Скрипка. Будь моей - Катя Хеппи

— Что именно? — тихонько шепчет она, стараясь отодвинуть меня.

Но это невозможно для нас обоих. Я ей не позволю, а сам просто физически не смогу оторваться от неё.

Только не сейчас…

Только не в этот момент…

Только ни тогда, когда я так очарование ей… И благодарен. Она сделала для меня то, что делала только мама. Только мамочка не ждала от меня ничего взамен.

Я дышу Энн в рот, а она упорно прячет от меня глаза. Но они мне и не нужны. Она читается и без них. Прямо сейчас я вижу, как она, опустив голову, неосознанно коснулась кончиком носа моего плеча и жадно втянула воздух с примесью моего аромата. Как задышала после этого часто-часто. Как по её рукам побежали мурашки, поднимая дыбом все волоски. Как пальчики сжались в малюсенькие кулачки, зависшие в нерешительности оттолкнуть меня.

— Организовала для меня сюрприз…

— Потому что так принято делать на день рождения.

— Почему тогда не поздравила и не подарила подарок, ведь так тоже принято делать на день рождения?

— Побоялась… — надрывно выдает она, а я зажмуриваюсь от укола под ребра.

— Меня?

— Оказаться той, от чьего внимания тошнит.

Как точно она цитирует мои слова. А ещё и верит в них. И хоть я и добивался этого, но мне больно от этой мысли.

Меня рвёт на части рядом с Беловой. Но не из-за брезгливости, а лишь потому, что я все еще хочу её в свои объятия, но запрещаю себе это.

— Дан, ты можешь меня отпустить, пожалуйста, — просит она, сдвигаясь в сторону, но я лишь двигаюсь за ней. — Я принесу подарок. Раз ты сам за ним приехал.

Вот черт!

Мне это не нравится!

Потому что мой подарок нельзя было принести, его можно было только раздеть.

Она задолжала мне его два года… И мне не стыдно признаться, что я приехал за ним.

Я как заправский извращуга наблюдал, как девчонка обходит меня, как присаживается на корточки, как тянется… не к моей ширинке, а к нижнему ящику стола.

— Поздравляю, Богдан, — бормочет, вставая и протягивая мне золотую подарочную коробочку. — Не знаю, о чем ты мечтаешь... Но желаю, чтобы это исполнилось.

Я и сам не знаю…

Мечтал, чтобы ты вернулась.

Мечтал забыть тебя.

Мечтал испепелить тебя своей ненавистью.

А сейчас, наверное, мечтаю, чтобы успокоилась буря внутри.

И возможно секс остудит меня. Возьму то, что по праву должно было стать моим, и открещусь от Скрипки.

Энн умеет чувствовать меня. И она это превосходно доказала сегодня, устроив мне праздник и подготовив подарок.

Но это бесит ещё больше…

Ведь зная, она все равно сделала то, что должно было убить меня.

— Я не уверена, что это именно такая же модель плеера, как в твоём детстве, но внешне очень похожа, — тараторит Скрипка, вглядываясь в меня и ожидая, что я возьму подарок.

А меня всего резонирует при виде этой коробки. Ощущаю, что отдача меня замучает. Она мне подарок в красивой обертке, а я взамен ей — свою благосклонность. Это выносит меня капитально. Я и так понимаю, что почти разгромлен, но воюю из последних сил, делаю гордую равнодушную стойку, надёжно пряча за ребрами белый флаг.

— Не примешь? — уточнила она после моего бездействия. — Хорошо. Я и не ждала другого…

Осторожно положила коробку на стол и отошла в дальний угол кабинета.

А я не знал, какими словами объясниться перед самим собой. Разозлился на себя, потому что хотел этот подарок так, как никогда, но не мог себе позволить взять подачку от врага.

Изматывающие чувство — хотеть, но не брать, когда даже предлагают.

— Дан, зачем ты приехал? — выдохнула она, а я как будто оклемался от затяжного запоя, точно осознав ответ на этот вопрос.

Мне нужна минута счастья хоть в этот день…

Я даже не понял, как оказался около неё.

Потому что все — крышу сорвало, стоило лишь придумать для себя оправдание. Я не жаждил поцелуев Скрипки — я получал свой подарок.

Честно, меня порядком так ушатали собственные отговорки. Я задолбался врать ей, лицемерить самому себе. Мне хотелось поделиться с этой девушкой тем, что я чувствую: и злостью, и обидой, и ненавистью, и презрением, и даже любовью. Рассказать ей, как мне было до физической боли во всем теле хреново от её предательства. Выслушать её в конце концов. И чтобы она не сказала, забыть навсегда наше дерьмовое прошлое и позволить себе быть счастливым.

Но это неисполнимое желание.

Только вот стоило лишь мысленно озвучить его, и пробки вышибло, и даже в нескольких местах проводка перегорела.

Обхватил её лицо двумя руками и пропал в сладости её губ.

Клянусь, я даже понимал, что Энн может неправильно меня понять. Может решить, что я простил её, узнав, что не Лола, а она организовала праздник.

Но я был готов сегодня и сам принять такой расклад, а завтра непоколебимо разнес бы мир Беловой в щепки, отказавшись от этой иррациональной привязанности.

— Дан, зачем ты приехал? — повторила она, когда я какими-то нечеловеческими усилиями оторвал себя от её губ. Ведь её язык отвечал на каждую мою ласку.

— Хотел узнать, почему ты попросила Лолу подыграть?

— Потому что у тебя с ней ещё может что-то получиться, в отличие от нас, — руки, которые только что прижимал её, опали, а глаза защипало…

— Расслабься, Дан! Ну, давай же! — приказываю я себе. — Не смей перед ней оправдываться. Она вправе думать, что не она, а Лола заставляет твое сердце стучать.

Но как окаменеть?

Как не сойти с ума, если Скрипка раскручивает передо мной омерзительный сценарий.

Бесячая выскочка…

Мать её!

Как же я ненавижу её. Ненавижу за умение выставлять меня fool. За то, что она умеет найти идеальный момент, когда я слаб. Я примчался через весь город к ней, чтобы ощутить свою значимость для нее, а не вот это…

— Дан, я ещё замужем. И не знаю, когда это изменится. Да, я уехала от мужа в Москву, никогда не любила его, но я была ему настоящей женой. Нас связывал не только брачный договор. А сейчас вопрос: простишь девушку, которая любила тебя, но спала с другим. Вот и я знаю, что нет, — ответила она за меня. — Ты прав, какие бы ни были мои причины, они не заставят тебя перестать чувствовать ко мне отвращение. А дешевым вариантом на несколько ночей я могу быть для кого угодно, но не смогу стать для тебя. Потому что любой другой будет меня