На полной скорости - Рут Стиллинг

Мой взгляд опускается ниже.

— Срань господня, — говорю я, зажимая рот, чтобы не сказать ему комплимент, которого он не заслуживает.

Томми сжимает в кулаке свой татуированный член. Надпись, которую я не могу прочитать, обвивается вокруг его длинного, толстого ствола.

— Снимай шорты, Дженна, — командует он, проводя рукой от корней до кончиков волос медленными, легкими движениями.

Я не могу лгать; я думала об этом моменте, когда использовала свой вибратор, фантазируя о том, что бы он сделал. Каждый раз я представляла, как он одним зверским движением срывает с меня одежду. Но я не могла быть дальше от истины.

Он хочет, чтобы я подготовилась.

Он хочет наблюдать, как я подчиняюсь его командам, как хорошая девочка.

Приподнимаясь на цыпочки, я отвечаю ему дерзкой улыбкой, которой он так часто одаривает меня.

— Если я тебе нужна, приди и возьми меня.

Рычание, которое он издает, отражается от стен моего коридора, когда он перекидывает меня через плечо и ведет нас обоих в мою гостиную.

— В какой комнате твоя спальня? — требует он, сильно шлепая меня по заднице.

Я прикусываю губу, жжение на грани невыносимого, но всё равно восхитительного.

— Дженна, я трахну тебя у этого окна на глазах у всего мира, если ты в ближайшие три секунды не скажешь мне, где находится твоя спальня.

Он подходит к одной закрытой двери и толкает её, открывая мою ванную. Затем он находит кладовку. Наконец, он открывает третью дверь и швыряет меня на матрас.

Я подпрыгиваю один раз, прежде чем Томми нависает надо мной, темные пряди волос падают на его дикие глаза.

— Одежду. Снимай. Сейчас же, — он язвительно подчеркивает каждое слово.

Разочарование убивает его, и я, собрав остатки сил, качаю головой.

Он смотрит вниз на мою обтянутую лайкрой киску, мои шорты уже промокли.

— Их можно купить в Lululemon?

Я киваю.

С грубой силой, на которую был способен только Томми, он разрывает их по шву, обнажая мои кружевные черные стринги.

Он грубо опускает пальцы на мои бедра, подтягивая нижнюю половину к своему рту. Одно прикосновение его языка к моим промокшим трусикам, и мои бедра поднимаются вверх, но Томми крепко удерживает меня, пока я извиваюсь на кровати.

Меня никогда раньше не лизали через трусики, и это острое ощущение — его язык прямо здесь, дразняще близко к моей чувствительной плоти, в то время как его горячее дыхание щекочет и дразнит меня.

Томми одной рукой приподнимает мою нижнюю часть тела и отводит стринги в сторону, прикрыв глаза, после того, как взглянул на мою обнаженную плоть.

— Раздвинься, Дженна. Я хочу увидеть обе твои дырочки, чтобы решить, какую из них я испорчу первой.

Я пытаюсь отстраниться, но он удерживает меня на месте, прижимая к своему рту, медленно облизывая оба входа.

Конечно, в постели Томми такое же животное, что и на льду.

— Я не занимаюсь анальным сексом. Никогда, — говорю я ему, снова пытаясь отстраниться.

Пальцами он раздвигает меня шире, обнажая каждую частичку моего тела для своего теплого, влажного языка.

— Мне больше всего нравятся игры с задницей, и это то, что я хочу с тобой делать.

Ещё одно облизывание, и он пронзает своим языком мою киску.

Я стону от удовольствия, сжимая в кулаке одеяло, приближаясь к своему первому оргазму от парня с тех пор, как я рассталась с Ли.

Томми отстраняется, к моему большому разочарованию.

— Ты близко. Я чувствую, как твои стенки пульсируют вокруг моего языка.

Он прижимает мои бедра к кровати, и я издаю визг.

Закрывая ладонью мой рот, он прижимает свой член к моему входу.

— Ты принимаешь противозачаточные, Дженна?

Я отталкиваю его руку, в равной степени возбужденная и испытывающая отвращение к его жестоким действиям.

— Да. Тебя проверяли? Потому что я не хочу подхватить то, что ты мог подцепить прошлой ночью.

Взяв меня пальцем за подбородок, он грубо приподнимает мою голову, пронзая меня стальным взглядом.

— Я уже говорил тебе, она не прикасалась ко мне, и я никогда не касался её руками. Твоё тело — единственное, чего я жажду, — он обхватывает ладонями мою задницу. — Как профессиональные спортсмены, мы оба регулярно проходим тестирование в наших командах. К тому же, я всегда использую презер... — он замолкает, придерживая фразу.

Я прищуриваюсь, глядя на него, и, собрав все свои силы, толкаю его в грудь.

Он садится, раздраженно проводя рукой по волосам.

— Ты собираешься оседлать мой член или будешь зря тратить моё время? Потому что я хочу трахаться.

Я ползу по нему, нависая киской над его членом.

— Мне нравится быть сверху.

Кончики пальцев Томми впиваются в мои бедра, и я раздвигаю колени, позволяя ему насадить меня на свой невероятно твердый член. Я потягиваюсь к нему, ещё шире раздвигая колени.

Когда он полностью входит в меня, его челюсть сжата, а глаза потемнели, я как следует разглядываю его великолепное обнаженное тело.

Это произведение искусства; его кожа — потрясающий холст.

Я качаюсь на нём, и он облизывает губы, оставляя синяки на моей коже от своей крепкой хватки.

— Быстрее, — требует он.

Делая противоположное тому, что он хочет, я двигаюсь медленнее, и у него отвисает челюсть. Я чувствую, что он вот-вот кончит, и я наслаждаюсь своим контролем.

Мое доминирование длится недолго, когда я снова оказываюсь под ним, мои ноги раздвинуты, а он держит меня за лодыжки. Он запрокидывает голову, входя в меня и беря то, что хочет.

— Сожми мой член, чертовка, — Томми снова входит в меня, опуская одну ногу, чтобы освободить руку и поиграть с моей задницей.

Несмотря на то, что мои инстинкты говорят мне отстраниться, моё жадное тело шире раздвигает бедра для него. Он собирает вытекающую из меня смазку на свои пальцы, используя её, чтобы смазать мою тугую дырочку.

— Давай сделаем так, чтобы эта попка кончила одновременно с твоей киской.

Он дразняще вводит внутрь один татуированный палец, продвигаясь всё глубже с каждым движением своего члена.

Я вцепляюсь в одеяло под собой, сдерживая крики удовольствия. Я не могу быть спокойной в постели, когда мужчина делает всё правильно. А Томми невыносимо хорош в сексе.

Но он не узнает, насколько хорош.

Я прямо там, на грани полного срыва, когда он останавливается и выходит, оставляя меня опустошенной и сбитой с толку.

— На колени передо мной, Дженна.

— Я ни перед кем не становлюсь на колени, — протестую я. — Я бы предпочла вообще не кончать.

Он