Измена. Я умею быть сильной - Марта Заозерная

Сейчас во мне вспыхивает желание обратиться со схожей просьбой к Арсеньеву. Как же так, почему он не следит за своей драгоценной женушкой? Таскается за мной, словно совсем за ней не соскучился.

– Мы с Викой товарищи по несчастью, – нисколько не смущаясь, произносит Владимир. Подзывает жестом официанта.

Пока он делает заказ, мы с Виталием переглядывается. Забавно, но парень пытается оправдаться без слов, его мимика очень красноречива.

– Вы следите за Викой? – интересуется он, как только мы остаемся втроем.

– За Викой? Нет, конечно же, нет! За тобой. Мне стало любопытно, чем таким интересным ты занят в рабочее время.

Голос Арсеньева звучит строго, но я с трудом удерживаю приступ смеха, потому что слышу лукавые нотки. Он издевается над своим подчиненным.

Почему мир так тесен? Я и в прошлую нашу «случайность» не слишком-то поверила, а тут…

– Я не… – Виталику тяжело собраться с мыслями.

Оно и понятно. Аура, окружающая Арсеньева, не располагает к душевному спокойствию.

– Я в курсе, чем ты занимался, – кивает спокойно, а затем вновь поворачивает голову в мою сторону. Смотрит пристально. – Так что, Виктория, по мне это ещё один знак. Нам нужно сотрудничать.

Слегка склонив голову, удерживаю его взгляд.

Я примерно представляю, в какого уровня организации работает Виталий. У Арсеньева связей должно быть немеряно. И как только нам ещё дали возбудить против него уголовное дело? Могли ведь завернуть сразу. Но почему-то не стали.

Однако сейчас не об этом. Такому человеку совершенно не нужна моя помощь для того, чтобы поквитаться с женой и его любовником. Ну правда, смешно. Он сам может создать Максиму грандиозные неприятности. Значит, что-то задумал.

Прислушиваюсь к себе, стараясь понять, хочу ли я в чем-то подобном участвовать? Если честно, то нет.

На днях я уже подумывала о том, что как только Ева вернется домой, хорошо было бы переехать. Я даже не против другого города. Не считая рабочих моментов, в последние годы моя жизнь не была разнообразной.

Но дети… Не уверена, что они захотят оставлять насиженное местечко. Здесь много друзей и родных.

– Я так не думаю, – приподнимаю уголок губ, чтобы хоть отдаленно напоминать приветливого человека. – Зачем я Вам, Владимир? У Вас вот какая команда прекрасная, – киваю на Виталия. – Уверена, и других умельцев полно. А Ваши юристы… Одно восхищение.

Рома пять минут плакался, каких акул запустили в наш детский бассейн.

– Приятно, что не зря плачу им огромные суммы.

Его губы впервые трогает мягкая улыбка. Из взгляда пропадает привычный холод, будто он не услышал в моих словах ноток сарказма.

Ловлю себя на мысли, что немного смущаюсь.

– Всегда стараюсь тщательно подбирать сотрудников, – заканчивает мысль.

«Лучше бы ты жену себе вдумчиво выбирал, Вова».

По факту, мне самой бы не помешало разборчивей быть. Наверное, я никогда не устану задаваться вопросом, как же я могла не заметить изменений в собственном муже?!

Вспомнив о собственной боли, напрочь теряю интерес к собеседникам.

Пора собираться. Хотелось бы добраться до своего «информатора» до того, как стемнеет. Забрался он в такую глушь… Хоть плачь. Вроде многоэтажна на окраине, а по факту сборище маргиналов. Неудивительно, что мужик вечно в курсе всех криминальных событий в городе.

– К сожалению, вынуждена вас оставить. Желаю приятного вечера, – поднимаясь на ноги, тянусь к своему ценному букету, но Арсеньев его перехватывает.

Виталий, за которого цепляется мой взгляд, сидит уже бледный. Ещё бы!

Со стороны мы, должно быть, забавно выглядим.

Откуда-то берется уверенность, что избавиться от Владимира мне будет непросто.

Словно в подтверждение моих мыслей он произносит:

– Я провожу тебя, Вика.

Глава 21

– Я провожу тебя, Вика.

Первая реакция – возразить, но мне требуется лишь один вдох, чтобы понять: его предложение очень даже кстати.

Я по-прежнему задумываюсь, а не наябедничать ли ему на жену.

Понятное дело, скорее всего, эта идея совсем уж никчемная, но кто бы знал, как мне не хочется самой мараться об эту девицу. Всё, что касается Макса и Аллочки, вызывает у меня отторжение на клеточном уровне. К тому же со стороны любое мое действие будет выглядеть как попытка вступить в борьбу за своего благоверного.

– Как скажете, Владимир, – спокойно киваю.

Кажется, он удивлен. Уже что-то.

Пока я прощаюсь с Виталием, Арсеньев перехватывает мой чудо-букетик, сжимая свою лапищу на тоненькой плетеной ручке корзинки так резко, будто боится, что я за него драться буду.

Кто бы сомневался. Он уже в курсе, чем мы занимались с его подчиненным…

Хочется прикрыть ладонью глаза и долго-долго смеяться. В последнее время вокруг меня стало невыносимо много возни. Это совершенно не то, к чему я стремлюсь.

– Ты домой? – спрашивает Владимир, когда мы выходим на улицу.

– Ещё нет. Нужно заехать кое-куда.

Иду не спеша в сторону парковки. Жду, когда приступит к основной части беседы. Для чего-то же он за мной увязался, навряд ли ему настолько нечем заняться в России, что не нашел ничего увлекательнее, чем сопровождать несчастную, брошенную мужем женщину.

– Уже поздно. Куда ты собралась? – спрашивает, приглядываясь ко мне.

От такой наглости я на пару секунд дар речи теряю.

Это насколько нужно верить в себя?!

– Извините, Владимир Олегович, но я не привыкла отчитываться перед посторонними людьми, – произношу, глядя ему в глаза, а после – разворачиваюсь и иду к своей машине.

Похоже, я переоценила собственные силы. Общаться с Арсеньевым очень сложно. От кого-то просто разит желанием всеми помыкать и контролировать каждый шаг, отбрасывая в сторону даже нормы приличия.

Мой муженек, как ни крути, более воспитанный.

Чертов джентльмен, я бы сказала! Оставив дома детей, поехал встречать свою шлюшку в аэропорт! Что с ними станется, раз есть жена-дура, которая обо всем позаботится.

Очень прискорбно, но на самом деле меня ни капельки не отпускает. Стоит только немного расслабиться, перестать сдерживаться свои мысли, так и норовящие вернуться