Порочный грешник - М. Джеймс

— Это так я защищаю свою семью, — перебиваю я её. — Теперь все изменилось, Бриджит.

Я проскальзываю на водительское сиденье и немедленно закрываю дверцы, прежде чем она успевает выскочить обратно, и она издаёт протестующий вопль.

— Пожалуйста, — выдыхает она, и отчаяние в её голосе почти заставляет меня остановиться. Почти. — Пожалуйста, не делай этого. Я… я запишу твой номер. Я дам тебе свой. Мы можем что-нибудь придумать. Но, пожалуйста, не забирай меня отсюда.

— Уже слишком поздно для этого, — твёрдо говорю я ей, заводя машину. — У тебя был шанс сделать это простым способом.

— Нет! — Голос Бриджит срывается, когда она понимает, что происходит. — Нет, пожалуйста! Это мой дом! Мастерская моего отца! Я не могу уйти! Я не хочу...

Что-то в её голосе — неприкрытая боль, искренний страх, — заставляет меня на мгновение замереть. Но потом я думаю о ребёнке, которого она носит, о моём наследнике, растущем внутри неё, о том, что всё может пойти не так, если я позволю ей остаться здесь одной и без защиты. О том, что она может сбежать, попытаться спрятаться от меня, попытаться уберечь меня от будущего, которое она открыла для нас обоих.

Она моя. Я должен был понять это в тот момент, когда прикоснулся к ней. Какая-то часть меня знала, иначе я никогда бы не трахнул её без защиты. Я никогда раньше не забывал об осторожности. Так и должно было случиться. Я знал, что это должна была быть она, и теперь всё сходится.

— Ты будешь в безопасности, — говорю я ей, и это правда. — Я буду оберегать тебя.

— Я не хочу быть в безопасности! — Кричит она. — Я хочу быть свободной! Для начала, свободной от тебя!

— Это роскошь, которую ты больше не можешь себе позволить. — Я сдаю назад, выворачивая машину с парковки. — Только не тогда, когда ты носишь моего ребёнка. — Я бросаю на неё взгляд. — Пристегни ремни безопасности. Я не собираюсь рисковать тобой и малышом.

Обратная дорога в город проходит в напряженном молчании. Бриджит смотрит в окно, прикрывая руками свой ещё плоский живот, по её щекам текут слёзы. Я хочу утешить её, сказать, что всё будет хорошо, но я знаю, что она мне не поверит. Пока нет.

Она поймёт. Когда она увидит, как хорошо я могу о ней позаботиться, как много я могу дать ей и нашему ребёнку, она осознает, что это был правильный выбор. Единственный выбор.

Я вижу, как она напрягается, когда мы подъезжаем к высотному зданию, вижу, как она раздумывает, не закричать ли ей и не сбежать ли, но я не дам ей такого шанса. Я заезжаю на подземную парковку, и я вижу, как меняется выражение её лица, когда мы спускаемся и я паркуюсь на большом бетонном пространстве.

Она уже выбирается из машины, когда я подхожу, чтобы открыть ей дверь, и я легко подхватываю её, обнимаю одной рукой за талию и поднимаю на руки. Она пытается выцарапать мне глаза и издаёт пронзительный крик, который эхом разносится по коридору, но я легко хватаю её за запястья и прижимаю к груди, направляясь к двери, за которой мы окажемся в безопасности.

Я держу её на руках, пока мы не подходим к лифту, где я опускаю её на пол. Бриджит поджимает губы и сверлит меня взглядом, пока я вставляю ключ-карту в замок пентхауса. Увидев это, она закатывает глаза.

— Конечно, у тебя есть свой чёртов пентхаус.

— Конечно, есть, — соглашаюсь я. — И «Феррари», и денег столько, что можно потратить десять тысяч на дешёвый предохранитель. Деньги для меня не проблема, Бриджит.

— Значит, ты считаешь, что и всё остальное не должно быть проблемой. — Она отворачивается от меня, и я чувствую, как между нами возникает дистанция. То электричество, которое было между нами в ту первую ночь, та обжигающая связь, погребено под слоями льда.

Сейчас она меня ненавидит, и я не могу её винить. Я не лучшим образом справился с этой ситуацией. Но я не мог дать ей шанс сбежать. Шанс сбежать и скрыть от меня нашего ребёнка, её саму, всё, что у нас могло бы быть.

Двери лифта открываются, и я вижу, что Бриджит готова бежать.

— Не утруждайся, — спокойно говорю я ей. — В дальнем конце есть лестница, но я поймаю тебя раньше, чем ты до неё доберёшься. Просто заходи в дом вместе со мной. Это не должно быть так сложно...

Она убегает. Так быстро, что мне приходится бежать за ней и ловить её уже в третий раз за сегодня. Я хочу перекинуть её через плечо, но помню, что с ней нужно быть осторожным, и снова несу её на руках, как невесту, не выпуская её рук, пока иду к двери своего пентхауса.

Внутри темно, за окнами от пола до потолка мерцают городские огни. Я не ставлю её на пол, а вместо этого направляюсь вверх по лестнице в гостевую спальню на втором этаже. Я втаскиваю её внутрь, закрываю за собой дверь и, наконец, ставлю её на ноги, убедившись, что заблокировал выход.

В тот момент, когда её руки снова свободны, она даёт мне пощёчину. Сильно.

Я не вздрагиваю. Я ожидал, что это произойдёт рано или поздно. Вместо этого я смотрю на неё сверху вниз и вижу, как она слегка съёживается.

Это не то, чего я хочу. Мне нравится её пыл и упрямство, то, что она противостоит мне и не боится меня. Но я также хочу, чтобы она руководствовалась здравым смыслом. Чтобы она поняла, что я могу сделать её жизнь лучше, как она уже сделала мою.

— Здесь ты будешь жить. — Я обвожу рукой большую роскошную комнату. Она просторная и удобная, с собственной ванной и фантастическим видом на город. — У тебя будет всё необходимое. Я буду приносить тебе еду и заботиться о тебе. Там есть ванная… — я указываю на смежную комнату. — Если тебе что-нибудь понадобится, просто дайте мне знать.

Она поворачивается ко мне, и я вижу выражение её лица, которого никогда раньше не видел. Не страх, не гнев, а что-то более холодное. Что-то, похожее почти на ненависть.

— Ты собираешься запереть меня здесь, — говорит она. Это не вопрос.

— Пока ты не успокоишься, — подтверждаю я. — Пока ты не поймёшь, что я тебе не враг.

— Ты похитил меня, — сухо говорит она. — Ты утащил меня из дома, от моей жизни, от моей работы. Как ты можешь не быть мне врагом? — Её губа едва заметно дрожит. — Я потеряю мастерскую.

— Ты