Бывшая жена дракона. Право на сына - Анна Сафина

Я не понимала, откуда оно исходит, а после услышала голос этого господина Неда.

Несмотря на то что он пытался скрыть страх, он всё равно прорывался в его тоне, и я

его прекрасно слышала.

— Леди Николетта, я правильно расслышал вас? Эта женщина — истинная пара лорда Ардена

Северного? Вашего мужа?

— Это тебя не касается! — резко ответила ему леди Клара.

— Ну ладно, мама, не серчай на него за любопытство. Я сегодня в хорошем настроении,

так что и сама отвечу. Господин Нед, это неважно, истинная пора она или нет. Арден

сам от нее отказался, даже изменил ей с ее сестрой. Но вы, наверное, в курсе всех

светских сплетен. Нет нужды всё вам объяснять. Так что вы сами понимаете, что она

ему не нужна. А с этими шрамами и подавно. Ни один дракон не потерпит возле себя

несовершенство и уродство.

От боли я не могла открыть глаза и лишь чувствовала, как по моим щекам текут соленые

слезы. Мне было настолько плохо и больно, что я даже не могла стонать, просто лежала

ничком и не могла пошевелиться. Казалось, я не чувствую ни ног, ни рук, ни единого

кусочка тела.

Я лежала на этом грязном вонючем матрасе и молилась о забвении, чтобы не чувствовать

боли, но такого благословения мне не предоставили.

— Как бы вам не накликать беду на себя и всю семью, — тихо произнес господин Нед, но

женщины проигнорировали его или фыркнули, сказав, что он несет глупости и не должен

принимать мою сторону.

— Мама, обязательно вызывать лекаря прямо сейчас? Может, пусть она помучается? Отец

ведь не говорил, что мы должны вызвать целителя сразу же после порки, –

воодушевленно спросила Николетта у матери. Кажется, она по-настоящему наслаждалась

чужими страданиями.

В детстве я настолько сильно порой ненавидела леди Римму за то, что она меня часто

наказывала и оскорбляла, но никогда даже в самые тяжелые времена мне не хотелось,

чтобы она исчезла или умерла.

Мне казалось всегда, что жестокость — качество врожденное, и зависит не от чувства

ненависти в груди, не от несправедливости или чужих издевательств, а от того, кто

эту ненависть испытывал.

Во мне никогда не было той самой жестокости, и зла я никому никогда не желала. Даже

мачехе. В отличие от Николетты, в которой были сконцентрированы все отрицательные

качества, которые я знала.

Возникла вдруг мысль, что к ней вряд ли кто-то плохо относился, уж слишком у нее

скверный характер. Она легко могла дать другим отпор.

А я… Я всегда была слишком слабой и мягкой, немстительной, из-за чего и получала всю

жизнь тумаки.

Даже моя сестра Аиша соблазнила моего мужа лишь потому, что знала, что я ей ничего не

сделаю, и она останется безнаказанной. Да что уж говорить, я ведь пригласила ее к

нам в поместье из чувства привязанности к семье, совершенно забыв, что когда-то и

она меня унижала.

— Нет, дочка, твой отец ничего по этому поводу не говорил, поэтому мы не нарушим

никаких его приказов, если вдруг забудем, что сегодня нужно вызвать лекаря. Не умрет

же она, если останется тут на ночь в таком виде.

Леди Клара рассмеялась, а затем этот смех подхватила и сама Николетта.

— Леди Клара, я забыл сказать вам, что ваш муж передал вам, чтобы вы зашли к нему

сразу же после этого. Он хочет обсудить с вами что-то, касающееся вашей дочери, –

произнес вдруг господин Нед, прерывая их глумление.

— Насчет меня? — заинтересованно спросила Николетта.

— Ох, дочка, поверь, это не насчет тебя, — вздохнула леди Клара. — В последнее время

ты очень радуешь нашего отца, поэтому не беспокойся, сейчас его мысли занимаешь не

ты, а, скорее, Ириса. Мы как раз накануне обсуждали ее будущее, так что отец

наверняка хочет со мной обсудить ее положение.

— Ну да, Ириса подвела его. Лорд Захран не хочет разводиться ради нее, чтобы жениться

на ней, так что единственная участь, которая ее ждет — это быть его любовницей. Ну

или наложницей, если законопроект, о котором так грезит наш отец, одобрят. Ничего не

имею против его любовниц, которых он хочет сделать наложницами, но не понимаю, зачем

ему это. Ни одна из них не родила ему сына, соответственно, у него нет на стороне

наследника. Я, конечно, ничего не скажу отцу, но я против этого законопроекта. Как

ты думаешь, мама, не будут ли дети Ирисы от лорда Захрана угрозой для меня и нашего

с Арденом сына? Не захочет ли она свергнуть меня и посадить на место главы клана

своего сына?

Кажется, порой в этой глупой голове всплывали и умные мысли.

Николетта думала, что отец возлагает на нее большие надежды, но на самом деле она

была всего лишь одной из его лошадок, на которую он пока что поставил большую часть

своих финансов. В то время как Ириса сейчас была запасным вариантом.

Думаю, если в будущем Николетта взбрыкнет и уйдет из-под влияния лорда Яниса, он

легко заменит ее Ирисой и устроит переворот, чтобы не терять собственной власти.

— Ох, Николетта, и я надеюсь, что этот законопроект не одобрят, но ты не говори это

при отце.

Я подметила, что у Николетты полностью отсутствовала эмпатия по отношению к матери.

Она не понимала, что обсуждает семейную жизнь родителей не с подружкой, а именно с

мамой, которую так оскорбляет и унижает ее собственный отец.

Она говорит о его любовницах так спокойно, совершенно не задумываясь о том, что ее

матери это приносит боль и дискомфорт.

Вскоре они довольно быстро ушли, так что больше я не слышала, о чем шел их разговор,

но так тщательно прислушивалась, что не сразу осознала, что дверь они не закрыли.

Но когда возле меня раздались шаги господина Неда, поняла, что он не ушел вместе с

ними, а остался.

— Мне очень жаль, леди Дарина. Я не знал, что это вы та, кого так хотела наказать

леди Николетта. Если бы я знал, то предпринял бы попытки ее остановить. Вы не

переживайте, я сейчас же вызову лекаря. Вам не придется истекать тут кровью до утра.

Надеюсь, в обмен на мою помощь о моем участии не узнают ваш отец и лорд Арден.

Несмотря на то что господин Нед изъявлял явно желание мне помочь, я понимала, что это

не по доброте душевной. Просто он не хотел себе в будущем проблем ни со стороны

лорда Дагона,