Телохранитель для мажорки - Татьяна Катаева

— Эй, — пытается она возмутиться.

— Тс, спи. Это для твоей безопасности. Так я точно буду знать, что ты рядом, — вру я. На самом деле мне просто хочется вдыхать её запах, пока засыпаю. И по хрен, что член вжимается в её попу, а мозг подкидывает пошлые картинки, где я учу мажорку всему, что знаю сам.

Эх, этот месяц будет реально самым долгим в моей жизни.

Глава 25. Марьяна

Проснулась я от странного чувства — в постели было пусто и холодно. Рука привычно скользнула в сторону, где ночью лежал Артём, но там — только смятая простыня и лёгкий запах его тела.

Вот зараза. Снова сбежал.

С минуту я просто лежала, уставившись в потолок, пытаясь понять — сон это был или всё-таки реальность. Вчерашний вечер мелькал в голове урывками, будто фильм, перемотанный на бешеной скорости. Душ. Поцелуи. Его руки. Его дыхание. Моё имя, выдохнутое хрипло и низко.

А потом — холод. И тишина.

Он ушёл. Оставил, как ни в чём не бывало, будто ничего и не было. Ну как так можно? Сначала довести меня, разжечь, разорвать на части… а потом просто сказать: «Извини, ложись спать».

У меня внутри всё кипело. Злость, обида, разочарование — всё вперемешку. Хотелось одновременно рыдать и швырнуть в него чем-то тяжёлым.

А ещё хотелось понять — куда он, чёрт возьми, пошёл.

И я ведь знала ответ. Конечно, к Маше. К этой вечно подкрашенной соседке, которая ходит по двору так, будто весь мужской пол — её личная собственность.

И мысль о том, что Артём мог быть у неё, причиняла такую острую боль, что я аж зубы сжала.

Я тогда долго ворочалась, свернувшись калачиком под одеялом. Хотела ненавидеть его, правда. Повторяла про себя, что он грубый, самодовольный, что я ему не нужна, что он просто играет со мной. Но стоило закрыть глаза — и всплывали его губы, его пальцы, его голос.

Ну и как тут, скажите, ненавидеть?

Не знаю, сколько времени прошло. Я уже почти задремала, когда услышала тихие шаги. Дверь скрипнула, потом кровать слегка прогнулась.

Он вернулся ко мне.

Запах сигарет и свежего воздуха — тот самый, его. Который будоражит мою кровь несмотря даже на злость. Я не шелохнулась, только дышать перестала.

Он лег рядом, будто так и должно быть. И когда его рука легла мне на живот, сердце у меня подпрыгнуло, как будто я снова в том самом душе.

— Эй, — попадалась я возмутиться. Прогнал меня и свалил, а теперь как ни в чём не бывало, моститься рядом.

— Для твоей безопасности, — пробормотал Артем. Ага, почти поверила. Конечно. Уверена, прям обо мне переживал.

Но врать самой себе уже не получалось. Мне стало спокойно. От его дыхания, от того, что рядом.

Холодная простыня мгновенно согрелась. Я чувствовала, как его тело излучает тепло, и даже эта проклятая гордость вдруг притихла.

А потом… потом я поняла, что он не просто лежит. Его тело прижалось ко мне плотнее, и я почувствовала, как до сих пор твёрдый член вжимается в мою пятую точку.

Ну да. Безопасность, конечно. И я едва не рассмеялась. Так тепло и спокойно стало. Не был он с Машкой. Не был.

Если он думает, что сможет вот так просто довести меня до безумия, а потом снова убежать — то он плохо меня знает.

Я всё равно его покорю.

Не сегодня — так завтра. Не в этой кровати — так в другой.

Пусть играет, пусть строит из себя недотрогу. Всё равно он уже мой. Просто ещё не понял этого.

Я потянулась, расправила плечи и сбросила остатки сна.

Хватит киснуть. Ну серьёзно. Я понимаю у меня стресс за эти два дня, кура сильнее чем за всю жизнь. Но это же сломает меня?! Не, ну точно не сломает. В конце концов, если кто-то и должен сегодня вести себя уверенно — так это я.

Переоделась в шорты и лёгкую майку, собрала волосы в небрежный пучок и пошла на кухню.

Чайник поставила на плиту, достала две кружки, насыпала по ложке растворимого кофе. Я тут орудовала как будто сама стала хозяйкой этого колхоза. Но даже это уже не пугало. Смотри, и с пауками скоро подружусь. А там и на охоту пойду в лес с Волковым. О, а это идея. Устрою охоту на самого главного волка, по имени Артём. Такие мысли настраивали на позитивный лад. По крайней мере на сегодня.

Аромат заполнил воздух, и я усмехнулась — даже простая бытовая мелочь сейчас казалась чем-то вроде боевого ритуала.

Вчера на этой самой кухне меня накрыло так, как никогда прежде.

Первый оргазм.

Первая настоящая потеря контроля.

И после всего этого, он отправляет меня спать. Как будто ничего не произошло.

Обидно до дрожи.

Я взяла обе чашки и вышла на улицу.

Утреннее солнце уже успело пригреть, воздух пах травой и свежестью. Я села на старый пень у стены дома, обхватив кружку ладонями, и увидела Артема. Он как ни в чем не бывало рубил дрова. Без футболк, конечно.

Каждый взмах топора отдавался в его теле, мышцы перекатывались под кожей, спина блестела от пота. Солнечные блики скользили по плечам, а кубики пресса подрагивали при каждом вдохе.

Грех смотреть — но оторваться невозможно.

Интересно, зачем ему дрова летом?

Я прищурилась и, конечно, не удержалась:

— А зачем тебе дрова, Волков? В баню собрался или камин решил топить посреди жары?

Он выпрямился, поставил топор в сторону и повернулся ко мне.

Будто только сейчас заметил. И посмотрел так, что у меня внутри всё сжалось. Долго, оценивающе, сверху вниз — от лица до пальцев ног в тапочках.

— А ты с утра добрая, — хрипло сказал он, вытирая пот со лба.

Я молча протянула ему кружку.

— Кофе. Без сахара. Всё равно же скажешь, что сладкое не пьёшь, — делаю глоток кофе, но взгляд не отвожу.

Он взял чашку, сделал глоток и кивнул.

— Не думал, что ты умеешь готовить обычный кофе.

— Если бы ты хотел знать, что я умею, — приподняла я уголок губ, — вчера бы не остановился.

Знаю, это звучало дерзко и двусмысленно, но куда же убегать от правды, а? Хотя кто-то вчера удачно уносил ноги.

Он замер.

Совсем ненадолго, но я это заметила. В его взгляде что-то щёлкнуло — знакомо, опасно, до мурашек.

— Опять начинаешь? — голос у него стал ниже.

— А кто сказал,