Ведьма для изумрудного дракона - Лана Бель

себя рядом с ней слишком живым. Ее дыхание, тепло ладоней, сосредоточенность во взгляде — все отзывалось глубже, чем должно было. И вместе с этим росло желание — удержать, защитить, не отпускать.

Потом появились мелочи. Он стал замечать, как сам подвигает к ней тарелку, когда она забывает поесть. Подает чашку раньше, чем она успевает потянуться. Следит, чтобы рядом с ней было что-то теплое, сытное. Сначала он списывал это на благодарность. Теперь понимал — в этих жестах жила не вежливость. В них просыпалась забота. Древняя, инстинктивная.

Во время танца Ра’карн впервые отчетливо шевельнулся под кожей. Не проснулся — нет. Скорее перевернулся во сне, прислушался. Каждое движение Лили отзывалось гулом — в дыхании, в крови, в магии. Это было уже не просто влечение. Это было узнавание.

А когда она ушла с другим, внутри стало слишком тихо. Ра’карн затих. И эта пустота оказалась страшнее разъяренного рева. Рик остался стоять в толпе, глядя им вслед, чувствуя, как пальцы сами собой сжимаются в кулаки. Он не пошел за ними не потому, что не хотел. А потому что знал: сделай он шаг — и от наглого типа не останется ничего. А пугать ее он не собирался.

Возвращаясь домой… он поймал себя на этой мысли с легким недоверием. За короткое время ее дом начал ощущаться логовом. Тесная комната — уютной. Стены, пропитанные ее магией, — родными. Здесь ему было спокойно. Здесь мысли становились яснее.

И именно тогда появилась мысль, от которой хотелось отмахнуться, но не выходило: а если она — та самая, предначертанная ему Отцом Драконом? Это нужно проверить. И как можно скорее.

Позже он ходил по комнате, не находя себе места, пока за окном не раздался тихий смех. Ее голос. Рик вышел в яблоневый сад и увидел Лили на дорожке, а рядом — Алистера.

Чужая рука на ее щеке. Чужие губы на ее губах.

Рик стиснул зубы и сжал кулаки до боли, чувствуя, как что-то первобытное рвется наружу. И в этот раз это было не только драконье. Это было его собственное. Он стоял и смотрел, и увиденное причиняло глухую, тянущую боль — как рана от магического оружия, которая не заживала до конца.

Когда Алистер ушел, Рик наконец выдохнул и шагнул на крыльцо. Дверь за его спиной хлопнула.

Рик увидел ее раньше, чем она заметила его.

Она шла по дорожке неспешно и была поглощена своими мыслями. Винное платье в ночи казалось темнее. Ткань мягко облегала грудь, подчеркивала тонкую талию и текла вниз плавными складками, вздрагивая при каждом ее шаге.

Его взгляд невольно прошелся ниже — по линии бедер, по тому, как юбка скользила по ногам, открывая на мгновения щиколотки.

Рик медленно выдохнул, но взгляд отвести уже не смог.

Они остановились друг напротив друга. Взгляд у нее был затуманенный, улыбка безмятежной. У Рика дернулась щека. Он шумно втянул воздух, и в нем явственно чувствовался сладковатый, липкий привкус чужой магии.

— Ты в порядке, Лили? — спросил он, сам удивившись, как ровно прозвучал голос.

Она моргнула и посмотрела сквозь него, словно он стоял где-то очень далеко.

— Я… даже не знаю, — прошептала она. — Странное ощущение.

Рик шагнул ближе.

— Постой.

Его ладони легли на ее плечи — осторожно, но крепко. Их взгляды встретились. Он наклонился ниже, чувствуя, как ее дыхание касается его губ. В груди что-то тяжело перевернулось, но он заставил себя сосредоточиться.

Магическое зрение раскрылось мгновенно. И он увидел флер. Тонкая, чужая пелена вокруг ее головы.

Ярость вспыхнула резко, ослепляюще, но Рик стиснул зубы и медленно выдохнул. Ментальная магия не терпела всплесков. Ни одной ошибки. Не с ней.

Его пальцы двинулись медленно: по шее вверх, к затылку, мягко оглаживая, зарываясь в волосы, успокаивая. Он поднимался выше, пока не коснулся ее лба, вливая магию тонкой, осторожной струей.

С губ сорвалось драконье заклинание — древнее, низкое, больше похожее на приглушенное рычание, чем на слова.

Кончики пальцев закололо, когда магия собралась в ладонях — плотная, тяжелая, безоговорочно послушная его воле. Ментальная защита начала медленно разворачиваться, слой за слоем. Он видел магические потоки, как они плавно обвивали ее разум, укрывая, укрепляясь, смыкаясь в прочный контур.

Это был щит не для людей. Его ставили на драконов. И он никогда прежде не применял его на женщине.

Когда он закончил, волосы упали ей на лицо. Рик осторожно убрал пряди, пригладил, словно стирал след чужого вмешательства, возвращал ее себе… в реальность.

Он заметил, как расширились ее зрачки. А потом она вдруг опустила голову и положила ладони ему на грудь. Пальцы медленно скользнули по ткани — осторожно, будто проверяя, можно ли к нему приблизиться.

И в этот момент внутри него окончательно растворилось все — злость, напряжение, настороженность. То, что еще недавно рвалось наружу, рассыпалось пеплом.

Рик медленно выдохнул.

Эта женщина все изменит.

Потому что только ее прикосновение действовало на него так. Не магия. Не сила. Не слова. Лишь тепло ее ладоней, мягкое давление пальцев — и буря стихала. В нем разливалось странное, непривычное спокойствие.

— Лили, посмотри на меня, — негромко попросил он.

Она подняла глаза. Взгляд был растерянный, словно она все еще собирала себя по частям. Он провел пальцами по ее щеке, убирая прядь за ухо, и тихо спросил:

— Ты понимаешь, кто я?

Лили нахмурилась, будто перебирала что-то в памяти. Потом медленно кивнула.

— Скажи, — шепотом попросил он.

Она посмотрела на него доверчиво, как-то торжественно.

— Мой дракон.

Рик вздрогнул.

Сердце ухнуло вниз, будто провалилось в пустоту, а в следующий миг забилось так быстро и гулко, что заглушило все вокруг. Он замер, жадно всматриваясь в ее лицо. Но Лили уже смотрела на его губы и рассеянно гладила его грудь. Рик сглотнул.

— Лили… — выдохнул он глухо. — Посмотри на меня.

Она моргнула, словно с усилием оторвалась от его губ, и подняла взгляд.

— Ты мое наваждение, — прошептала она.

Он не успел ответить. Она сама потянулась к нему. Ее губы коснулись его — и по телу Рика прокатилась горячая волна. Он ответил сразу, жадно, как будто слишком долго сдерживался. Ладонь легла ей на поясницу, притягивая ближе, стирая последнее расстояние между ними.

Между ними пробежали золотые искры, потоки силы потянулись навстречу друг другу, сплетаясь, узнавая. Рик чувствовал ее — тепло, вкус, силу — и с пугающей ясностью понимал: она подходит ему так, как