Шейх и Майя. После измены - Иман Кальби

— Не нужно никуда отступать, Майя, я тоже тебя люблю, баннута. Ты просто нервничаешь. Все хорошо, — Тамер снова приближается и пытается меня остановить, но я выставляю руку вперед.

— Вы очень любили мать Тамера… — продолжаю свое обращение шейху аль-Маррифи, — Тамер Ваша отрада… Но жизнь мужчины неидеальна… Она ушла. Появилась другая женщина и… Что же получилось? У Вас были три сына и все они в итоге оказались в опасности. В опасности из-за того, что каждый претендовал на власть… Женщина никогда не примет угрозу, исходящую от детей от другой… Эти дети, одной крови, с одним отцом, будут воспитаны в ненависти друг к другу. Так же, как Ахмад и Тамер. Что Вы получили? Измену собственного сына, убийство одним братом другого, покушение на жизнь еще одного брата… Нет, я не готова… Не готова жертвовать жизнью Тамера и наших возможных будущих детей ради этого. И потому… — я снова перевожу глаза на свою любовь, — если ребенок от Далиды окажется твоим, я отступлю… Навсегда уйду из твоей жизни… Ради тебя самого, Тамер… Чтобы история не повторилась… Чтобы наши дети не пошли друг против друга…

— Майя… Что ты такое говоришь… — голос Тамера был сиплым. Почти безжизненным, — ты так мстишь мне за то, что я возлежал с ней? Так я не помню! Не помню, иблис поглоти эту землю! Даже если так, меня обманули!

— Дети не виноваты в грехах родителей… Даже если эти самые дети в этих самых грехах и рождаются… Прости… Но это решение оптимально. И уверена, твой отец со мной согласится…

Я снова перевела взгляд на шейха Аль-Маррифи. Его глаза были увлажнены.

— Я бы хотел иметь такую умную дочь, как ты, Майя, — произнес он тихо, — любовь Тамера к тебе совершенно заслужена…

— Я тебя не отпущу… — хрипло говорит Тамер, делая еще один шаг ко мне, — с чего ты взяла, что можешь распоряжаться такими делами?! Майя! У всего есть предел! Я и так сделал невозможное, пойдя ради тебя на многое! Не испытывай мое терпение! Устаз Фарес, я прошу Вас поженить нас прямо сейчас! — повелительно обращается шейх к слепцу, а потом подходит ко мне, наконец, вплотную и шепчет тихо-тихо, — а сразу после этого мы отправимся в постель и я напомню тебе, кому ты принадлежишь, если забыла…

Я делаю шаг назад. Сердце вот-вот вырвется из груди от волнения.

— Устаз Фарес, я помню один хадис из жизни Пророка. Это Вы ему меня научили. Исправьте, пожалуйста, если я где-то ошиблась… Однажды одна из жительниц Медины, Ханса бинт Хидам пришла к Айше, старшей жене пророка Мухаммада, и сказала: «О, Айша! Отец хочет выдать меня замуж, за одного из родственников, не считая нужным спрашивать моего мнения. Мне это очень не нравится. Разве я как женщина не имею права сама выбрать себе спутника жизни? Разве Ислам не дает мне этого права. Обязана ли я подчиниться выбору моего отца?». Посланник Аллаха внимательно выслушал женщин, а затем сказал: «Позовите ко мне ее отца Хидама».

Хидама нашли и привели к посланнику Аллаха и тогда Пророк сказал ему: «О, Хидам! Правда ли, что ты не считаешь нужным спрашивать мнение своей дочери, и принуждаешь ее выйти замуж за того, кто ей не нравится?».

Хидам ответил: «О, посланник Аллаха! Человек, который мне понравился, является членом очень хорошей семьи. И я считаю, что именно он достоин моей дочери».

Тогда Посланник Аллаха ответил: «О, Хидам! Кто будет жить с этим понравившемся тебе молодым человеком, ты или твоя дочь?». Хидам сказал: «Моя дочь, о, посланник Аллаха».

— А раз так, то последнее слово принадлежит тому, кто затем будет всю свою жизнь жить с этим человеком. Если у твоей дочери не будет права самой выбирать себе мужа, то, как она будет счастлива в браке? Немедленно разорви этот договор, который ты заключил без согласия своей дочери.

И тут вдруг раздался голос Хансы: «О, посланник Аллаха! Я теперь согласна выйти замуж за того, кого выбрал мой отец. Пусть он не разрывает договоренности. Просто этот случай стал причиной того, что по городу пошли слухи о том, что у девушки нет права самостоятельного выбора мужа. Но теперь все знают, что это не так, и что девушка сама может выбрать себе мужа, и никто не может принуждать ее выходить замуж за того, кто ей не нравится или делать выбор за неё...

Все четверо мужчин обескураженно смотрели на меня. Самым бледным и даже потерянным был Тамер…

А я перевела глаза на шейха Аль-Маррифи и заключила, пусть это заклбючение и далось мне так тяжело…

— Я люблю вашего сына и хочу выйти за него замуж. Но не хочу вставать между ним и Киренаикой… Никогда… Я готова терпеливо дождаться рождения ребенка во избежание смуты… Если этот ребенок окажется не от Тамера, то я буду счастлива стать его супругой, а еще попрошу не наказывать Далиду за ее ложь. А Тамер поклянется мне, что никакая другая женщина и возможные дети от нее никогда не станут на пути моих детей и его самого… Что наш дом будет источником надежности и стабильности, а не опасности, как пир всем уважении к Вам, достопочтенный Шейх, получилось у Вас.

Если же Далида родит наследника Тамеру, я не стану яблоком раздора и отступлю… И сама благословлю его брак с этой женщиной. Мне не нужны эти жертвы, шейх Тамер. Я люблю тебя. И потому хочу тебе счастья. А шейх Аль-Маррифи правильно сказал- счастье правителя возможно только при сильной власти. Я даю себе эти месяцы до рождения ребенка, чтобы стать частью этого мира. Стать частью Киренаики. Но я готова отступить. Ради тебя… Ради наследника… Ради твоего отца…

Взгляд Тамера жжет меня. Буквально испепеляет. В нем столько огня, что я вот-вот сгорю…

— Вы не могли бы оставить нас наедине? — просит он мужчин.

— Нет… — возражаю я, заставляя его глаза округлиться еще сильнее.

Говорит тихо, вкрадчиво, наклоняясь ко мне.

— На твоем теле, Майя, следы мужской страсти. Я вижу, ты прячешь их под высокий ворот скромного платья, которое делает тебе честь. Честь, которую забрал я… Я ведь уже сказал, честь женщины- как спичка. Она горит ярко, но один раз. Я ведь уважаю тебя потому, что твоя честь была безукоризненно чистой. Ты стала моей, Майя… Ты принадлежишь мне… Я украл тебя и сделал своей. А в исламе мужчина, забравший насильно честь женщины, имеет на нее полные права. Имеет право взять ее в