Дорогой Дуэйн, с любовью - Элиза Гордон

Близнецы? Отделение интенсивной терапии? Отделения интенсивной терапии находятся в детских больницах.

По мне пробегает холодок. Дерьмо. Она спортсменка; она говорит о сборе средств для детской больницы; она занимается триатлоном.

Она говорит о «Раскачай мышцы».

Когда она шутит о личной встрече с Дуэйном Джонсоном, я превращаюсь в лужу на полу. Я имею в виду, посмотрите на нее. Я могла бы тренироваться десять лет подряд и никогда не выглядеть так потрясающе.

— Дени Стил? — Ассистентка по кастингу стоит в дверном проеме с моим снимком в руке. Почему я? Другие актрисы были здесь дольше... И я хочу услышать больше из разговора триатлонистки.

Ассистентка выглядит измученной, перекидывает свой растрепанный русалочий хвостик через плечо и водружает на нос черные очки в форме кошачьего глаза. Мне пора.

— Привет, я Наташа, — говорит она, не протягивая руку для рукопожатия, пока мы спешим по узкому коридору. — Ваш агент прислал фото в профиль? — Я утвердительно киваю. — Отлично. Итак, то, что мы делаем сегодня, — это линия органических средств семейной гигиены, производимых здесь, в Орегоне. Это будет региональная кампания, и то, что нам нужно от Вас сегодня — приятная, бодрая жена и мать. Мы подбираем Вас по цвету кожи и волос —

— О, у меня есть партнер по сцене?

Прежде чем она успевает ответить, мы сворачиваем за угол в комнату, и она подходит к женщине с ребенком на руках. Наташа подхватывает ребенка и возвращается ко мне.

— Дени, этого малыша зовут Хейзел. Ей семь месяцев. Она немного капризничает, потому что ей пора спать, но мне нужно, чтобы ты держала Хейзел на бедре, произнесла свои реплики и пару раз посмотрела на нее с любовью. Как сделала бы мама, хорошо?

Как сделала бы мама?

— Конечно! У меня есть племянница и племянники, — говорю я, приклеивая свою самую фальшивую улыбку. Я опускаю часть о том, что Джорджи не очень часто просит меня присматривать за упомянутыми племянницей и племянниками, потому что в прошлый раз Данте сжевал всю жвачку в моей сумочке, а затем втиснул ее в нежные, как у младенца, волосы Мэри Мэй, пока я пыталась понять, как, черт возьми, управлять модным органическим кремом Уильяма Морриса, поменять подгузник и запеленать.

Наташа кивает на клейкую ленту X на полу, которая указывает мне, где стоять. Я сворачиваю распечатанные страницы и засовываю их в сумку, выбрасывая ее из кадра камеры. Встань прямо, расправь плечи, откинь волосы.

Мне дают ребенка.

— Хорошо, когда будешь готова, Дени, — говорит Наташа. — Давай, погнали.

* * *

— Привет, меня зовут Даниэла Стил с буквой «е» (прим. перев.: вы помните про эту букву?). Я из «Дженис Стерлинг и партнеры». — Уверенно улыбаюсь, как раз в тот момент, когда Хейзел хватает прядь моих волос и засовывает ее себе в рот.

Я осторожно распутываю волосы с ее пухлых маленьких пальчиков, которые, что неудивительно, покрыты какой-то смесью из детского печенья и слюны, которой она с любовью делится со мной. Наташа кивает, чтобы я начинала.

— Шампунь Pacific Heart придает моим волосам сияющий, чистый вид, даже когда у меня нет времени мыть их каждый день. — Мило улыбнись малышке, затем снова в камеру. — Сделано из органических, экологически чистых продуктов, — снова Хейзел тянет…

— Я доверяю всей линейке продуктов Pacific Heart — рывок-визг — для нужд всей моей...

Малышка Хейзел кричит, и взрыв сотрясает мою правую руку, сопровождаемый странным ощущением тепла на моей руке, на моей левой руке, лежащей на ее пояснице, и на передней части моей блузки.

— Я остановлю тебя на секунду, Дени.

Конечно, Наташа говорит это, потому что малышка Хейзел только что обкакалась, и цунами какашек горохового цвета прорвало края ее подгузника и милого белого комбинезона и покрыло мою переднюю часть и руки.

Что, конечно, замечательно.

Спросите меня еще раз, почему я до сих пор не родила.

— О, какая милая улыбка, медвежонок! Так вот почему ты была такой капризной? — Мама Хейзел воркует, вытаскивая свою покрытую дерьмом малышку из моих рук.

Один из юных ассистентов Наташи предлагает мне несколько бумажных полотенец, смоченных в бутылке с водой. Мы делаем все, что в наших силах, чтобы убрать какашки, с дополнительной помощью детских салфеток, добытых из глубин огромной сумки для подгузников Хейзел, а затем Наташа просит меня пробежаться по строчкам без Хейзел.

Это очень весело, когда от меня пахнет, как от общественного туалета, но это Голливуд, детка.

Когда я заканчиваю, Наташа извиняется и предлагает мне бесплатную бутылку шампуня Pacific Heart.

— Извини за рубашку, Дени. Она должна отстираться. Просто замочи ее в холодной воде, когда вернешься домой. [Режиссер кричит: «Снято!»]

Глава 17

Очевидно, что я не могу пойти на работу в таком виде.

Моя квартира находится слишком далеко, в противоположной части города, поэтому я приеду позже, чем сказала Старухе, а она тут же заведет дело о превышении положенного времени отпуска.

У меня в багажнике лежит спортивная форма, но она не подходит для работы.

Какие же есть магазины между этим местом и офисом?..

Точно! Я могу остановиться в Таргет и купить что-нибудь, что поможет мне пережить день, чтобы не давать Старухе больше поводов втыкать булавки в мою куклу вуду.

Пробок почти нет, так как все другие ответственные рабочие пчелки уже в своих ульях, так что я быстро добираюсь до цели, даже несмотря на то, что снова идет дождь, и мне приходится ехать с опущенными стеклами, потому что от меня пахнет, ну примерно, как от дерьма.

Я бегу в магазин, не потрудившись прикрыться, потому что в этот момент дождь может смыть часть вони. Я иду прямиком в женский отдел, ищу рубашку, блузку, все, что подойдет к этим ужасным брюкам «мам чиносы».

Наконец я нахожу подходящую рубашку, объясняю продавщице в примерочной, что произошло, и она помогает, срезая бирки, если я «обещаю пойти прямо к кассе». Я так и делаю, в основном потому, что я так благодарна за то, что не пахну, как наполненный подгузник. Рубашка, которую осквернила Хейзел? Отправляется в мусорное ведро. Я знаю — я расточительна, — но я буду на работе еще шесть часов, а она будет просто валяться в моей влажной машине и вонять.

Чувствуя себя на удивление чище, я направляюсь к передней части магазина, чтобы расплатиться. Навстречу мне идет сотрудник, таща высокую тележку, полную товаров, — огромный парень, мускулы выпирают из его обтягивающей футболки с короткими рукавами под красным жилетом Таргет, в очках