Второй шанс Виктории - Наталья Смеречинская

Маргарет спокойно отставила чашку, её взгляд был мягким, но настойчивым, словно в этом разговоре скрывался смысл, который мне ещё предстояло осознать.

— Понимаю, дорогая, — ответила она. — Но всё же буду настаивать. Дело не только в твоём здоровье, но и в ряде других причин.

О, вот это уже интересно! Я более внимательно взглянула на подругу.

— Дело в том, что в Бате сейчас слишком много представителей высшего общества, с которыми тебе не стоит встречаться.

Неужели она сейчас признается и расскажет мне о Генри?

Маргарет чуть склонила голову, внимательно всматриваясь в моё лицо, словно ожидая моего решения или, может быть, реакции.

— Да, Викки, в городе немало людей, с которыми тебе лучше бы не пересекаться, — продолжила она ровным, тёплым голосом, будто беседовала о погоде. — Слухи быстро распространяются, и, боюсь, последние события могут вызвать нежелательные разговоры. Я думала, что смогу оградить тебя от них, но, увы, мои возможности не безграничны.

Моё сердце учащённо забилось. Последние события… Конечно, она говорит о нашем недавнем столкновении с Генри. Только ли о нём? Может быть, подруга знает больше, чем я думала?

— Марджи, — я посмотрела ей в глаза, надеясь найти ответы. — Если ты что-то знаешь, я буду благодарна, если ты скажешь это открыто. Мы обе знаем, что слухи редко бывают беспочвенными.

— Ах, Виктория, будь я уверена в своих словах, я бы непременно всё тебе рассказала, — её голос был полон мягкой искренности, но в её взгляде было что-то неуловимое, что заставило меня насторожиться. — Просто подумай, моя дорогая: слишком многие знают о событиях твоего прошлого, и любой неверный шаг, случайная встреча — всё это может обернуться во вред. Особенно сейчас, когда у нас такое нежелательное соседство.

Я перевела взгляд на залитые светом окна, будто пыталась разглядеть поместье, в котором мог бы скрываться герцог Пемброк. Чувство непонимания и лёгкой обиды наполнило меня. Почему все эти намёки и игра словами, когда перед близкими и родными можно просто раскрыться?

— Марджи, — наконец решилась я, понимая, что не смогу дальше делать вид, будто ничего не произошло, — я долго молчала и не спрашивала тебя, боясь ворошить эту тему. Но сейчас… мне нужна твоя помощь, милая. Только ты можешь рассказать мне, как я оказалась в таком положении. Что было в прошлом, Марджи?

Глава 18

Маргарет выдержала паузу, прежде чем заговорить; её взгляд смягчился, но в глазах мелькнуло что-то тревожное, едва уловимое. Она не сводила с меня пристального взгляда, словно решала, как много сказать и стоит ли вообще открывать те страницы прошлого, которые давно погребены под пылью времени.

— Хорошо, Виктория, — наконец проговорила она, будто соглашаясь с каким-то собственным доводом. — Я расскажу тебе то, что знаю. Но обещай мне, что будешь сдержанна и не позволишь этим старым ранам вновь разворошить твоё сердце.

Я кивнула, боясь хотя бы звуком спугнуть такой долгожданный момент откровенности.

— Что ты сама помнишь об этом, дорогая? — переспросила Маргарет.

— Ничего, — я решила отплатить откровенностью за откровенность. — Абсолютное белое пятно. Я даже не помнила, как выглядит Генри Лэнгтон, пока не увидела портрет.

— Хм... — проговорила Маргарет задумчиво и замолчала на минуту, будто бы сортировала в голове, что стоит мне рассказывать, а что нет.

— Твоя помолвка с герцогом Лэнгтоном… — продолжила она, замявшись, будто выбирая слова, — была разорвана под воздействием неизвестных обществу обстоятельств. Конечно, многие догадывались, что здесь скрыта некая грязная история, но никто на самом деле не знает правды, Викки. Никто, кроме тебя.

Маргарет тихо вздохнула, её пальцы нервно сжали край пледа на коленях.

— Ваша помолвка не была чем-то неожиданным для обеих семей, так как Генри Лэнгтон начал ухаживать за тобой довольно-таки давно. Но после дебюта стало понятно, что… хм, у будущего герцога к тебе есть чувства. Ты тоже была очень рада и делилась со мной письмами, полными восторга, но потом тон их постепенно начал меняться. Я не знаю, что происходило дальше в твоей душе, так как была сосредоточена на своей собственной свадьбе с Арчибальдом и медовом месяце. Поэтому, когда мы встретились лично, я была поражена переменами в тебе. Ты стала более мрачной, чем-то встревоженной и ни в какую не желала говорить о женихе. Меня это удивило, так как обычно ты охотно делилась всем, что происходило в твоей жизни. А теперь ты была другой, Виктория. Казалось, что что-то угасло в тебе, как будто свет, что обычно сиял в твоих глазах, потускнел.

Её слова звенели искренней заботой и тревогой за меня.

— А потом в один вечер ты пропала, — новость грянула как гром среди ясного неба. — Ты просто исчезла из своей комнаты, и никто не мог сказать, куда ты делась. Арчибальд бросился на поиски, но никаких следов не нашёл. Когда пошли вторые сутки, ему пришлось обратиться к Генри в последней надежде, что ты у него. Но герцог отреагировал очень жёстко. Между ними произошёл тяжёлый разговор. Я понятия не имею, о чём именно, но догадываюсь, что герцог высказался о тебе очень нелицеприятно. Арчибальд вернулся тогда окончательно раздавленным и прекратил поиски.

Маргарет замолчала, позволяя словам зависнуть в воздухе. В комнате повисло гнетущее молчание, как будто каждое её слово, впитавшись в стены, наполнило комнату тенью, что нельзя было развеять.

— А потом мы нашли тебя на пороге дома. Без сознания, абсолютно неподвижную. Ты выглядела так, будто только что вышла из собственной гостинной. Одетая, надушенная и без каких либо повреждений, но и без каких либо подсказок где ты могла быть все это время. Мы надеялись поговорить с тобой, когда ты придешь в себя, но.... Ты очнулась совершенно парализованой, не в состоянии произнести хоть слово. В это время уже кое-какие слухи просочились по Лондону, но окончательным ударом было разорвание помолвки герцогом.

Вздохнув, Маргарет протянула руку и сжала в привычном жесте поддержки мою.

— Это все что мне известно, Викки. Конечно мой муж и твой брат, знает больше. Но как по мне — что бы не случилось и какие бы ни были причины твоей пропажи, я считаю, что он был слишком жесток с тобой. Оба они были слишком жестоки с тобой. Но я всегда буду на твоей стороне. Всегда рядом, Викки.

— Спасибо, Марджи, — последние слова растрогали меня до глубины души. Тем более, что Маргарет уже не раз и не два доказала, что это не просто слова.