Жизнь после эпилога. Часть 1 - Елена Кароль

— Это был мой долг, — произнесла тихо, как никогда кстати вспоминая эти слова, уже звучавшие из уст Эржены, но немного в иной ситуации и контексте. Хотя смысл был тот же.

— Был, — многозначительно повторил за мной Дэймос.

— Был, — кивнула, давая понять, что он не ослышался. — От меня избавились, когда я стала… неугодна. Я больше не невеста. Не будущая императрица. Долга перед той семьей нет. И я согласна на все ваши условия. Один лишь вопрос: а вам разрешат меня защищать?

— О, я уже договорился с вашей охраной, — кривовато усмехнулся Рауф, сверкая своими удивительными янтарными глазами, которые на миг стали ярче, словно вспыхнули два уголька. — Вам запрещено иметь слуг больше четырех. И нанимать дополнительную охрану. Но мы — гарнизон. И мы сами решаем, где квартироваться в те или иные дни, когда региону угрожает особая опасность. Волей императора, между прочим. Так что тут всё чисто. Есть лишь один нюанс…

Он посмотрел на меня с иронией.

— У вас тут дыра похлеще, чем в гарнизоне!

И рада бы посмеяться, но он был прав, так что я лишь буркнула:

— Ну, простите. Мы тут сами от силы третий день и я, честно говоря, до сих пор в шоке от того, как разительно эти края отличаются от столицы. Мы с сопровождением успели разве что штаны мне теплые купить, чтобы не морозить зад в шелковых платьях, а потом эти ваши крысы к нам вломились… Почему, кстати?

— Ну, допустим, крысы не мои, — хмыкнул маг, но заострять внимание на этом не стал. — Монстры разломов очень остро чуют живых и магию. Женскую магию… — на меня посмотрели с многозначительным прищуром. — Как давно браслет не работает?

— С первого дня, как мы сюда приехали, — не стала скрывать. — Мы ещё подъезжали, когда где-то рядом произошел разрыв и вышли из строя артефакты в дилижансе. И мой браслет тоже. А можно вопрос?

— Да.

— Кто ещё знает, что твари любят закусывать именно магичками?

— Все, — пожал плечами Рауф, словно не видел в этом ничего странного.

— Все, — повторила за ним, чувствуя, как мне становится особенно нехорошо от того, какие мысли за собой повлекли эти слова. — То есть меня сюда сослали, чтобы меня… съели?

— Мне вас утешить или сказать правду?

Я вскинула на него внимательный взгляд, снова отмечая, как он по-мужски суров и привлекателен. Если бы не этот цинизм и вечно хмурая складка между бровями…

— Только правду, господин Рауф. Кстати, как мне сейчас вас называть? Вы ведь больше не магистр? Но аристократ, верно? Или… только воин? Офицер? Как правильно?

— Зовите по имени, — усмехнулся, загадочно прикрывая глаза возмутительно пушистыми ресницами, — Эржена. Раз уж мы с вами… в каком-то роде заговорщики. Надеюсь, я не слишком нагл?

— А сколько вам лет? — полюбопытствовала, не став отвечать на его вопрос.

— Тридцать девять.

М-м…

— Если бы не хмурились, сказала бы, что выглядите моложе, — усмехнулась, подумав о том, что он младше прежней меня на два года. Но старше нынешней в два раза.

— А смысл? — он пожал плечами. После чего внимательно посмотрел мне в глаза и с легким недовольством добавил: — Надеюсь, я не вызываю у вас романтический интерес? Вы всегда казались мне воплощением благоразумия и рассудительности.

— Я ещё… думаю об этом, — фыркнула, вдруг развеселившись от мысли, что он будет прятаться от моего «романтического интереса». — Так что не расслабляйтесь. А сейчас не могли бы вы позвать Берту? Я хочу есть и в туалет. Думаю, мы сможем обсудить условия нашего сотрудничества более детально где-нибудь через час. Согласны?

— Инсомро — всегда Инсомро, — не совсем понятно выразился Рауф, явно вспомнив что-то своё, но поднялся с кровати и отрывисто кивнул. — Согласен. Приходите в себя, подойду через час. Ближайшие пару дней ногу не нагружайте. Никаких долгих прогулок. Максимум до соседней комнаты и в кресло.

На этом, решив, что сказал всё, мужчина ушел, а в комнату торопливо влетела взволнованная Берта.

— Как вы, леди Инсомро?

— Успокойся, всё хорошо, — притормозила её. — Магистр снял болевые ощущения и вроде бы…

Я откинула в сторону одеяло и изучила свою ногу, где розовело всего несколько точек — места, где зубы твари прокусили кожу.

— Подлечил. Только ходить пока сильно нельзя, так что тренировки переносим на следующую неделю. Поможешь мне?

— Да, конечно!

Эмоционально всплеснув руками, Берта помогла мне не только добраться до туалета и умыться, но и сама выбрала мне на этот день тёплое домашнее платье с двумя нижними юбками, потому что нога пока слушалась плохо, словно действительно была немного заморожена и под наркозом, но на фоне того, что больше не болела — это были мелочи. Главное, чтобы потом отошло всё и она не осталась такой деревянной! Я ведь даже колено толком сгибать не могу и ступню практически не ощущаю!

Когда девушка хотела меня заплести, сначала я попросила её отвести меня к зеркалу, чтобы понять, что вообще произошло с моей внешностью, и внимательно изучила своё отражение.

Да уж… Была жгучей брюнеткой, стала эталонной блондинкой. Но брови и ресницы всё ещё черные. Смотрится отчасти… неестественно. При этом «магические» пряди серьезно выцвели и синий стал бледно-голубым, а фиолетовый — чуть сиреневым. Глаза тоже сменили цвет и из ярко-синих стали бледно-лиловыми, чуть с розова.

Совершенно ненатуральный цвет. Но в целом… Скорее необычно, чем некрасиво. Нечеловеческая красота, странная.

В остальном я вроде бы не изменилась, может лишь чуть резче стали черты лица, да кожа бледновата, но это всё легко поправить плотным питанием и прогулками на свежем воздухе. И этим я пренебрегать не буду! Но чуть позже.

Пока же я разрешила Берте заплести мне волосы и принести завтрак, который я съела, сидя в кресле у камина. Стол, заказанный в городе, ещё не был готов, так что я держала тарелку в руках, а Берта меня страховала, зорко контролируя происходящее.

Тем не менее аппетит мне это не испортило, и я с удовольствием съела всё, что мне принесли: и кашу, и оладьи с чаем. После этого я попросила растопить камин в кабинете, но пока не спешила туда идти, пусть комната хоть немного прогреется. Выжидая время,