Измена. Я тебе отомщу - Анастасия Пырченкова

– Не напрягайся, я ничего тебе не сделаю, – прохрипел Александр. – Заказать тебе обезболивающее?

– Нет. Всё в порядке. Мне не больно. Просто неприятно. Не думала, что так будет.

Закусив губу, повернулась к нему лицом.

Александр лежал на боку. Всё ещё немного сонный, помятый и растрёпанный, с едва заметной щетиной на лице. Он улыбался. И было в этой его улыбке что-то такое, магнетическое, отчего у меня сердце с ритма сбилось и возникла острая нехватка воздуха в лёгких. Вспомнилось, что он вытворял своими губами со мной прошлым вечером, и ко всему прочему резко стало жарко. Лицу, ушам, всему телу. Что, конечно же, не осталось незамеченным.

– Ты покраснела, – прищурился муж. – О чём таком подумала?

– Ни о чём, – пискнула задушенным голосом и прижалась к нему ближе, пряча лицо у него на груди.

Мои действия сопроводил тихий смех. И куда более крепкие объятия. Ладонь переместилась с моего живота на спину и сдавила так, что на мгновение стало трудно дышать. Висок опалил горячий выдох.

– Уверена? А то мне показалось…

– Тебе показалось! – перебила я его.

Александр снова тихонько рассмеялся.

– Жаль. Очень жаль. А я уже было хотел повторить…

Не договорил. Прижался губами к моему виску, позволяя самой додумать, что в себе несло данное высказывание.

На ум не приходило ничего хорошего. То есть не так. Хорошее приходило, но всё жуть какое неприличное. И опять связанное с его ртом.

Боже, убейте меня кто-нибудь!

Хотя вряд ли успеют. Я раньше от стыда сгорю из-за собственной испорченности.

Потому что… я бы хотела повторить.

Такой кошмар!

Ужас просто.

Не пристало приличным девушкам так думать.

Но думалось!

Этому немало способствовала упирающаяся мне в бедро мужская эрекция. Александр был возбуждён и не скрывал этого. Я почувствовала влажный след на коже, когда он слегка пошевелился, чтобы принять более удобное положение.

Как кипятком ошпарило.

А ещё захотелось посмотреть. Как он выглядел. Возможно потрогать. Несмотря на твёрдость член ощущался гладким, с нежной бархатной кожей. И невероятно горячим. Он слегка подёргивался, разжигая во мне сильнейшее любопытство. Пришлось закусить губу, чтобы не ляпнуть ничего лишнего. Не пристало вчерашним девственницам проявлять инициативу. Ещё подумает, что я и правда какая-нибудь распутница, которая только и ждала, чтобы запрыгнуть на чей-нибудь член.

Ну а что? Вчера днём только собиралась для Миши ноги раздвигать, а вечером уже громко кончала на члене его брата.

Просто космическое падение в пропасть.

А если Александр думал так же?

Ох…

– Почему мне кажется, что ты опять надумываешь? – послышалось от него тихое над ухом.

Ладонь на спине тоже пришла в движение, медленно поползла вверх, пока не достигла шеи.

И это всё-таки какое-то волшебство. Одно нажатие на позвонки, и по телу пронеслась волна сильнейшего возбуждения. С губ сорвался выдох, а голова сама по себе откинулась назад. Обжигающее висок дыхание опалило шею.

– Какая же ты чувствительная, – выдохнул муж, прикусывая тонкую кожу.

– Я не знала, – призналась ему честно. – В кабинете, после росписи, впервые почувствовала. Из-за тебя.

– Да, всё из-за меня, – повторил Александр, зализывая свой укус.

Я очень старалась не реагировать, но выходило плохо. Пальцы по-прежнему давили на мышцы, и каждый нажим отдавался импульсом точно между ног. Это было жгуче-прекрасное ощущение, перекрывающее все неприятные ощущения. Но когда мужские пальцы достигли попы и тронули плоть, я всё же напряглась.

Александр тут же замер. Голубой взор столкнулся с моим.

– Не бойся, – произнёс хрипло. – Я не стану в тебя входить сегодня. Просто хочу ещё раз насладиться твоей отзывчивостью.

Внутри всё приятно сжалось в очередной раз. Лишь от одних этих слов. А следом я почувствовала, как увлажняюсь, когда его пальцы скользнули дальше и нажали на чувствительную горошинку клитора. Я со стоном подалась навстречу его касанию.

– Вот так, умничка. Расслабься. Тебе будет хорошо.

В этом я не сомневалась. Не после вчерашнего. И, наверное, я всё же испорченная. Потому что не просто вновь позволила себя соблазнить, но и сама шире раздвинула ноги, закинув верхнюю ему на бедро для удобства.

Я потом себя поругаю за такое бесстыдное поведение, сейчас мне слишком хорошо было, чтобы думать о плохом. От каждого движения пальцев, от каждого поцелуя, укуса, по телу разливалось такое удовольствие, что едва удавалось лежать спокойно.

– Красавица? – вдруг остановился Александр.

Я подняла на него мутные от желания глаза.

– Не думай. Просто наслаждайся моментом. Можно.

Его слова стали своеобразным катализатором. А новый поцелуй смешался с новым нажимом на клитор. И я и правда перестала думать о том, как правильно и нет. Отпустила себя. Позволила удовольствию завладеть телом полностью.

Не важно. Всё. Только Александр, его руки и губы.

Он целовал меня медленно, тягуче, словно растягивая удовольствие. Нежно скользил по моим складочкам, заставляя раз за разом выгибаться навстречу пронзительным ощущениям. Волны наслаждения накатывали одна за другой, с каждым разом всё ярче и сильнее. Отзывались дрожью во всём теле. Неимоверно прекрасное ощущение.

– Давай, красивая, кончи для меня, – прохрипел Александр мне в губы, ускорив кружение пальца вокруг клитора.

Давил так правильно и нужно, что голова закружилась от переизбытка ощущений.

Слишком приятно. Слишком остро. Слишком желанно.

Всё слишком.

Но я приветствовала их, снова и снова подаваясь навстречу его рукам.

Комнату наполнило наше общее тяжёлое дыхание и мои тихие стоны. Быть сдержанной больше не получалось. Возможно, потому что я и не старалась. Александр ведь сам сказал: можно. Сам говорил, отпустить себя. Я и отпустила. Упала в пучину удовольствия с головой. И нисколько о том не жалела.

Как же хорошо мне сейчас было, не передать словами.

В какой-то момент я словно воспарила над кроватью, став невесомой, а потом разлетелись на множество ярких звёздочек.

Вцепившись в мужские плечи я содрогалась в экстазе, чувствуя, как каждую мою клеточку заполняет эйфория от пережитого оргазма.

Потрясающее ощущение.

Александр прижал меня к себе ближе, продолжая ласково поглаживать мою плоть, продлевая приятные ощущения, пока я окончательно не затихла в его руках. Тихо выдохнула, ощущая себя желеподобным нечто. Мозг и вовсе отказывался фиксировать реальность.

Как же всё-таки хорошо…

– Вот теперь можно смело сказать, что утро доброе, – донеслось от мужа в поддержку моей последней мысли.

С губ сорвался смешок, и я прижалась к нему ближе. Огладила ладошками