Дилогия «Аконит, Фантом» - Ирена Мадир

– Что? Как ты этого добилась? – оживилась Кора.

Хэлла пересказала давний разговор, чем вызвала улыбки всех собравшихся. Вечер закончился кусочками торта «Багровый велюр». В доме было тепло и уютно, а за окном разрывалась вьюга.

– Ужас, – покачал головой Гэбриел, – как туда выходить?

– Можешь остаться и подождать теплых деньков, – хмыкнул Рие. – После зимы обязательно будет лето.

– Весна, – исправил Макс.

– Зануда.

Все снова заулыбались. А Макс вдруг подумал, глядя на собравшихся, что, пожалуй, Рие был прав. Это был непрерывный цикл жизни.

После тьмы наступит свет, после ночи придет день, а после зимы будет лето…

Бонусная глава. Лира

Лира прищурила глаз, вжимая приклад в плечо. Через прицельную планку хорошо была видна прозрачная бутылка. Она стояла на ржавой бочке, ловя боками отблески света.

Выдохнув, Лира нажала на спусковой крючок. Ружье выстрелило с громким треском и дернулось в руках. Отдача ударила в плечо, на котором наверняка останутся синяки. Но паршивая бутылка все так же гордо стояла вдали, не тронутая даже картечью.

– Клянусь, еще немного, и я просто снесу ее фаерболом! – возмущенно воскликнула Лира, опуская ружье. – Она насмехается надо мной!

– Бутылка? – Макс поджал губы. В глазах его искрился смех, хотя он и пытался скрыть ухмылку.

– Да!

Пришлось немного оттянуть ворот рубашки, чтобы вдохнуть полной грудью прохладу весны. Пальто лежало в стороне, а Лира осталась в твидовом брючном костюме и рубашке. Пока грела лишь злость на очередную неудачную попытку. Макс же стоял поблизости, сложив мускулистые руки поперек груди. Кажется, хоть он тоже снял верхнюю одежду и был лишь в рубашке и брюках, его мало беспокоил ветер.

– Миледи, возможно, ружье просто не твой конек. Зато ты хороша во многих других вещах. Ты умная…

– Я такая, – хмыкнула Лира, поправляя отросшие пряди, выбивавшиеся из волос, стянутых в хвост.

– Ты профессионал своего дела…

– Бесспорно!

– Ты хорошо стреляешь из револьвера…

– Только по твоим словам… Но принимается. Что еще?

– Ты просто хочешь, чтобы я тебя похвалил? – уточнил Макс. Его губы растянулись в улыбке, и на щеке показалась милая ямочка.

– Конечно! Бутылка бьет по моей самооценке!

Лира показательно надулась. Она довольно часто ездила пострелять под чутким руководством своего жениха. Со свадьбой они пока не торопились. Во-первых, потому что их отношения только завязывались, и несмотря на шутки Лиры о замужестве, она его опасалась… А во-вторых, Макс сделал предложение, когда отходил после операции, и на тот момент только вышел из заварушки с сильными мира сего. Позвать кого-то замуж в состоянии аффекта – не лучшее решение… Хотя в готовности Макса Лира не сомневалась, как и в его терпеливости…

Когда она впервые поссорилась с ним, она рыдала, пожалуй, как не рыдала ни над какими другими отношениями. Она всерьез думала, что ее резкость показала ему, какой злой и несговорчивой умеет быть Лира, хотя Макс всего лишь попросил вешать платья на стул в углу, а не у стола. Просто платье и просто просьба, но испорченное на работе настроение вылилось в ссору…

К счастью, дотошность Макса стала их спасением, потому что они встретились на следующий день, и он едва ли не щипцами вытянул из Лиры объяснения того, что она чувствовала, что заставило злиться на него и как лучше им взаимодействовать. Она была почти уверена, что после он где-то законспектировал все, что она сказала.

С тех пор, конечно, случилась еще пара мелких ссор, но теперь первой мирилась Лира, потому что знала, что Макс в любом случае не станет винить ее и обижаться. Он умел находить выход из конфликтов. И это дарило ощущение тотальной безопасности и уверенности в своем мужчине. Проклятие! Да Лира в себе не была так уверена, как в Максе!

– Что? – приподнял он брови, когда она слишком долго пялилась на него.

Его глаза, один зеленый, второй, выращенный магией, прозрачный и серый, внимательно смотрели за каждым движением.

– Просто подумала, какой ты у меня красавчик!

– Даже со шрамом? – Макс коснулся кривой линии, проходившей через глаз, от верха брови до скулы.

– Ты был таким милым щеночком, а теперь матерый, закаленный боями волк, – неловко пошутила Лира. Но он все равно засмеялся своим теплым мягким смехом.

– Что ж, миледи, – Макс кашлянул, – сочту за комплимент. А теперь пора окончательно восстановить тебе самооценку и побороть проклятую бутылку. Ружье двуствольное, второй патрон все еще ждет…

Лира пробурчала что-то, сомневаясь, что новая попытка ей поможет, однако подняла оружие. Почти сразу она ощутила горячее крепкое тело, прижавшееся к ее спине, а затем и дыхание, защекотавшее ухо:

– Медленнее.

Она прикусила губу, невольно вжимаясь в торс Макса, ища опору. Его пальцы скользнули по ее плечам и дальше, надежнее фиксируя ружье.

– А теперь, миледи, целься.

Лира сглотнула, чувствуя, как по коже разбегаются мурашки. Она снова прищурилась, ловя прицелом бутылку вдали, и игриво подвигала бедрами. Макс резко выдохнул.

– Готово.

– Хорошо, – хрипло отозвался он, чуть отводя в сторону ствол и придерживая руки Лиры. – Стреляй.

На сей раз оглушительный звук сопровождался звоном. Бутылка была повержена. Лира отложила ружье и завизжала от восторга. Наконец-то! Она прыгнула на Макса, и тот уже привычно подхватил ее, устроив на своем торсе и придерживая за бедра.

– Кажется, ты довольна…

– Еще бы! – Лира обхватила его лицо, целуя кончик вздернутого носа, веснушчатые щеки и губы, на которых остался вкус яблочного пирога.

Макс застонал, стискивая ее ягодицы и отвечая с таким пылом, будто не видел свою невесту целый сезон и только встретился с любимой. Хотя виделись они с недавних пор ежедневно, несмотря на загруженный график инспектора отдела Клоаки…

Еще в начале отношений Лира осознала, насколько сложная работа у ее избранника. В конце концов, она впервые видела перестрелку и погоню за преступником, впервые снимала смертельное проклятие, впервые видела любимого раненым и тем более без гребаного глаза! Инспектор полиции – опасная профессия, где каждый день вполне может стать последним. Это подливало масла в огонь ее решимости выйти за него замуж поскорее. Но из-за нового места работы у Макса совсем не оставалось ни времени, ни сил, а Лира в какой-то мере была даже рада отсрочке, чтобы успеть все спланировать.

Они даже занялись домом, который достался ей от родителей, и теперь он был облагорожен, хотя ремонт не закончился, но в начале весны они уже переехали туда. Макс постепенно привыкал к изменившемуся режиму и был посвободнее, хотя в дни дежурства частенько срывался на новый труп, коих в Клоаке всегда было