Шейх и Майя. После измены - Иман Кальби

Я начинала нервничать. Он все больше запутывал меня.

— Шейх Аль-Маррифи, это очевидно. Дети для матери превыше всего… Их безопасность- мой долг…

— Даже если для этого придется поступиться своей гордостью и уступить место другой?

Его цепкий взгляд схватил мое бледнеющее лицо. Я же растерянно начала хватать ртом воздух. О чем он говорил? Почему? Что…

— Ты удивлена. Даже обескуражена, Майя… Это верно… Я могу тебя понять. И я всецело на твоей стороне, дочка. Я уже принял тебя. Ты уже часть нашей семьи, но… Есть определенные обстоятельства, с которыми мы должны считаться как держащие власть, — его пауза больше не многозначительна и витиевата. Теперь он просто прицеливается, чтобы нанести удар… — ваш брак с Тамером нельзя считать законным, Майя. Для брака мусульманина нужно два свидетеля- мусульманина. У вас не было ни одного. А слово русского полковника в масштабах авторитета правящего клана для жителей Киренаики- слишком слабая поддержка…

Я слушала его, не дыша. Каждое слово отбивало болью в моем сознании. Нет… Не может быть…

— Мактуб повел вас странным путем с Тамером, дорогая. Но может быть, этот путь неслучаен… Может быть, он нужен для того, чтобы проверить крепость любви прекрасной русской девушки и горячего восточного шейха… Вы слишком разные изначально… Созданы ли вы быть вместе? Или же это Чернов- твой судьба, а ты упорно не видишь это за горячностью моего сына, способного увлечь любую? Так получилось, что Аллах забрал твоего ребенка, милая Майя. Уверен, ты подаришь и других детей моему сыну. Но отрицать того факта, что от него беременна женщина, род которой политически крайне важен для укрепления нашей власти, я как правитель Киренаики не могу… Далида девушка наших традиций. Её не смутит факт того, что у Шейха Тамера будет вторая жена, любимая русская красавица… Теперь дело за тобой. Этот выбор должна принять и ты… Выбор Киренаики… Выбор в пользу стабильности вашего будущего. Будущего вашей семьи…

Язык прирос к небу. Я даже не дышала. Не могла даже думать… Боль в буквальном смысле захватила каждую мою клеточку…

— Я бы хотела услышать то, о чем Вы говорите, от самого шейха Тамера… Чтобы он смотрел мне в глаза и говорил, что наш брак не действителен, а он берет в жены другую…

Говорю безжизненно. Бесцветно… Из меня словно разом выкачали всю жизнь…

Шейх Аль-Маррифи обманчиво добродушно мне улыбается.

— Вы обязательно поговорите, дорогая. Когда он вернется из поездки к правителю Азавл. Он уехал просить руки его дочери…

Глава 23

— Здравствуй, отец, — я вхожу в тронный зал, замечая высокую фигуру шейха аль-Маррифи. Он не сидит на троне, как это бывало раньше, в дни приема подданных, когда своими мудрыми решениями всесильный шейх мирил кланы, разрешал имущественные споры, решал вопросы градостроительства и принимал иностранных послов. Теперь это моё место. И моя власть.

Отец слишком слаб, чтобы вести дела дальше. И сам мне в этом признался. Только вопрос был в том, кем я буду при нем- полноправным правителем, или лишь регентом, подобно тому, которые были приставлены к инфантам при монарших дворах Европы. Это тоже испытание для меня. Это тоже выбор…

— Здравствуй, сынок! — отец подходит ко мне и мы заключаем друг друга в тесные объятия, — надеюсь, твоя поездка была успешной…

— Успешной, — отвечаю я искренне, но не могу не заметить его испытующего взгляда.

Я уже всё знаю. Мне, конечно же, донесли… Майя в курсе. Не то, чтобы я зол на отца… Зол, конечно… Но… Он сам учил меня видеть ситуацию под другим ракурсом… Замечать то, что не заметили бы другие… И я вижу. Они никто не видят, а я вижу… И рассчитываю на этот козырь.

— Где она? — спрашиваю слегка дрогнувшим голосом. Мои эмоции меня подводят.

Отец усмехается. И качает головой.

— Сын… Ты еще успеешь…

— По традиции жена Правителя Киренаики должна встречать своего мужа из походов и командировок. Позовите её. Сейчас же, — обращаю последние свои две фразы слугам.

Те поспешно удаляются.

Аль-Маррифи заметно нервничает.

Я вижу по тому, что вместо стойки смирно он начинает расхаживать по залу, прихрамывая.

— Успокойся, отец. Излишние эмоции вредят здоровью… Всё под контролем…

— Под контролем? — выгибает бровь Аль-Маррифи, — в этом я сомневаюсь. Эта русская сделала тебя…

— Счастливым, — говорю я, — видя мою красавицу, которая в этот самый момент появляется в зале, озаряя этот мир, как солнце. Ослепительно прекрасная. Ее белоснежные локоны контрастируют с черным платьем, прикрывающем тело нежными слоями шелка. Женщина, которая не оставляет тебе шанса. Моя женщина. Потому что если бы была не моей, не пришла бы так быстро.

— Любимая, — подаюсь я на встречу, целуя ее руки.

Майя бледная. Она не отталкивает меня, но в ее глазах столько вопросов и горечи, что мне хочется долго-долго поливать ее сверху медом… Моя маленькая, баннута, Восток сложный, как пряные ароматы, как витиеватые узоры наших дворцов… Здесь будет непросто, но ты справишься…

— Майя в курсе о ваших обстоятельствах, — деликатно, но повелительно заключает шейх.

Я усмехаюсь, но в ее встречном укоризненном взгляде нет и намека на веселье…

— Но раз девушка здесь и не наделала глупостей, то отдаю честь и хвалу ее мудрости. Молодец, Майя… Мой сын не ошибся в выборе женщины своего сердца. Повторюсь, ты желанна в этом бейте (араб. дом), — наставляет старший шейх.

— Отец, Майя, — обращаюсь я к ним обоим, чтобы отец снова не попытался перехватить инициативу и незримо увести разговор в нужное именно ему русло, — я бы хотел прояснить некоторые вещи, которые могу раскрыть именно сейчас. Во-первых, прости меня, Майя, что не объяснился сразу, но это бы был разговор, наполненный лишь пеплом непонимания. С обеих сторон. Я сам тогда многое еще не понимал. И потому взял паузу, чтобы все прояснить. И да, отец прав. То, что ты здесь, что пришла по моему зову, говорит о том, что я имею право на объяснение. Что мудрость и сознательность в твоей душе светят так же ярко, как и твоя красота и доброта… Вы оба два самых близких человека в моей жизни и потому решать сложившуюся дилемму мы будем тоже вместе…

Они оба подняли на меня глаза, совершенно не ожидая такого пассажа. Ну вот, наконец, инициатива на моей стороне…

— Для того, чтобы начать, я бы хотел позвать сюда двоих людей, которые согласились сопроводить меня во дворец…

Двери распахиваются. Оба