(Не)настоящая истинная, или Избранница повелителя драконов - Мила Синичкина

Но есть оружие и против нас, его предусмотрела все та же наша природа. Это драконьи клыки. Им под силу прокусить толстую чешую и впиться в живую плоть до крови.

— Аргх! — ревет Девил, чувствуя, как на его шее выступает теплая кровь.

Очень ценный, кстати, ингредиент для наших лечебных зелий. Можно сказать, чем калечим, тем и лечим.

Я прикусываю сильнее, но Девилу удается — таки вывернуться и ударить меня лапой. Я отлетаю назад, а его приспешники уже встали в боевые стойки и топчутся на месте в нерешительности.

— Ааррр, — мой громкий рык озаряет всю округу.

Двоим достаточно такой демонстрации силы, они почтительно прижимают свои морды к земле и испуганно пятятся назад. Другие двое в нерешительности остаются на месте, но через секунду один делает шаг вперед, выбирая непокорность. Два точных удара в полную силу, и он, поскуливая, отползает к первым двум. Последнему достаточно этой демонстрации силы, он проявляет благоразумие и самостоятельно торопится присоединиться к своим собратьям.

«Так — то лучше», — думаю удовлетворенно.

А то считали, что я разучился решать конфликты по — драконьему, раз я давно и прочно человек. А я совсем не разучился, я бы сказал, я скучал по силовому способу решения конфликтов. До противного скрежете в зубах устал от разговоров, намеков, жалоб, просьб, интриг и так далее. Гораздо проще рыкнуть и дать недовольному лапой, и он сразу понимает, что не так, и у меня душа радуется.

— Ааар, — тем временем Девил пользуется тем, что я отвлекся на его банду, и накидывается на меня с утробным рыком.

Мы оба падаем на землю и некоторое время катаемся по ней, как гигантский шипящий клубок. То один, то второй ударяем друг друга лапой, но не наносим ощутимого урона. Мне надоедает валяться, с усилием оказываюсь сверху Девила, наношу удар прямо в его живот и отлетаю чуть в сторону.

Девил по инерции сгибается и издает жалобный стон, но быстро берет себя в лапы и рывком поднимается с земли. Мы кружим один напротив другого, каждый выбрал стратегию ожидания и защиты, но Девилу это вскоре надоедает. Он нападет, делая очень самоуверенный, но крайне провальный рывок. У этого идиота всегда было слишком много гонора. То, что он умеет читать и нашел время на изучение того, в чем я не разобрался, не значит, что он автоматически прокачал себя, как дракона.

Отбиваю атаку и играючи начинаю свою, нанося четкие короткие удары. Девил уже дезориентирован, это видно по его ошалелому взгляду. Ему бы склонить голову и отползти к приспешникам, но он этого не делает, на чистом упрямстве пытается что — то предпринять против меня.

Мне это откровенно надоедает. Мы теряем драгоценное время, да и я не поиграться прилетел.

Наношу серию ударов по открытому брюху Девила, из — за чего тому становится трудно дышать, а потом идет контрольный пас хвостом от меня, и Девил падает на землю со всей своей исполинской высоты. Земля содрогается, пыль стоит столбом, а бедные птицы, до сих пор не улетевшие при виде драконов, с испуганными криками разлетаются в стороны.

— Превращайся в человека, или я тебя убью, — транслирую мысленный приказ, прижимая лапой многострадальную шею Девила, которая уже жалобно хрустит под моим напором.

Глава 40

Агнесс

Некоторое время мы молча едим неизвестного зверя. Его тушка выглядит очень неаппетитно, но мясо на удивление мягкое и вкусное. Хотя еда в этом месте у меня вызывает справедливое опасение.

Что может выжить в мертвом мире? Только такое же мертвое по сути. Лишь то, что незнакомец уплетает за обе щеки то же, что щедро положил мне, немного успокаивает меня.

— Почему я ни разу не видела зверей? — спрашиваю, немного насытившись.

— Не знаю, — мужчина пожимает плечами. — Могу только предположить, что ты их распугала своим попаданием в это чудное место. По этой же причине монстров ты так же еще не встречала. При падении мы все создаем жуткую вибрацию, оказывается.

— При вас кто — то попадал сюда, да? — спрашиваю, затаив дыхание.

Понятное дело, что, если я и он здесь, значит, могут быть и другие. Вопрос лишь в том, как часто это происходит. Ведь там, где расположен вход, расположен и выход.

— Да, красавица, падал, — кивает мужчина. — Но не надейся, выход отсюда не предоставляют. Я несколько раз проверял, если точнее, три.

С тоской снова возвращаюсь к своему куску мяса.

«А куда делись те несчастные?» — возникает в голове мысль, которая тут же сеет панику внутри меня.

В таком месте как это, люди конкуренты за пропитание, не только помощники в выживании. А я так вообще никакой не помощник, а обуза.

Нервно бегаю глазами по полу пещеры и натыкаюсь взором на небрежно валяющийся на земле кинжал. Мне бы добраться до него, мне бы забрать его, и тогда появится шанс. Двигаюсь по сантиметру к вожделенной цели. Незнакомец по — прежнему занят едой, на меня не обращает внимание. У меня отличные шансы. Уже почти добираюсь до кинжала, только собираюсь наклониться за ним, но меня опережают.

— А — а, — он качает головой, — маленьким девочкам незачем играться с остренькими ножичками, они могут порезать их нежные пальчики.

— Убьете меня, да? Остальных тоже вы убили? — спрашиваю, мрачно смотря на мужчину.

— Я никого не убивал, их поглотила сама земля, стоило им соприкоснуться с ней. Понятия не имею, почему так произошло, но ты первая при мне, кто, как и я, остался бродить здесь, а не отправился на удобрение. Потому давай — ка не шалить, а дружить.

— Да я и не планировала ничего такого, — пожимаю плечами, — просто в таком месте было бы спокойнее двоим быть с оружием.

— Не рассказывай сказки, не люблю вранье, — раздражается незнакомец.

— Хорошо, — тяжело вздыхаю, — вы правы. Я решила, что из — за вас те люди сейчас не здесь. Извините, что так подумала. Устраивает?

Я тоже раздражаюсь, обстановка вокруг не располагает к безмятежному настроению.

— Расслабься, леди, все нормально. Но больше не нужно хитрить. Я все твои действия раньше просчитаю, — бросает мужчина снисходительно.

— Ладно. Я и не собиралась. Может, уже познакомимся? И вы расскажете, как сюда попали, где берете еду, боятся ли здешние монстры огня? Как тут спать, и спят ли здесь вообще? Есть ли надежда вернуться на землю? Кто — то возвращался? — закидываю незнакомца вопросами.

— Тпру! —