(Не)настоящая истинная, или Избранница повелителя драконов - Мила Синичкина

пара, к которой тянет, и, что более важно, я ей тоже небезразличен сам по себе. Но если моя шальная мысль про универсальность правдива, нужно не затягивать с еще одним действием».

— Да, теперь и мне придется это признать, — медленно произношу, — а еще молить прощения у твоих богов, провидения, магии… Но я справлюсь, — добавляю я после небольшой паузы. — Летим? Доверишься мне снова? Есть одно дело, которое я бы не хотел откладывать.

Пещера, куда мои далекие предки приводили своих истинных, сделает нашу связь с Агнесс нерушимой. И никакой Сесил не сможет нас разлучить. Пусть сакральный смысл возникновения и принципа работы пещеры давно утерян, она до сих пор помогает нам, драконам.

И внутри светящегося великолепия я понимаю почему. Это именно то место, где начинаешь верить в высший разум, задвигая назад все прошлые знания и убеждения. Иначе почему я позволил Агнесс водить по стенам рукой и так банально порезаться?

— А здесь я сам сотру, — произношу я, зализав ее ранку и свободной рукой пытаясь стереть красное пятнышко со стены, но что — то идет не так. — Ох, — мне приходится резко убрать свою руку, — как глупо, я тоже порезался.

После оказания Агнесс первой помощи моему порезу. В высшей степени восхитительной помощи, должен отметить! У меня на душе появляется светлое чувство, которого не было, наверное, никогда.

«Все наконец — то правильно, все так, как и должно быть, — говорит мое подсознание, — ты не просто так послушал отца и стал людским королем. Ты шел к ней, к своей Агнесс».

Теперь все будет отлично. Мы справимся со всем, ведь мы идеально подходим друг другу. А жнецу придется отступить. Я не нарушил ни одного закона королевства, я все сделал по — честному.

К сожалению, мозг, затопленный эйфорией от заключения нерушимого союза с парой, не сразу подает правильные сигналы, игнорируя драконье чутье. Лишь когда оно уже буквально истерично вопит об опасности, я испуганно восклицаю:

— Агнесс, нет!

Делаю рывок к Мортимер, но поздно. На месте, где она стояла, лишь ровная брусчатка с начертанным на ней ярко — красным хорошо знакомым мне знаком.

Глава 33

Агнесс

Удивительно, но я не теряю сознание, хотя физически падаю и падаю, падаю и падаю, отвергая все законы природы. Впрочем, законы магии тоже. Не может даже магическое пространство быть бесконечным, а еще абсолютно черным. Тьма невозможна без света, это аксиома.

В отчаянии тру свои глаза, я ведь не ослепла, вокруг действительно непроглядная тьма?

Кончики пальцев различаю, значит, глаза не пострадали. Уже хорошо. Осталось понять, что происходит, почему, и где я. И самый насущный — я когда — нибудь достигну дна этой бездны? Или я умерла и попала в подземный мир?

Жаль, что это точно не испытание, навеянное скрепленной связью. Для истинных пар и родственных душ не устраивают проверки. В этом деле двое сами решают, не только притяжение магии.

— Ай! — вскрикиваю от неожиданного столкновения. — Неужели дно?! Можно было и матрас подложить!

Я упала на что — то больше всего похожее на ощупь на землю. Здесь, внизу, не царит абсолютная тьма, пространство вокруг приобрело цвет темно — серого тумана, но разглядеть что — то все равно очень сложно.

Я даже не уверена, что я здесь не одна, но предпочитаю говорить вслух. Так психологически легче в первую очередь для меня. И если я попала в чью — то хитрую ловушку, что скорее всего и произошло, то пусть они не обольщаются, им не сломить меня.

— И? — поднимаюсь на ноги. — Дальше что будем делать?

Но мне никто не отвечает, что, возможно, не плохо. Если никого рядом нет, значит, никто не попытается меня убить.

— Если я уже не умерла, — договариваю мысль вслух. А потом с силой щипаю себя за руку. — Больно! Будем надеяться, что проверку на реальность происходящего я прошла.

У меня два варианта, как действовать дальше: можно остаться здесь в условной безопасности, ждать, пока меня спасут. Александр ведь должен пытаться меня спасти? Что — то мне подсказывает, что я оказалась в этом чудесном месте из — за связи с ним. Раньше несчастная сирота из угасающего рода никого не интересовала. Де Шарм не в счет.

Так вот, я могу остаться сидеть здесь, на этой чудесной черной земле, окруженная темно — серым туманом, и пытаться не сойти с ума, подавляя в себе страх и не думая ежесекундно о том, что из земли в любой момент может вылезти ядовитое насекомое, а туман сомкнется вокруг плотным коконом, забирая надежду когда — нибудь снова увидеть солнце.

Или пойти практически вслепую все в том же непроглядном тумане, но по крайней мере с отстроченной безысходностью в душе.

Естественно, я выбираю второй вариант. В таком ужасном месте можно сойти с ума, пока дождешься помощи извне. Даже если все вокруг не более чем иллюзия, легче не становится.

Проходит час или, быть может, целый день, а я все иду и иду. А может, я стою на месте, не знаю. Вопреки мои прежним рассуждениям, в этой черной дыре начинаешь сходить с ума, даже передвигаясь.

— Не убили сразу, значит, я им нужна живой, — пытаюсь себя подбодрить, — пусть и психологически не в порядке.

Черная тоска постепенно затапливает всю меня. Надежда и вера в лучшее исчезает. Остается лишь одна безысходность и покорная обреченность.

Магия этого места действует на меня. Я не опустила руки, даже оставшись одна с кучей долгов, а тут какое — то время во мраке, и я готова добровольно лечь на землю и сложить руки.

— Мать моя! — произношу, из последних сил прогоняя тоску. — Если мы и правда потомки древней расы, если твоя сказка на ночь была не сказкой, помоги своей дочери! Должны ведь мы что — то уметь, а не просто гордиться своим происхождением!

Чувствую себя очень глупо, взывая в плотном тумане к своей матери, словно она божество какое. Да даже если божество, когда в последний раз боги кидались исполнять просьбы смертных?

— Ладно, поговорила сама с собой, идем дальше. Никаких изменений не произошло, что и следовало ожидать.

Но уже через несколько шагов я понимаю, что ошиблась, ведь вдалеке загорелся огонек.

Глава 34

Александр

— Почему ты не сказал, что у нас снова проблемы с Девилом? — спрашиваю, устало протирая глаза.

Прошедшие сутки были одними из самых ужасных в моей долгой жизни. Я колдовал, использовал физическую