Уроки для любимчика - Сара Саттон

Мэдисон выпрямилась.

— Да какая разница, что они подумали?

— Лицемерка.

Резкая складка между ее светлыми бровями исчезла, сменив выражение изумления.

— Прости, что?

— Тебе не все равно! — не унималась я. — Тебе всегда было важно их мнение. Хватит притворяться и делать вид, что это не так.

Я оставила тщетные попытки оттереть шорты и, швырнув комок мокрой бумаги в мусорку, посмотрела в глаза своей бывшей лучшей подруге.

— Это ведь ты проголосовала за меня, как «Та, кто вероятнее всего выйдет замуж за учебник по математике», да?

На ее лице попеременно сменялись оскорбленное изумление и ледяная отстраненность.

— Никто не знает, кто выбирает эти титулы. И это уж точно не я.

Я приподняла бровь.

И Мэдисон тут же прорвало.

— Да брось, Мэйси! Твоя любовь к математике — не то, чтобы большой секрет. Ты два года торчала на этих ботанских встречах, вечно подлизываешься к миссис Диего за дополнительные баллы и еще занимаешься репетиторством. Кто бы ни придумал этот титул, он просто констатировал факт. Все в школе это знают про тебя.

— А тебя наградили титулом «Та, кто вероятнее всего достигла пика карьеры в старшей школе», да? — с трудом проглотила я ком в горле. — Похоже, они тоже знали, что говорят.

Ее глаза сверкнули, и на этот раз она даже не попыталась скрыть боль, заставившую ее губы сжаться. У меня внутри все оборвалось, но слова уже не забрать назад. Мы обе знали, что эти титулы били точно в цель.

Мэдисон резко развернулась и направилась к выходу, не удостоив меня и взглядом. Но когда она рывком распахнула дверь, за ней оказалась фигура с поднятой для стука рукой.

Она пронеслась мимо Коннора, словно его там и не было. И в ту долю секунды, пока дверь не захлопнулась, я поймала взгляд его ореховых глаз.

Он уперся ладонью в металлическую дверь, не дав ей закрыться.

— Эм, я нашел это у себя на заднем сиденье... Если тебе нужно во что-то переодеться, — его голос прозвучал неестественно глухо, пока он протягивал через порог темный сверток. — Они чистые, честно.

Я уставилась на предмет одежды в его руке, и внутри поднялось новое чувство. Не злость, не радость, не грусть. Нечто... сложное, будто клубок ниток, стянутый в тугой узел. Я бессмысленно прижала к себе бумажные полотенца, тщетно пытаясь скрыть пятно от колы.

— Что это?

— Спортивные штаны. Чтобы ты переоделась.

— А твои друзья не задумаются, почему это ты вдруг так добр ко мне? — огрызнулась я, по жилам все еще разливался раскаленный гнев. То, что Мэдисон ушла, вовсе не означало, что он утих, так же, как вытертые слезы не стирают факт того, что ты плакал. — Не хотела бы я, чтобы ты рисковал своей репутацией из-за каких-то штанов.

Коннор задумчиво посмотрел на серые штаны в руке, словно его терзали те же сомнения. В конце концов, он протянул руку и положил их на ближайший к нему край раковины.

— Надевать или нет, решай сама.

И с этими словами он захлопнул дверь.

Я снова повернулась к зеркалу, сглатывая подступивший к горлу ком.

Мэдисон была права, реветь из-за пролитой колы было смешно. Но дело было не в ней. А в том, как Алекс одернул руку от моего прикосновения. В том, что у этого унижения были свидетели. Не только «высший круг», но и все остальные, кто играл в боулинг. На меня смотрели все. Кто со смехом, а кто с жалостью.

Ужасно.

И теперь еще эти дурацкие штаны Коннора. Мне не хотелось их надевать. Что-то в этой ситуации мне не нравилось. Надев их, я как бы признавала себя его должницей. И его мотивы казались мне подозрительными. Коннор не из тех, кто станет помогать мне у всех на виду. Первый пример: вчера он просто стоял рядом, пока Джейд смеялась надо мной. Он подал мне бутылку с водой, но мог бы с тем же успехом сделать вид, что меня не существовало.

С другой стороны... Неужели я действительно хотела выйти отсюда в грязных и мокрых белых шортах?

С глухим стоном я юркнула в одну из двух свободных кабинок.

Тихий стук в дверь туалета заставил меня вздрогнуть. Она приоткрылась на щелочку.

— Мэйси?

— Здесь никого нет, Алекс, — сказала я ему, с трудом стаскивая липкие шорты и натягивая штаны Коннора. В голосе звенело раздражение, потому что я про себя думала, что двое посторонних людей уже поинтересовались мной раньше него. — Ладно, можешь входить.

Несмотря на разрешение, Алекс медлил, словно чего-то боялся. Его тень металась под дверью, будто он переминался с ноги на ногу.

— Что там вообще случилось?

— Что случилось? — с вызовом повторила я, распахнув дверь. Алекс стоял по ту сторону, щеки пылали румянцем. Непонятно, из-за того, что он опрокинул на меня колу, или потому что зашел в женский туалет. — Я выставила себя полной дурой, вот что. Удивлюсь, если к нашему возвращению об этом уже не трубят в «Сплетнях».

— Ава не пишет о нас, — ответил Алекс с легкой снисходительностью. — И уж тем более о тебе.

— То, что она об этом не напишет, не значит, что люди уже не обсуждают это в чатах, — я не сомневалась, что Джейд уже сделала снимок и разослала всем своим подпевалам. — Давай просто забудем, ладно? Не стоит обращать внимания.

Мое желание добиться ответа было невероятно сильным. Мне хотелось спросить, почему он отпрянул от меня, будто я занесла над его ногой нож, а не просто хотела положить руку. Но язык немел при одной мысли об этом. То, что это случилось, было уже достаточно унизительно, а узнать настоящую причину, по которой он оттолкнул такую простую ласку от собственной девушки, вероятно, добило бы меня окончательно.

Алекс, к моему удивлению, не стал развивать тему.

— Вообще мне бы не понравилось, что ты носишь одежду какого-то парня, — сказал он, завязывая завязки спортивных штанов на узел. — Но это же штаны Коннора Брэя.

Вот оно что. Его главная мысль всей этой ситуации. Я скомкала свои шорты и направилась к выходу.

— Да, какая я счастливица.

* * *

— Мэйси, — прозвучал из-за учительского стола голос моей учительницы английского, миссис Грир. Я перечитывала отрывок из «Гордости и предубеждения» для домашнего задания, полностью погрузившись в текст. Миссис Грир убрала телефонную трубку от уха и положила ее на аппарат. — Тебя вызывают в администрацию. Возьми свои вещи.

Я быстро собрала рюкзак, сунув