Ненужная жена ледяного генерала - Юлий Люцифер

в браке с вами. Именно поэтому совет стремится избежать дальнейшего ущерба для обеих сторон.— Для обеих? — спросила я. — Или для ваших печатей?Веста тихо вмешалась:— Лиора, никто не хочет вас изгнать. Вам предлагают свободу от крепости, которая причиняет вам боль.Я повернулась к ней.— Вы так красиво называете изгнание свободой. Наверное, тренировались.— Я видела женщин, которые ломались, пытаясь нести дар, для которого не были созданы.— Нет. Вы видели женщин, которых ломали, а потом записывали, что они не выдержали.На ее лице не дрогнул ни один мускул.Лаувен положил ладонь на футляр.— Госпожа Невант. Север суров к тем, кто путает личную обиду с долгом. Вам дают возможность уйти богатой, защищенной и живой.— А если я останусь?— Тогда вы станете центром борьбы, которую не понимаете.— Я уже стала.— Тогда вы можете пожалеть, что не выбрали экипаж.Сайрен сделал шаг вперед.— Меркграф.— Что? — Лаувен даже не повернулся. — Я говорю то, что все здесь думают. Крепости нужна будущая госпожа, способная работать с советом, а не женщина, которая спорит с каждым решением и будит старые комнаты.Будущая госпожа.Слова повисли над столом.И теперь уже никто не мог делать вид, что речь только о моей безопасности.Я посмотрела на Весту.Она опустила глаза.Идеально.— Значит, вот оно, — сказала я. — Невеста для севера.— Госпожа Роннель доказала пользу крепости, — сказал Хайр осторожно. — Ее родовая система печатей способна…— А я доказала неудобство.Сайрен резко сказал:— Хватит.Но я уже поднялась.Не быстро. Спокойно.— Нет, генерал. Пусть договорят. Утром меня называли бесполезной, вечером предлагают усадьбу и отъезд, а между этим вводят другую женщину к очагу и обсуждают будущую госпожу. Мне хочется услышать формулировку полностью. Чтобы потом никто не говорил, что я неверно поняла.Лаувен смотрел на меня почти с интересом.— Хорошо. Крепости нужен союз, который обеспечит управляемую защиту. Ваш брак с генералом стал источником неопределенности.— Мой брак? Или ваш подлог?Хайр дернулся.Сайрен повернулся ко мне:— Лиора.— Нет. Я не уйду.Слова прозвучали тише, чем я ожидала.Но их услышали все.Веста подняла глаза.— Подумайте. Никто не станет осуждать вас за желание начать заново.Ах, как точно.Свобода. Деньги. Новое имя. Мягкий край за перевалом, где нет ледяных стен, старых рам, шепчущих ворот и мужа, который слишком поздно начал понимать, что творит.Часть меня действительно устала.Часть меня хотела выйти из этой крепости, сесть в экипаж и больше никогда не слышать, как камни зовут по имени.Но тогда здесь останутся Риван, Эльна, Мира, Гранн, Сола.Останутся пустые рамы.Останется прежняя Лиора, которая спрятала записку и не успела спасти себя.А вместо памяти придет порядок.Я взяла футляр со стола и открыла.Внутри лежали документы на усадьбу, дорожная печать, список слуг, перевод средств. Все заранее подготовлено. Не за час. Не после шквала. Намного раньше.Я закрыла футляр.— Вы были уверены, что я соглашусь.Хайр сказал:— Это разумное предложение.— Нет. Это предложение для прежней Лиоры. Той, которая молчала достаточно долго, чтобы вы поверили: она согласится исчезнуть красиво.Я отодвинула футляр.— Я остаюсь.Лаувен тихо усмехнулся:— Из любви к генералу?Сайрен напрягся.Я посмотрела на маркграфа.— Нет. Из уважения к женщине, которую вы почти стерли.Комната замолчала.Сайрен не сводил с меня взгляда.Веста чуть наклонила голову, и на ее лице впервые появилась тень настоящего раздражения.Хайр собрал документы.