Дикий принц - Сиенна Кросс

— Осторожнее, bastardo! — Шиплю я.

— Ты обещала мне, что не сбежишь. Я говорил тебе, что произойдет, если ты это сделаешь, и платить придется твоей кузине.

Меня охватывает страх, острый и неподдельный. — Пожалуйста, нет, Антонио, только не Изабелла. Прости меня, ладно?

Он смотрит на меня сверху вниз, ярость пронизывает бесконечную бездну его зловещего взгляда. Он просовывает колено между моих ног, прижимая меня к грубой коре. — Cazzo, почему ты делаешь из меня монстра? Я пытаюсь... — Он проглатывает последнее слово.

— Мне очень жаль, правда. — Я вздергиваю подбородок, пристально смотрю ему в глаза и пытаюсь придать своему лицу самое искреннее выражение. — Я действительно была голодна, а потом обнаружила, что ты ушел, а Отто спит, что бы ты сделал на моем месте?

— Это не имеет значения.

— Нет, имеет! — Я пытаюсь высвободиться из его объятий, но они только усиливаются, так что мои груди еще плотнее прижимаются к его обнаженной груди. Его колено трется о мою вершинку, и трахни меня, если крошечные искры не вспыхивают у меня внутри. — Мы с тобой выросли в одном мире, черт возьми, — хриплю я. — Мы выжившие. Нужно быть такими, чтобы зайти так далеко в жизни.

Его темные брови хмурятся, глаза едва заметно расширяются.

Я прав, и он это знает. — Что бы ты сделал? — Шиплю я.

Долгое молчание задерживается между нами, звук моего прерывистого дыхания создает устойчивую симфонию на фоне легкого плеска волн за окном.

— Я бы сбежал, — наконец выдавливает он из себя. Его хватка вокруг моих запястий ослабевает, но он все еще прижимает меня к дереву. Он проводит рукой по волосам и прерывисто дышит. — Я даю тебе последний шанс, Серена, шанс, который мой собственный отец никогда бы мне не дал.

Морщинка между его бровями становится глубже, губы приоткрываются, как будто он не хотел, чтобы сорвались последние слова.

— Это тебе нравится, — Шепчу я и пытаюсь высвободиться.

Но его тело — это неподвижная сила.

— Теперь ты можешь меня отпустить?

— Не думаю, что смогу. — Его челюсть захлопывается, треск эхом разносится по тихой тишине ночи. Он разворачивается и тащится обратно к тропинке, ведущей на виллу, освещаемой теплым сиянием. Прежде чем войти, он поворачивает голову ко мне, его глаза горят. — Заходи внутрь, и я дам тебе что-нибудь поесть.

Опустив голову, я медленно ковыляю за ним. Я не могу продолжать рисковать жизнью Беллы. Сколько еще шансов у меня действительно будет с этим мужчиной? Расправив плечи, я, шатаясь, проделываю остаток пути обратно в свою новую прекрасную тюрьму.

Я сижу за столом напротив моего задумчивого похитителя, медленно пережевывая смехотворно вкусные spaghetti al pomodoro54, которые только что приготовил Антонио. Это все, что я могу сделать, чтобы не застонать, когда пикантные ароматы помидоров виноградной спелости и жареного чеснока обволакивают мой язык.

Самое безумное, что он сделал все это с нуля за считанные минуты. Как будто приготовление лучшей пасты, которую я когда-либо пробовала за пределами кухни моей Nonna, Dio, упокой ее душу, — это повседневное дело. Возможно, мне действительно нужно пересмотреть свое отношение к попыткам сбежать.

Он наблюдает за мной, и этот пронзительный взгляд прожигает дыру у меня во лбу. Но я не поднимаю глаз, я опускаю голову и сосредотачиваюсь на том, чтобы запихнуть в рот столько макарон, сколько смогу вместить, не подавившись.

Черт, когда я в последний раз ела? Это были последние сорок восемь часов в моей жизни.

Я проглатываю последний кусочек спагетти, и пикантный соус брызгает мне на подбородок. Прежде чем я успеваю проглотить, Антонио перегибается через стол с салфеткой и вытирает помидорные брызги.

Вау, это смущает, но еще: — Границы!

Он отдергивает руку, комкая бумажную салфетку. — Я не хотел, чтобы это упало мне на рубашку, — огрызается он.

Ах да. Я почти забыла, что все еще ношу его одежду. Его теплый янтарный аромат покрывает меня, как вторая кожа. Проведя в ней всего половину ночи, я уже привыкла к его натуральному аромату.

— Верно, томатный соус — это сука, когда попадает на одежду.

Его губа подергивается, но он не расплывается в улыбке полностью.

— Как ты научился так готовить? Я не думала, что у боссов мафии есть время овладеть кулинарным искусством.

Наступает долгое молчание, и я уверена, что он проигнорирует мой вопрос, когда его губы начинают шевелиться. — Моя мать была превосходным поваром, и когда я был маленьким, я часами ходил за ней по кухне. — Слова вылетают сами собой, сначала медленно, прежде чем набирают скорость. — После ее смерти Papà остался с тремя мальчиками и небольшими навыками на кухне. — Он пожимает плечами. — Я помогал, как мог.

— Сколько тебе было лет? — Шепчу я.

— Десять.

Приступ сочувствия наполняет мою грудь, когда я смотрю на мужчину, пристально смотрящего на меня через стол. Я снова представляю того маленького мальчика с картины, и боль усиливается. — Dio, это ужасно. Ты был таким маленьким. — Мои глаза расширяются. — И ты научился всему этому в возрасте десяти лет?

Мне двадцать четыре, а я все еще не могу приготовить приличную еду, чтобы спасти свою жизнь.

— Необходимость — мать изобретений. — Его голова склоняется набок, когда он внимательно рассматривает меня. Мимолетная уязвимость исчезает, сменяясь ледяной маской, которую я стала узнавать. — Ты готовишь?

— Ни в коем случае, так что, если ты ищешь домашнюю повариху в качестве заложницы, ты выбрал не ту принцессу Валентино. — Я одариваю его ухмылкой, прежде чем осознаю, что сказала. — Не то чтобы Белла была лучше, так что не бери в голову никаких идей.

— Расслабься, у меня нет намерения задерживать тебя дольше, чем это абсолютно необходимо. И у меня есть свой повар. — Что-то темное мелькает на его лице, зловещая черта исчезает прежде, чем я успеваю на ней зациклиться. — Если ты достаточно поела, я провожу тебя обратно в твою комнату. Он встает, нависая надо мной, его челюсть напрягается. — И я призываю тебя на этот раз оставаться в ней, tesoro. Я раздражаюсь, когда не сплю, у меня завтра будет трудный день.

Я вскакиваю со своего места, прежде чем моя лодыжка напоминает мне, что подобные движения — не хорошая идея. Морщась, я хватаюсь за спинку стула и поднимаю на него взгляд, демонстрируя свою самую милую улыбку. — Я обещаю вести себя наилучшим образом.

With love, Mafia World

ГЛАВА 16

Выкуп

Антонио

Как будто разговор с