Тень генерала. Любовь не знает приказов - Леся Громовая

— Тогда предлагаешь обход? — хмыкнул Хэ, сложив руки на груди. — Через северную тропу?

— Она узкая, — возразили ему сразу. — Идти там колонной самоубийство. Да и если там засада, нас будут снимать по одному.

Голоса накладывались друг на друга, спор разгорался. Каждый был прав по-своему, и от этого становилось только хуже. Мы действительно задерживались: сначала ночное нападение, потом раненые, допрос, сожжение тел. Любое промедление играло не на нашей стороне.

Я стояла чуть поодаль, прислушиваясь, и всё яснее понимала: что бы мы ни выбрали, нас уже ждут. Этот завал стал не столько преградой, сколько проверкой на нервы, дисциплину, на способность действовать под давлением.

Вэй Лян молчал дольше всех.

Он обошёл завал по краю, посмотрел вверх, на склон, где ещё виднелись следы сдвинутых камней, затем на дорогу позади нас, где колонна вытянулась и начала роптать. Когда он заговорил, спор оборвался сразу.

— Разбираем, — сказал он спокойно.

— Генерал… — начал кто-то.

— Разбираем, — повторил он тем же тоном. — Обход — это потеря строя и контроля. А ваши споры — времени. Здесь мы хотя бы знаем, где стоим, в случае если кто-то решит скинуть еще камни, можно будет уйти от падения. На той тропе назад дороги уже не будет, только вниз.

Он повернулся к Хэ.

— Выставить дозоры выше по склону. Лучников на прикрытие. Работать по сменам. Никто не геройствует.

Приказы разошлись быстро. Солдаты спешились, кто-то уже брался за рычаги и верёвки, кто-то подтаскивал брёвна. Камни начали сдвигать осторожно, слой за слоем, будто разбирали чужую игру, стараясь не задеть скрытую ловушку.

Я смотрела на это и понимала: сейчас единственный момент.

Подойдя ближе, я остановилась на положенной дистанции и заговорила негромко, чтобы слышал только он.

— Генерал.

Вэй Лян обернулся.

— Говори, Юй Лан.

— Пока отряд занят, я могу выехать вперёд, — сказала я ровно. — Проверить ту деревню в стороне от тракта. Она близко. Если там кто-то остался, мы получим сведения. Если нет я вернусь быстро, заодно проверю дорогу, нет ли там засад.

Он прищурился.

— Ты уверен, что хочешь ехать одна?

— Да, — ответила я без колебаний. — так будет меньше вопросов. И к тому же если жители живы, они знают, что я женщина и могут проболтаться ненароком.

Вэй Лян смотрел на меня несколько долгих секунд. Его взгляд был острым, взвешивающим, будто он уже видел возможные последствия и пытался понять, стоят ли они риска.

— Будь осторожна и вернись живой. — только и сказал он.

Глава 18 Цена спасения

Глава 18 Цена спасения

Дорога ответвлялась от той, которой придерживались мы, почти незаметно. Узкая тропка, утоптанная копытами и временем, будто сама земля старалась не привлекать к себе внимания. Я свернула туда без оглядки, позволив основному тракту исчезнуть за спиной. Здесь было тише. Даже ветер звучал иначе: не резал, а будто шептал, скользя между сухих ветвей.

Эта тропа была мне знакома.

Лошадь шла уверенно, как если бы уже знала путь, а я ловила себя на том, что считаю повороты, уклоны, камни у обочины. Здесь я шла когда-то пешком, замёрзшая, голодная, почти без надежды. Тогда каждый шаг был просьбой о выживании. Теперь долгом и искренним желанием узнать, как дела у тех, кто мне помог.

Солнце стояло высоко, но свет казался блеклым. Лес редел, и впереди начала проступать долина. Почти на месте. Всего-то пара часов езды на лошади, я думала уйдет больше времени. Настроение стало лучше от предвкушения встречи и надежды на то, что Дзян Бай не нанес сильного вреда простым жителям.

Я замедлила ход ещё до того, как увидела её полностью. Сердце сжалось раньше, чем разум успел подобрать слова.

Деревня все еще была на месте, и в то же время её не было.

Словно призрак остался, а все остальное исчезло.

Чёрные остовы домов торчали из земли, как обгоревшие кости. Крыши обвалились, балки рухнули внутрь, колодец был завален мусором и пеплом. Там, где раньше тянуло дымом очагов и варёным рисом, теперь пахло только гарью и сырой золой. Прошло всего каких-то пару месяцев…

Я спешилась медленно.

Здесь было слишком тихо. Ни лая собак. Ни скрипа дверей. Ни человеческих голосов: даже призрачных, как в воспоминаниях. Я сделала несколько шагов вперёд, ступая осторожно, будто боялась потревожить мёртвое.

Вот здесь был дом Лянь Жу.

Я узнала его по камню у порога, он остался, только потемнел. Всё остальное исчезло. Я остановилась, не в силах сделать ещё шаг. Перед глазами встало её лицо: уставшее, но тёплое и добродушное, руки, пахнущие травами, плащ, который она тогда набросила мне на плечи, не задавая ни одного вопроса.

— Прости… — прошептала я, сама не зная, кому.

Я обошла деревню медленно, внимательно, как учат в армии, но внутри всё ломалось. Следы были повсюду: старые вмятины от копыт, обугленные пятна, разбросанная утварь. Это не было грабежом на бегу. Это было показательно. Холодно. Намеренно.

Людей здесь не осталось.

Я не нашла тел и это пугало сильнее всего. Значит, либо их увели, либо… я не позволила себе додумать. Вместо этого сжала пальцы, чувствуя, как ногти впиваются в ладонь.

Вот она, цена «побед» Дзян Бая. Цена удобных докладов и красивых слов при дворе. Цена приказов, за которыми всегда стоят живые лица, пока не исчезают в небытие.

Я стояла посреди пепелища и пыталась дышать ровно. Закрыла лицо ладонями, потому что просто не могла смотреть на место, где ко мне относились как к своей, как к семье. К семье, которую я в очередной раз потеряла.

Медленно. Глубоко. Как учили. Как приходилось делать десятки раз перед боем, после боя, когда рядом умирали, когда нельзя было позволить себе дрожать. Я повторяла про себя простые вещи, будто счёт:ты жива, ты солдат, ты здесь по делу . Эмоции потом. Всегда потом.

Я сжала челюсти так, что заболели виски.

— Это не твоя вина, — тихо сказала я себе. — Ты не отдавала приказ. Ты не поджигала дома. Ты даже не знала…

Но слова не приживались. Они скользили по сознанию, не находя опоры, потому что память подсовывала другое.

Я была в армии Дзян Бая.

Я носила его знамя.

Я участвовала в его походах.

Я закрыла глаза.

Перед внутренним взором всплыло прошлое: