После развода с драконом. Старая жена снова нужна - Нина Новак

Рэй усмехается, переводит взгляд на сестру.

— Не боишься? — спрашивает он тихо. — Не боишься богов, Розанна?

— Они не станут препятствовать, Рэй, — отвечает сестра. — Посмотри, как разгорается огонь в куполе, боги благословляют новый союз.

Рэй поднимает голову и сжав челюсти следит за всполохами словно обезумевшего пламени, что мечется в полусфере купола. Это уже не имитация, даже жрец присмирел.

Розанна же глядит снисходительно, с затаенной злобой. Поглаживает его по рукаву острыми ногтями.

Рэй выдыхает сквозь стиснутые зубы, понимает, что попал в ловушку — боги заставят платить за то, что срезал метку с руки любимой.

Жесткая полубезумная улыбка искажает его лицо. Даже окруженный врагами, лорд Сауберн не позволит загнать себя в угол. Бросит вызов самим богам, но отомстит Таверну.

И найдет жену. Из-под земли ее выкопает. Поставит на колени смирившуюся, раскаявшуюся.

Лживых оправданий он больше не потерпит, лишь ее искреннее раскаяние излечит его душу.

В груди поднимается ядовитая, обжигающая боль.

Если бы Рэй не уничтожил метку, если бы не устроил фарс с отбором и рубищем, Софи бы убили.

А он в этих условиях не может обеспечить ей полную защиту. Не сейчас, когда замок полон врагов. За Розанной кто-то стоит, кто-то руководит действиями этой подколодной змеи.

— Рэй, посмотри на свою невесту. Разве Софи сравнится с этой прекрасной и чистой розой? Вспомни, что твоя жена раздвигала ноги перед другими. Сколько любовников у нее было, Рэй? Как думаешь? Я отвечу. Много.

Рэй косит глаз на сестру, рука тянется к ее горлу, но рано. Рано. Сначала он должен найти кукловода.

А Софи он спас. Спас, чтобы позже наказать. Выбить из ее светлой головки любые мысли о любовнике.

Она никогда не станет больше женой, не станет матерью его ребенка. Но научится ему служить.

Ровена между тем жадно следит за Розанной и Рэем. Она трепещет, но и излучает превосходство.

Думает, что победила? Отлично.

Рэй подходит к избранной совсем близко.

Невесты замерли, затаив дыхание. Они не ропщут, не возмущаются, понимая, что волю богов не обойти.

Но точно ли боги желают его союза с леди Ровеной?

Рэй склоняется к мысли, что они, скорее, задались целью уничтожить его, единственного дракона с кровью химеры.

Приняв решение, он резко хватает Ровену за косу и смотрит в ее запрокинутое лицо. Она морщится, тяжело дышит, не зная, как реагировать.

— Думаешь, что сможешь заменить мне леди Софи? — спрашивает он спокойно.

— Да, милорд. Я молода. Моложе и красивее вашей бесплодной и никчемной бывшей жены. И я полностью покорна вашей воле.

— Рэй! — возмущенно выкрикивает сестра.

Жрец беспокоится и суетится, но вмешиваться не смеет. А Рэю любопытно, что сделают боги? Накажут его за унижение их избранницы?

А пламя просто продолжает носиться в куполе. Богам все равно.

— Пойдем, докажешь свою покорность.

Рэй тянет Ровену за косу. Она вскрикивает, но идет за ним, мелко перебирая ногами.

— Рэй! — Розанна сверкает глазами. Только это ей и остается, она бессильна.

Рэй вытаскивает Ровену из храма и подхватывает на руки. Возможно, он страшен в этот момент. Наверное, даже так, потому что на лице победительницы отбора отражается страх.

— Куда вы несете меня? — шипит она.

— Проверить, вдруг жрецы подсунули мне порченый товар, — чеканит он.

Рэй ощущает, как напрягается тело невесты в его руках. Она боится его. Пусть. Пусть боится.

Мечтала о красивой сказке? Так сказки не будет. Потому что дракон привязан лишь к одной женщине, которую ненавидит больной любовью.

Он рычит, когда открывает двери первой попавшейся спальни ударом ноги. Кидает невесту на кровать.

— Нет, это недопустимо, милорд, — верещит Розана и пытается спрыгнуть.

Но он хватает ее за ступню и она беспомощно заваливается на спину. Рэй разъярен, а драконье сердце обливается кровью. Он заскакивает на кровать и нависает над девицей. Смотря в полные ужаса глаза, четко, по слогам, произносит:

— Ты подвинула соперницу, Ровена. Справилась. А теперь запомни то, что я скажу.

— Милорд, прошу…

— В жены ты не годишься. Я не стану идти против воли богов, но брак будет фиктивным. Знаешь ли, у меня дела.

В глазах Ровены расцветает разочарование, ее губы раскрываются в возмущенном «но».

— Как так… вы не можете…

— К моим услугам шлюхи, Ровена, — усмехается он. — А ты… Любишь вышивать? Не любишь? Придется полюбить.

Он поднимается с кровати и тяжело глядит на невесту. До нее наконец доходит, какую плату могут взять боги за чужую разбитую семью.

Ровена издает вопль, в истерике бьет кулаками по покрывалу, хватает подушку и кидает ее в дракона. А он только презрительно скалится и поворачивается к ней спиной.

Рэй направляется в кабинет. А через час появляется его посланник.

— Леди Софи не возвращалась в родной клан. Актер донес, что ее брат волнуется, отправил десятки писем. Адресаты неизвестны.

— А Таверн?

— Скрывается, милорд.

— Скрывается? — Сауберн мрачно усмехается. — Придется мне заняться этим слизняком лично, — в его голосе звучит опасная ирония.

Таверн их встречи не переживет, хотя Рэй, конечно, предпочел бы убить соперника на глазах Софи.

— Передай, чтобы седлали Сапфира, — произносит он.

— Сапфира? — сестра врывается в кабинет без стука. — Ты бросишь невесту? Что ты сделал с ней, Рэй?

— Она цела и невредима. Но да, меня не будет неделю… а может месяц.

Рэй поднимается на ноги и сестра сразу смиреет под его взглядом. Не говоря ни слова, он покидает кабинет. Пришло время распутать клубок интриг и если Владыка клана замешан, их ждет серьезная война. Рэй не склонен прощать предательство.

Глава 13

В имении меня ждет очень много дел, но это на время отвлечет меня от тяжелых дум о будущем и позволит приспособиться к миру.

Но потом придется искать новое убежище. Хоть леди Эви и обещала, что не выдаст меня племяннику, гарантий у меня нет. Я даже на воду дую, после неприятного опыта с бывшим мужем.

И своим, и Софьиным.

Мне выделяют комнату на втором этаже. Она небольшая, но уютная. Чуть прошлась веником и влажной тряпкой, и все — чисто.

Устраиваюсь в кресле у камина. На столике стоит чай с лимонной и апельсиновой цедрой, тарелочка с овсяными печеньями.

От огня исходит упоительное тепло, отогревающее мое озябшее тело и, кажется, даже