Сквозь его безумие - Татьяна Берест

Когда я выхожу, воздух в комнате другой.

Плотнее.

Он лежит на кровати.

И я сразу понимаю — это он.

Тот самый.

Не по движению, не по позе — по взгляду. Он не размытый, не уставший, не собранный Сфокусированный.

На мне.

Я ничего не говорю.

Просто подхожу и ложусь рядом, оставляя между нами короткое расстояние, которое не кажется защитой.

Он не тянет сразу.

Несколько секунд смотрит.

Потом медленно поднимает руку, убирает мои волосы с шеи. Пальцы скользят вдоль линии кожи, задерживаются под челюстью, чуть сильнее сжимают, разворачивая меня к себе.

Мы оказываемся лицом к лицу.

Слишком близко

Он притягивает меня к себе за спину, ладонь ложится уверенно, прижимает, не давая отстраниться. Тело откликается сразу — не страхом, а напряжением, которое становится почти острым.

Я чувствую его дыхание.

Глубокое.

Сдержанное.

И в следующую секунду — клыки входят в кожу.

Боль вспыхивает резко.

Живой, горячей линией проходит по шее, обжигает, заставляет тело дёрнуться. Я вжимаюсь в него, пальцы сами находят его плечо, цепляются.

Он удерживает.

Сильнее.

Но в этом удержании нет грубости — только контроль.

Он пьёт.

Глубже, чем раньше.

Ровнее.

И в то же время его рука на моей спине начинает двигаться.

Медленно.

Ладонь скользит вверх и вниз, проводит по позвоночнику, задерживается, будто он не только берёт, но и... держит меня здесь.

Боль не уходит.

Но меняется.

Становится частью этого.

Смешивается с теплом, с его дыханием, с тем, как он прижимает ближе, почти вплотную, как будто боится, что я исчезну.

Я слышу своё сердце.

Сбивается.

Сильнее.

Громче.

И в какой-то момент перестаю понимать, где заканчивается боль и начинается что-то другое.

Он не торопится.

Не рвёт.

Пьёт так, будто слушает.

Каждый глоток — глубже, но уже не жадный.

Осознанный.

Рука на спине замедляется, пальцы замирают, потом снова проходят по коже поЧТИ осторожно.

Я чувствую, как силы уходят.

Медленно.

Как будто меня уводят куда-то ниже, тише.

Звук крови, дыхание, его тепло — всё сливается в одно.

Последнее, что я ощущаю — как его хватка чуть меняется.

Не отпускает.

Но становится... мягче.

И потом — темнота.

Глава 12

Я прихожу в себя резко

Сначала — свет.

Он бьёт в глаза так, что я жмурюсь, отворачиваюсь, будто от него можно спрятаться. Потом воздух. Слишком много воздуха, он чистый, солёный, тёплый, наполняет лёгкие глубже, чем привычно, и от этого кружится голова сильнее, чем от потери крови.

Я медленно открываю глаза.

И замираю.

Дом будто растворён в свете. Пространство открытое, почти без границ — большие стеклянные стены, через которые мир не снаружи, а прямо здесь, внутри. Всё светлое: дерево, выгоревшее до мягкого золотистого оттенка, белые ткани, лениво колышущиеся от ветра, гладкий камень под ногами. Ничего лишнего — только линии, воздух и ощущение, что это место не отделяет от природы, а впускает её в себя.

За стеклом — вода

Не просто море — сплошная гладь, уходящая до горизонта, где небо почти сливается с ней.

Солнечные блики разбиваются на тысячи осколков, будто кто-то рассыпал свет по поверхности.

Где-то дальше — тёмные линии рифов, и вода там глубже, холоднее по цвету.

Дом стоит так, будто парит над этим.

Как будто нет ни земли, ни границы — только пространство, воздух и эта бесконечная вода, подступающая почти вплотную. Такие места делают специально чтобы стереть ощущение «внутри» и «снаружи», чтобы ты жил прямо в этом пейзаже

Я приподнимаюсь на локтях.

Тело ещё ватное.

Но взгляд не оторвать

— ЭТО...

Голос срывается.

Слишком тихо.

Я даже не заканчиваю.

Рядом — он.

Лежит спокойно, как будто всё это для него не больше, чем смена комнаты. Одна рука закинута за голову, вторая лежит рядом, пальцы расслаблены, но в этом спокойствии всё равно есть контроль.

Он смотрит на меня.

Ухмылка едва заметная.

— Я перенёс нас.

Голос ровный.

Будто это не требует объяснений.

Он чуть поворачивает голову, щурится на свет.

— До сих пор штормит.

Я снова смотрю вокруг.

На воду.

На свет.

На это невозможное ощущение, что мир вдруг стал слишком красивым, слишком открытым.

— У меня нет слов... - выдыхаю.

И это правда.

Влад наблюдает.

Не за видом.

За мной.

— Зачем, Влад?..

Вопрос выходит тише.

Он на секунду прикрывает глаза, будто выбирает, отвечать ли вообще.

Потом выдыхает.

— Давно хотел сюда.

Пальцы едва заметно двигаются, будто он чувствует ещё остатки переноса.

— Но добираться... долго.

Короткая усмешка.

— А переноситься — тяжело.

Влад просто смотрит.

Спокойно.

— Пошли поплаваешь.

Я не отвечаю, просто выхожу за ним.

Он на ходу снимает рубашку, не останавливаясь, бросает её в песок. Закатывает джинсы выше, садится у самой воды, босыми ступнями зарываясь в песок.

Локти на коленях.

Взгляд — на мне.

Я захожу в воду.

Песок уходит под ногами, мягкий, податливый. Вода касается ступней — сначала прохладно, потом сразу теплее, будто принимает. Поднимается выше, обхватывает лодыжки, колени.

Я иду глубже.

До бёдер.

До талии.

Выдыхаю.

Тело отпускает резко, почти неожиданно. Вода держит, качает едва заметно, скользит по коже, и от этого внутри становится тише.

Я провожу рукой по поверхности, поднимаю брызги, они ложатся на плечи, стекают вниз.

Поворачиваюсь к нему.

Он не двигается.

Сидит так же — босиком, в закатанных джинсах, чуть подавшись вперёд. Пальцы сцеплены, челюсть напряжена.

Смотрит.

Прямо.

Не отводя глаз.

Я делаю ещё шаг назад, вода поднимается выше, почти до груди. Волна касается сильнее, тянет, и я на секунду теряю равновесие.

Он сразу подаётся вперёд.

Чуть.

Но не встаёт.

Просто следит.

Как будто держит даже на расстоянии.

Я задерживаюсь в воде чуть дольше, чем нужно.

Слишком спокойно.

Слишком... хорошо.

Никогда не была даже у моря. А здесь — будто не место, а что-то отдельное, вырезанное из жизни, где ничего лишнего не существует.

Но меня тянет не к этому.

К нему, вплотную.

Я выхожу, вода стекает по коже, песок липнет к ступням. Подхожу и сажусь рядом

Сразу чувствую, как сердце сбивается.

Чуть быстрее.

Не от страха.

Просто потому что он рядом.

Я не смотрю на него сразу. Только боковым зрением ловлю линию плеча, движение дыхания, напряжение в руках.

И понимаю — хочу коснуться.

Пальцы сами двигаются.

Касаются его руки.

Тепло сразу отзывается в ладони, как будто я тронула не кожу — что-то глубже. Он не отдёргивает. Наоборот — пальцы под моей ладонью