Ненужная жена ледяного генерала - Юлий Люцифер

обидится, что исследование опасного участка проходит без ее лекарского надзора.— Переживет.— Какой полезный оптимизм.Я посмотрела на Сайрена.— Почему без нее?Он не сразу ответил.— Потому что, если твоя пластина показала “Ронн”, ее род может быть связан с печатью на источнике.— Вы мне верите?— Я верю, что не имею права снова отбросить предупреждение только потому, что оно мне неудобно.Это было почти больно слышать.Не потому что красиво.Потому что поздно.Прачечный ход оказался низким каменным переходом, где пахло мылом, влажной тканью и холодной золой. По стенам тянулись старые трубы, в полу были решетки для стока воды. Здесь работали женщины и подростки; сейчас ход почти опустел после шквала, но у дальней стены двое слуг развешивали на веревках влажные простыни.При виде Сайрена они замерли.При виде меня — поклонились.Одна из женщин шепнула:— Госпожа возвращения.Сайрен услышал.Я тоже.И оба сделали вид, что не услышали.— Здесь должен быть проход к крылу ожидания, — сказал Сайрен.Слуга у стены указал вперед:— Там, ваша светлость. Прямо, потом налево.— А между?— Между? — Слуга растерялся.— Двор, — сказала я. — Здесь был двор.Женщина с простыней нахмурилась.— Нет, госпожа. Тут только стена с трубами.— Давно служите?— Девять зим.— И всегда была стена?Она открыла рот.Закрыла.— Я… кажется, да.Брант тихо сказал:— Госпожа.Я повернулась.На полу у стены лежала лужица воды. Небольшая, с ладонь. В прачечной это было бы обычным делом, если бы вода не текла в сторону стены, а не от нее.Кап.Кап.Из камня выступала влага.Сайрен подошел и положил ладонь на стену. Военная печать вспыхнула синим.Стена покрылась инеем.Ничего.— Пустоты нет, — сказал он.Я подошла рядом.— Можно?Он отступил.Не сразу, но отступил.Я коснулась мокрого камня.Холод. Мыло. Ткань. Руки женщин, которые годами стирали кровь, сажу, детские рубашки, офицерские перчатки. Потом глубже — что-то другое. Теплая вода в чаше. Арка. Двор с маленьким каменным очагом посередине. Женщина в темном платье.Лиора.Прежняя Лиора.Она стояла не одна.Рядом был молодой Сайрен.Видение ударило так резко, что я почти отдернула руку, но удержалась.Он был моложе. Не мягче, нет. Но в нем еще не было нынешней каменной закрытости. На лице — усталость после похода, на плече повязка, на мундире темное пятно. Он стоял у арки, а прежняя Лиора держала чашу с водой.— Это не входит в брачный обряд, — говорил он.— Нет, — отвечала она. — Это входит в возвращение.— Совет не одобрил.— Люди уже в снегу, Сайрен.Он молчал.Потом сказал:— Если ты ошибешься, источник потеряет часть тепла.— Если я не попробую, они потеряют жизнь.— Ты едва знаешь меня.Прежняя Лиора посмотрела на него.— Я не для вас это делаю.И произнесла клятву.Не всю. Стена мешала. Память была повреждена, как страница, залитая водой. Но я слышала достаточно:“Пока мое имя держит дверь, я спорю с холодом за тех, кого он счел потерянными. Пока вода помнит ладонь, путь домой не закрыт. Пока я…”Дальше лед.Серый, чужой.Я открыла глаза.Лицо Сайрена было близко. Он смотрел не на стену — на меня.— Ты видела.— Да.— Меня?— Да.Он медленно вдохнул.— Я не помню этого.— Удобно, — сказала я, но без прежней резкости.Потому что сейчас его лицо было не лицом человека, который прячется за незнанием. Он действительно не помнил. И это было страшнее.Сайрен приложил ладонь к стене снова.— Покажи, — сказал он.Не мне.Крепости.Стена молчала.Он сжал челюсть.