— В таком случае совет будет вынужден рассмотреть вопрос о законности вашего удержания имени на воротах.— Рассматривайте. Только пишите аккуратно. Я теперь читаю формулы.Ортен тихо сказал:— И довольно быстро.Лаувен поднялся.— Совет окончен.— Нет, — сказал Сайрен.Все повернулись к нему.— Госпожа Невант останется в крепости. Доступ к архиву сохраняется. До выяснения подлога в брачном договоре любые разговоры о новом союзе, снятии имени или передаче функций печатям прекращаются.Лаувен медленно повернул голову.— Вы отдаете крепость во власть непроверенного узла?— Я не отдаю крепость тем, кто пытался купить ее молчание.Это уже был удар.Прямой.По совету.По Лаувену.По Весте.И, возможно, по самому Сайрену, потому что еще вчера он был среди тех, кто принимал мое молчание как данность.Маркграф смотрел на него долго.— Осторожно, Сайрен. Нежданная вина часто выглядит как благородство. Но крепости от нее только вред.— Совет окончен, — повторил Сайрен.На этот раз спорить не стали.Я вышла из малого зала первой.В коридоре воздух показался легче, хотя сердце билось где-то в горле. Ортен догнал меня у лестницы.— Поздравляю, — сказал он. — Вы отказались от богатства, безопасности и возможности больше никогда не видеть лорда Хайра. Последнее особенно трудно объяснить здравым смыслом.— Сама не понимаю, как переживу.— Генерал сегодня сделал сильный ход.— Поздний.— Да. Но сильный.— Вы хотите, чтобы я была благодарна?— Нет. Я хочу, чтобы вы замечали изменения. Благодарность — это уже роскошь.Я остановилась у окна.За стеклом снег снова падал. Тихий, мелкий, почти мирный.— Он сказал “моя жена”.— Сказал.— Зачем?— Потому что юридически это защитило вас от предложения совета.— Только юридически?Ортен посмотрел на меня с легкой грустью.— Госпожа Невант, я смотритель договоров, а не гадатель по мужским запоздалым чувствам. Но если хотите мое мнение: Сайрен сам еще не знает, зачем сказал именно так.Это было хуже любого ответа.Я отвернулась от окна.— Мне нужно в комнату прежних жен снова.— Нет.— Ортен.— Нет. После сегодняшнего совет будет ждать, что вы туда вернетесь. А если Веста действительно оставила там печать, она тоже будет ждать.— Тогда куда?Он хотел ответить, но не успел.По коридору бежал писарь.Молодой, рыжий, с перепачканными чернилами пальцами. В руках у него была большая кожаная папка, из которой торчали листы.— Госпожа Невант! Смотритель Вейш!— Что случилось? — спросил Ортен.Писарь остановился, хватая воздух.— Карта жилых дворов. После распоряжения генерала мы проверяли имена, таблички, переходы, все дворы после шквала.Он развернул перед нами большой лист.План Карн-Эйда.Семь башен, внутренние переходы, жилые крылья, дворы. Я уже начала узнавать некоторые места: второй двор, где мы спасли людей, нижний теплый зал, восточное крыло.— Здесь, — писарь ткнул пальцем в пустое место рядом с северной внутренней стеной. — В старой описи между прачечным ходом и крылом ожидания должен быть еще один жилой двор. По журналам там числились комнаты, очаг, малая галерея и женская лестница.Я посмотрела на карту.Место было пустым.Не зачеркнутым. Не разрушенным. Просто гладкое пятно пергамента, будто двор никогда не рисовали.Ортен побледнел.— Какой двор?Писарь сглотнул.— Возвратный.Теплый узел внутри меня резко сжался.Возвратный двор.Слово отозвалось не знанием даже, а болью.Перед глазами на миг вспыхнула прежняя Лиора: она стоит под аркой, держит ладонь над теплой водой в каменной чаше и шепчет слова клятвы. Не свадебной. Настоящей.Той, которую вырезали из договора.Я схватилась за край подоконника.— Лиора? — спросил Ортен.На карте