Ведьма для изумрудного дракона - Лана Бель

Рик смотрел на нее еще пару долгих мгновений. Во взгляде медленно тлело что-то темное, голодное, но он все же отступил на полшага — с видимым усилием.

Уголок его губ едва заметно дернулся.

— Буду ждать с нетерпением… Саэльра, — пророкотал он.

Последнее слово прозвучало с хриплым рычанием, от которой у Лили по спине прошла приятная дрожь.

Он развернулся и неторопливо ушел в жилую часть дома, оставляя за собой ощущение жара, которое еще долго не рассеивалось.Лили еще несколько секунд смотрела на дверь, за которой исчез Рик. Потом медленно перевела взгляд на кота.

— Ты знаешь, что значит это… Саэльра?

Граф фыркнул, лениво дернул усами и уселся поудобнее.— Знаю только одно, хозяйка-ау, — лениво протянул он. — Еще мгновение — и мне пришлось бы деликатно отвернуться. Из уважения к личной жизни… на рабочем месте.

— Граф!

Она вспыхнула, но подбородок упрямо не опустила.

— Что — Граф? — невинно уточнил он. — Я кашлял. Дважды. Но кое-кто был слишком занят тем, чтобы буквально плавиться под взглядом одной конкретной ящер-р-рицы.

Лили открыла рот — и тут же закрыла.

— А значение твоего «Саэльра» я не знаю, — добавил он уже спокойнее. — Но по тому, как он на тебя смотрел, это явно не название лекарственной травы.

Глава 17.

Глава 17.

День тянулся мучительно долго.

Тетушка Мо знала свое дело слишком хорошо. Сплетницы потянулись в лавку ручейком — звонким, назойливым и бесконечным. А танцы на празднике с двумя столь представительными мужчинами сделали свое дело с размахом.

Кумушки сменяли друг друга с подозрительной организованностью, словно кто-то заранее составил график посещений. Все «просто проходили мимо», но при этом удивительно точно знали, в каком халате был «тот загадочный мужчина», какого он роста и как именно смотрел.

Лили с каменным лицом отмеряла отвары, завязывала мешочки и улыбалась — профессионально, безупречно.

— Хозяйка-ау, — лениво протянул Граф, развалившись на диванчике, — может, уже повесим табличку? «Ведьма и ее питомцы. Смотр по записи».

— Питомцы? — сквозь зубы уточнила Лили, продолжая мило кивать покупательнице.

— Ну а как еще? — невозмутимо продолжил кот. — Я — пушистый. А он — хищник… с подозрительно сильной тягой к женским халатикам.

Лили едва не поперхнулась воздухом.

— Или можно продавать билеты, — мечтательно добавил Граф. — Живой экспонат на диванчике. «Таинственный мужчина в естественной среде обитания». Огр-р-раниченный показ.

Он окинул лавку задумчивым взглядом.

— Пр-р-равда, диванчик я уступать не собираюсь. Пусть стелют себе на полу. Я к удобствам привык.

Одна из кумушек подозрительно покосилась в сторону диванчика.

Лили ослепительно улыбнулась:

— Ваш отвар. Два серебряных.

Она одарила Графа убийственным взглядом и едва слышно процедила:

— Замолчи.

Каждое слово про «жениха» раздражало все сильнее. Какой еще жених? Никто замуж ее не звал. Да, они танцевали. Да, целовались. Да, мысли упрямо возвращались к нему. И да — метка истинной пары была реальна, и она оказалась Альмой дракона.

Но это ничего не означало. Не означало, что все уже решено.

И раздражали ее не кумушки.

Раздражало то, что она не могла вырвать эту мысль из головы. Что она не звучала нелепо. Что одно только его имя — или тихое, рычащее «Саэльра» — не хотелось стирать из памяти.

И вот это было по-настоящему опасно.

К вечеру терпение закончилось окончательно. Когда особенно прилипчивая покупательница в третий раз попросила «буквально одним глазком взглянуть», Лили распрямилась, холодно улыбнулась и произнесла ровно:

— Лавка закрыта.

Щелчок пальцев — дверь распахнулась сама. Колокольчик тревожно звенел, пока последняя посетительница не вышла.

Когда лавка снова наполнилась тишиной, стало легче. Зубы больше не скрипели, дежурная улыбка исчезла. Она поднялась наверх, сбросила обувь и упала на кровать. Граф тут же устроился рядом, свернувшись клубком.

Ей хотелось покоя.

— Может, все же стоило перепутать пару ингредиентов для особо разговорчивых? — как бы между прочим заметил он.

Лили тихо хмыкнула и провела пальцами по мягкой шерсти.

Она лежала, глядя в потолок, где от лампы плясали мягкие тени, и слушала ровное дыхание фамильяра. Мир наконец затих. А Лили перебирала день, как бусины: Алистер с его странным визитом. Рик — в ее халате. Тетушка Мо. Сплетницы, жаждущие увидеть ведьминого «жениха».

За один день с ней случилось больше, чем за весь прошлый год.

— Может, меня кто-то проклял на насыщенную жизнь, — пробормотала она.

Граф фыркнул.

— Зато не скучно. Будет что поведать внукам.

— Каким еще внукам? — сонно буркнула Лили.

— Теоретическим, — невозмутимо уточнил он и устроился поудобнее.

Она перевернулась на бок, натянула одеяло повыше и крепче сжала подушку. Сон уже начинал накрывать ее мягкой тяжестью, когда в тишине дома раздались шаги.

Лили нахмурилась, не сразу понимая, сон это или нет. Шаги остановились у двери. Та приоткрылась, и в щели показался Рик.

— Лили, — тихо сказал он. — Нам нужно поговорить.

Она приподнялась на локтях, волосы упали на лицо.

— Сейчас?

— Да. Прости. Это важно.

Что-то в его тоне окончательно разбудило ее.

— Подожди внизу, — после паузы сказала она. — Сейчас спущусь.

Рик кивнул и закрыл за собой дверь.

Лили еще несколько секунд сидела неподвижно. Потом поднялась, накинула халат, пригладила волосы и направилась к двери.

Граф тут же поднял голову.

— Я иду с тобой, — деловито сообщил он.

— Нет, — спокойно ответила Лили.

Кот прищурился.

— Между прочим, я весьма искусен в переговорах.

— Граф.

— Что? — невинно дернул усами фамильяр. — Я просто предупреждаю: если услышу треск мебели, приду спасать ведьму от драконьего темперамента.

Лили остановилась, медленно повернула голову.

— Оставайся. Здесь.

— Ладно, — театрально вздохнул он и улегся обратно. — Только вы это… с драконятами не спешите. Дедушкой мне пока рано становиться.

Она закатила глаза, но уголки губ все же дернулись, и вышла.

Рик стоял у стола. На столе стояли две кружки с отваром, горели свечи. Свет был мягким, теплым — слишком интимным для разговора, который явно не предполагал простых ответов.

Лили остановилась в дверях и скрестила руки на груди.

— С чего начнем?

Лили вдруг заметила, как внимательно он ее оглядел — медленно, не торопясь, будто отмечал каждую деталь.

И только сейчас до нее дошло. Она была в халате. Запоздалое смущение вспыхнуло жаром под кожей. Лили