Папочкина маленькая любимица - Лейла Робертс

Единственное, это была не ее кровать. Где она была? И почему? Она откинула одеяло, издав тихий стон, когда ее правая рука запротестовала против движения. Она в замешательстве уставилась на свою руку. Что произошло? Она изо всех сил пыталась думать, но ее воспоминания словно застыли за стеной тумана. У нее было смутное воспоминание о том, что кто-то кричал. Но она не была уверена, кто. И когда она заставила себя вспомнить, ее голова заболела еще сильнее. Почему у нее было такое чувство, будто ее сбил грузовик?

Теперь ты в безопасности, детка. Папочка не допустит, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

Откуда взялась эта мысль? Черт. Который был час? Она должна быть на работе? Она оглянулась и увидела Инки, лежащую на кровати рядом с ней. Она покраснела. Кто принес ей Инки?

Шторы были задернуты, и они были плотными, не позволяя определить, была ночь или день. Лампа на прикроватной тумбочке была включена, обеспечивая много света.

Она левой рукой откинула одеяло и медленно встала. Ей пришлось сделать паузу, когда комната закружилась. Черт возьми. Она была слабее новорожденного младенца. Она вцепилась в изголовье кровати для поддержки.

Она медленно подошла к окну и раздвинула шторы. Внутрь хлынул дневной свет. Судя по положению солнца, было утро. Посмотрите на нее, неделя жизни на ранчо, и она начинает говорить так, как будто знает, о чем говорит.

Чувствуя себя старой женщиной, она проковыляла в ванную и занялась делами. В шкафчике в ванной она нашла зубную щетку в упаковке, которой пользовалась для чистки зубов. Она села на унитаз и медленно размотала бинт, потрясенно глядя на швы на своей ладони. Как она порезалась? Страх угрожал поглотить ее. Комната закружилась, и ей пришлось прижать голову к коленям, пока тошнота и головокружение не прошли.

Она заставила себя встать и вернуться в спальню. Ей нужно было уйти. Она поискала по комнате свою одежду и нашла ее аккуратно сложенной на стуле в углу. Ей потребовалось удручающе много времени, чтобы одеться, так как она не могла пользоваться правой рукой. Волны головокружения продолжали одолевать ее, и в конце концов она села на стул, чтобы не упасть.

Почему она была такой слабой?

“Боже, это унизительно”. Она не была уверена, как она собиралась добраться до кухни. И на каком-то уровне она знала, что ведет себя как сумасшедшая. Единственное место, где она должна быть, это в постели. Но ей нужно было вернуться к работе. Она не могла позволить себе потерять эту работу.

Она взяла Инки и вышла из спальни, оглядывая коридор. Она никогда не была наверху и понятия не имела, в какую сторону идти. Раздался звенящий звук, и она с удивлением обернулась, увидев, как Иден выезжает в коридор. Это был лифт?

Иден, казалось, была так же шокирована, увидев ее.

“Дерьмо”, - сказала Иден низким голосом, подъезжая ближе. “Что ты делаешь не спишь? Клинт выйдет из себя. Тебе нужно вернуться в постель”.

“Который час?”

“Сразу после семи утра”.

Она нахмурилась. “Как долго я была в постели?”

“Ммм, с пяти часов вчерашнего вечера”.

“Я проспала всю ночь?” Она изумленно уставилась на другую женщину. Обычно она почти не спала. Как она справлялась в течение двенадцати часов? Неудивительно, что ей так сильно захотелось в туалет, когда она проснулась.

“Мне нужно уйти”. И никогда, никогда не возвращаться. “Я даже не уверена, почему я здесь”.

Иден пристально посмотрела на нее. “Ты ничего не помнишь из прошлой ночи?”

“Нет. Должна ли я?” Тревога наполнила ее.

“Все в порядке”, - успокоила Иден.

“Я не… Я не помню, чтобы поранила руку. Что с ней случилось?” Она протянула руку к Иден.

“О боже, ты сняла повязку? Доку это не понравится”.

“Док?” Она слышала о Доке, но не встречалась с ним. Он сам готовил. Из того, что рассказала ей Элли, он походил на сварливого старого пердуна.

“Да, он зашил тебе руку прошлой ночью после того, как он… ну, это не имеет значения”, - поспешно сказала Иден. “Важно то, что тебе нужно вернуться в постель до возвращения Клинта. На случай, если ты не заметила, мой брат слишком заботливый тип. ”

Она хотела расспросить Иден о деталях, которые та скрывала от нее, но правда была в том, что у нее так болела голова, что ей было трудно сосредоточиться. “Мне нужно идти”.

Иден строго посмотрела на нее, когда та покачала головой. “Нет. Этого не произойдет”.

“Я не могу здесь оставаться”, - сказала она с отчаянием в голосе. “Ты не понимаешь”.

В глазах другой женщины появился намек на сочувствие, затем ее лицо посуровело. “Клинт был рядом с тобой всю ночь. Он спал в кресле в твоей комнате. Он действительно беспокоился о тебе. Он оставил тебя сейчас только потому, что ему нужно было ответить на срочный звонок. Но он вернется с минуты на минуту ”.

“Я не могу быть здесь”.

“Ты можешь. Потому что я не позволю тебе уйти. И не думай, что только потому, что я в инвалидном кресле, я не могу тебя одолеть”.

“Я вообще так не думала ”. На самом деле, прямо сейчас младенец мог бы взять над ней верх.

Иден решительно кивнула ей. “Хорошо. Потому что мой брат заботится о тебе, и я не выпущу тебя из виду, пока он не вернется сюда за тобой”.

Она моргнула. Затем прислонилась к стене. “Заботится обо мне? Я думаю, вы ошибаетесь. Я всего лишь служащий ”. И не очень хороший.

Иден фыркнула. Ага, совсем как ее брат. “Так ты думаешь, он сам ухаживает за каждым раненым сотрудником?”

Ну, когда она так выразилась…

“Я не думала, что я ему даже нравлюсь. Я почти не видела его с тех пор, как приехала сюда”. Она думала, что он мог заинтересоваться ею после того поцелуя, но он, очевидно, посчитал это огромной ошибкой.

“Ему придется объяснить свои причины, но я предполагаю, что он делал это из-за какой-то ошибочной идеи, что он защищал тебя. Клинт — самый справедливый парень, которого я знаю. Он может быть грубоватым и немного неандертальцем, и его социальные навыки определенно нуждаются в улучшении — ”

“Какие социальные навыки”, - пробормотала она.

Иден ухмыльнулся ей. “Именно. Но он заботится о своих людях. Все на этом ранчо находятся под его защитой, и Да поможет Бог любому, кто попытается причинить вред семье Клинта”.

“Я не член семьи”.