Бывшая жена дракона. Право на сына - Анна Сафина

благосклонности. Ты наверняка слышала, что Николетта настроена весьма решительно и

хочет дать тебе плетей, чтобы проучить. Но мы же не хотим, чтобы такая прекрасная

бархатистая молочная кожа была с изъянами? Не так ли, Дарина?

Я сжала кулаки, чувствуя, как лихорадочно затряслось тело.

Я сразу поняла, что он имеет в виду и на какие мысли хочет меня навести. Его взгляд

уже не скрывал похоти и скользил по мне с головы до ног, особенное внимание уделяя

отчего-то лодыжкам.

— Я дочь лорда Дагона, владетеля Аллирии, и вас не должно волновать, какие у нас с

ним отношения. Я его дочь и, когда я выходила замуж за Ардена, за меня отдали

большое приданое, которое бывает даже не у всех законнорожденных дочерей.

Этими словами я пыталась дать ему понять, что стою дорого, и если он вдруг нанесет

мне вред, то ему придется отвечать по закону. Он был драконом, который ценил только

золото, так что стоимость моего приданого сейчас играла большую роль. Влияло на то,

на какие действия он решится в отношении меня.

В этот момент я как никогда сильно желала, чтобы здесь оказалась Николетта. Была

готова даже стойко выдержать удары плети, лишь бы не оставаться наедине с похотливым

лордом Янисом.

Сейчас его глаза сверкали лихорадочным блеском, словно он держал себя в руках из

последних сил. То был взгляд зверя, который взял след и не желал отпускать

намеченную добычу.

Он продолжал молчать, а затем вдруг протянул ко мне руку, явно желая коснуться ног в

том месте, где юбка задралась и не скрывала моей оголенной кожи.

Я резко отодвинулась к стене, а затем едва не застонала, почувствовав пульсирующую

боль в висках и затылке. Но была готова перетерпеть, лишь бы не позволить ему себя

тронуть, если вдруг у него лопнет терпение и отключится разум.

— Не смейте меня касаться! Вы не сможете заткнуть мне рот! Только попробуйте сделать

со мной что-то, и всё светское общество узнает о том, кто вы есть на самом деле. В

первую очередь я расскажу об этом вашей жене и дочери. И не думайте, что это просто

так сойдет вам с рук. Арден — чистокровный дракон, а значит, собственник. Несмотря

на то что мы развелись, мы по-прежнему с ним истинная пара. Не забывайте об этом!

Я не стала грозить ему собственным отцом, поскольку его он, кажется, сейчас не

боялся, ведь думал, что поднялся достаточно высоко, чтобы не считаться с некоторыми

кланами, включая род Аллирии.

Мне претила сама мысль, что нас связывает с Арденом истинность, но сейчас это был мой

единственный шанс на спасение.

— Глупая гусыня ты, Дарина.

Видимо, лорд Янис настолько забылся открывшимися перспективами благодаря дочерям,

одна из которых замужем за главой северных драконов, а вторая вскоре родит лорду

Захрана ребенка, что решил, что они его защитят, если с кем-то у него возникнет

конфликт.

— Держите себя в руках. И выпустите меня, пока всё не стало хуже. Обещаю, про подвал

ничего не расскажу, если на этом всё и закончится.

— Неужели ты думаешь, что я какой-то зверь? Я люблю женщин, но ни к чему их никогда

не принуждаю. Люблю добровольную любовь. Да и разве я урод? Многие сами на меня

вешаются. Я достаточно влиятелен сейчас и смогу тебе помочь. Разве ты хочешь, чтобы

твою прекрасную спинку исполосовали красные отвратительные шрамы? Я единственный,

кто может усмирить дочь. Да и будем откровенны, сына твоего Арден не признает, а как

только Николетта родит, ее кровожадность возьмет верх, и твой сын окажется в

опасности. Кто знает, что взбредет ей в голову. Между ней и тобой стою лишь я. Разве

моя помощь — недостаточная плата за благосклонность ко мне?

Мне было мерзко от его приторного взгляда, который продолжал скользить по моему телу,

но, к счастью, он больше даже не пытался меня коснуться.

Я выстроила между нами мысленную стену, чтобы хоть как-то отгородиться, и это

помогло. Я выдохнула с облегчением, что, несмотря на то, что мы оказались наедине в

каком-то подвале, где никто не услышит моих криков, он пока что сохранял в себе

разум.

Впрочем, он, видимо, был слишком самолюбив, чтобы что-то получать силой. Хотел, чтобы

я согласилась сама.

Таких, как он, я еще не встречала и оттого ориентировалась в моменте.

— Вы держите меня насильно в подвале, о какой добровольности может идти речь? Неужели

думаете, что сможете меня запугать настолько, чтобы заткнуть рот? Мое предложение

всё еще в силе. Отпустит меня сейчас, и никто не узнает о ваших выходках.

Я быстро перевела тему и попыталась убедить его отпустить меня, не желая оставаться в

темном и сыром помещении еще на неопределенное время. Боялась, что могу застудить

тело и грудь, и у меня пропадет молоко. Тогда придется искать для Мира кормилицу, а

я делать этого сильно не хотела, чтобы не допускать к нам посторонних.

— А ты строптивая. Я люблю таких укрощать. Думаю, лекарь тебе пока не нужен. Через

часик сюда подойдут Николетта и мой слуга. Если вдруг ты не хочешь быть помеченной

плетью, скажи ему, что заключила со мной сделку. Он сразу всё поймет. Я дам ему

инструкции. Время еще есть, девочка, так что я пока оставлю тебя подумать в темноте,

а сам пойду, позавтракаю в кругу семьи. Не скучай.

Он встал и резко потушил огонек на ладони, после чего всё снова погрузилось в темень.

Я зажмурилась и протерла пальцами глаза, но когда открыла их снова, дверь уже была

закрыта.

Я начала осматриваться по сторонам, пытаясь понять, есть ли здесь хоть кусочек света.

Нутро опоясал страх, ведь я никогда еще не оказывалась в подвале. Даже леди Римма

была достаточно благоразумной, чтобы не подвергать меня такому наказанию.

Я закрыла глаза и обхватила себя руками, чтобы не сойти с ума и не начать завывать от

страха.

Неужели меня никто здесь не найдет?

Глава 15

Время тянулось для меня безумно медленно.

Я не понимала, сколько я здесь нахожусь: то ли несколько минут, то ли несколько

часов.

Благо, что в двери были щели, сквозь которые пробивался свет, так что со временем мои

глаза привыкли к полутьме. И пусть я практически ничего не видела, мне было так

проще, так как у меня не было чувства, что я нахожусь в небытие.

Ни на что соглашаться я,