркого шепота.

Он удивлен и… всё равно, почти верит. Почти попался. Логика и опыт говорят ему, что я не та, кто может так сделать, а мужское Эго нашептывает — и эта послушно легла к твоим ногам.

Ну же, давай, выпусти мои руки...

Он не выпускает. Хотя слегка ослабляет хватку. Ладонь соскальзывает ниже, проходит по ткани платья, мягко сжимает грудь. Я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

Бессмертный, ну что с него взять! Уверена, собирается меня прикончить, но не прочь воспользоваться случаем и немного развлечься.

Рука проходит по окружности, вычерчивая горячие контуры подушечками пальцев, пробуя и сжимает сильнее, теперь жадно, уже для себя, а не для проверки.

Сукин ты сын! Сейчас я тебе устрою проверку!

Пытаюсь достать свою Магию через кольцо. Прижимаюсь к нему всем телом, от чего его рука еще плотнее обхватывает мою грудь, выгибаю спину почти до хруста и тянусь к его лицу.

Теперь мы настолько близко, что я чувствую, как напряжены все мускулы под тканью его одежды, запах ночного дождя щекочет мои ноздри. Он застывает, позволяя мне занырнуть в его личное пространство и наклоняет голову.

Если бы я сейчас захотела его поцеловать, он бы позволил.

Касаюсь его кожи теплым дыханием, скольжу губами вдоль резко очерченной скулы.

Достать Магию не выходит, только голос.

Голос, который шепчет, заползая под кожу, выворачивая изнутри самые тайные, неконтролируемые желания. Вплавляется в сердце, скручивает сладкой, бесконечной судорогой. Остается в голове, как будто всегда там был: отпусти меня.

Он вздрагивает.

Что, никто не пробовал тебя очаровать до меня? Ну, значит, ты скучно живешь!

Медленно обводит взглядом моё лицо, как будто до этого его ни разу не видел.

— Ты красивая... Кайла.

Произносит моё имя так, словно гладит его языком, слегка прикасается зубами, а потом позволяет выскользнуть.

От этого тело взрывается дрожью, я чувствую жаркую, очень знакомую тяжесть внутри, снова покрываюсь мягкими мурашками, как тогда, в зале. Мысли выметаются из головы вместе со здравым смыслом.

Что? Просто красивая и всё?! На него не действует Очарование? И что это происходит со мной? Я в самом деле его хочу? После заморозки во мне что-то сломалось, и я стала Огненной Волшебницей, готовой прыгнуть в постель к первому встречному красавчику?

Да лучше бы я осталась на той площади!

Он медлит. Как бы раздумывает — вижу, что он очень близко к пределу, за которым весь его самоконтроль улетучивается к чертям. Не шевелюсь, даже не дышу — скорее всего, моё лицо сейчас похоже на застывшую маску, потому что стоит его сейчас подтолкнуть, и он слетит с катушек. Слишком хорошо знаю у Бессмертных такой взгляд, слишком хорошо помню, что бывает потом...

Его взгляд в расфокусе — он прокручивает в голове варианты развития событий. Моё застывшее лицо заставляет его вернуться, зрачки сжимаются, фиксируя взгляд на мне — его отпускают образы и мысли.

С опозданием понимаю— я же привыкла ходить по краю. Адреналин давно вписан в привычную формулу моей крови. А он пахнет опасностью — вот причина реакции на него. Всё просто.

Он всё-таки решает продолжить — ладонь скользит по животу, а потом, как будто из режима стоп-кадра нас перекидывает в режим перемотки, задирает платье почти до груди и смотрит, вылизывает взглядом каждый сантиметр открытой кожи — живот, бедра, проходит по всей длине ног и обратно, к тонкому кружеву, а бровь от удивления ползёт вверх.

— Носишь эльфийское бельё?

Я пожимаю плечами, насколько это возможно в моём положении. Да, ношу, ну и что тут такого? Мне нравится его мягкость.

— Мне тоже нравится эльфийское.

Рука ложится на тонкую ткань, обжигая под ней кожу, а в моей голове с кристальной ясностью вспыхивает — я не просто не хочу его сейчас, я буду царапаться и кусаться, как обезумевшая кошка, если он посмеет хоть немного дальше зайти. И точно убью его потом.

Ноги сжимаются сами, ещё до того, как моя разумная часть успевает заикнуться, что это как-то не вяжется с легендой, где я его хочу.

— Раздвинь ноги, — Магия Подчинения впечатывается в меня с силой реактивной торпеды. Концентрация воли, нужная для такого ментального тарана, заслуживает уважения.

Но вот незадача, мистер Гейт — на меня это не действует!

Когда у пространства на тебя есть планы, не совпадающие с твоими, ты учишься устойчивости — это в первую очередь. Меня уже ломали до тебя. Ломали, ломали и не сломали. А сделали сильнее, что бы об этом ни думали Продавцы Зелий.

Как бы я глотнула сейчас, например, защиту от Подчинения? Если у меня руки выше макушки?

Сжимаю ноги сильнее, кидаю на него хмурый взгляд.

— Ты устойчива к Магии Подчинения? — это не вопрос, хотя он есть в конце фразы.

В его глазах самодовольство — он сделал предположение и попал в яблочко.

Да, устойчива! Моя жизнь была щедра на трудности — я даже научилась узнавать их приближение. Проблемы, как и знаки Пути выдают бензиновые пятна перед глазами.

Самая большая проблема у меня с самоконтролем. У него, видимо, тоже,