— Карн-Эйд, по праву главы крепости приказываю открыть скрытый проход.Синяя печать ударила в камень.Ничего.Только вода стала капать быстрее.— Приказ не работает, — сказала я.— Я вижу.— Нет. Вы не видите. Вы опять просите стену подчиниться, а надо спросить, кого она прячет.Он повернул голову.Наши взгляды встретились.Слуги у веревок стояли неподвижно. Брант смотрел в пол. Ортен — на нас, как на сложный документ, в котором наконец начали проявляться пропущенные строки.Сайрен отступил от стены.— Тогда спроси.Я положила ладонь на мокрый камень и сказала:— Возвратный двор, я ищу не власть над тобой. Я ищу клятву, которую спрятали. Если здесь прежняя Лиора отдала свое тепло, чтобы вернуть людей, покажи место.Вода перестала капать.На миг стало так тихо, что слышно было, как где-то в прачечном ходу скрипит веревка.Потом стена вздохнула.Камень не раскололся. Не отъехал. Он просто вспомнил, что был аркой.Линии проступали постепенно: сначала верхний изгиб, потом боковые края, потом стертый знак распахнутой двери. Трубы, проходившие по стене, оказались не трубами, а замершими водяными жилами, вросшими в камень.Арка открылась.За ней был двор.Не разрушенный.Забытый.Небольшой, почти круглый, окруженный низкими галереями. В центре — каменная чаша с замерзшей водой. Вдоль стен — лавки, крючья для фонарей, два голых деревца в кадках, покрытые инеем. Над двором вместо неба висел мутный ледяной купол, через который просачивался бледный свет.Воздух там был странный.Застоявшийся, но не мертвый.Как в комнате, которую закрыли на долгие годы, а внутри все еще кто-то ждал, что дверь откроют.Сайрен шагнул вперед.Остановился на пороге.Его лицо стало таким, что я невольно тоже остановилась.— Что?Он смотрел на чашу в центре.— Я был здесь.— Вспомнили?— Нет.Пауза.— Но тело помнит.Мы вошли.Как только я переступила порог, теплый узел отозвался сильным ударом. Не болью — узнаванием. Брачная пластина на пальце нагрелась. Камень под ногами был холодным, но в нем хранились шаги: прежней Лиоры, Сайрена, нескольких слуг, солдат, которые когда-то проходили через этот двор и не знали, что их возвращение куплено чужой силой.Ортен шел медленно, осматривая стены.— Здесь нет пыли.— Почему? — спросил Брант.— Потому что место не заброшено. Оно вырезано из памяти. Разница большая. Заброшенное стареет. Вырезанное ждет.Я подошла к чаше.Вода в ней была замерзшей, но не серой, как источник. Прозрачной. Подо льдом лежали мелкие предметы: пуговица от мундира, детская бусина, обломок пера, медная монета, кусочек синей ленты, маленький железный гвоздь.— Что это?Ортен наклонился.— Возвратные метки. Когда кто-то уходил в опасный поход, его близкие могли оставить в чаше вещь, связанную с ним. Держательница возвращения использовала эти связи, если ледяная защита считала людей потерянными.Я посмотрела на Сайрена.Он стоял у противоположной стороны чаши и не двигался.— Ваши люди, — сказала я.— Да.— Вы знали о метках?— Нет.— Но после Черного увала вернулись сорок три человека.— Сорок три.— И никто не спросил, почему?Он поднял глаза.— Я спросил.— И?— Лаувен сказал, что старый переход раскрылся из-за сдвига ветра. Хайр подтвердил по карте. Веста тогда еще не была в крепости.— А прежняя Лиора?Сайрен молчал.Ответ был на его лице.Он не спросил ее.Конечно.Молодая жена. Тихая. Домашний якорь. Женщина, которая, по мнению всех, не имела отношения к войне.Я опустила ладонь на лед чаши.Видение пришло мягче, чем у стены.Прежняя Лиора стоит здесь после клятвы, уже