Северный роман - Полина Вишневская

Не то чтобы я этого хотела. Да, сама не верю, но ради приличия...

— Доброе утро, — бросает Родион, словно в нашей гостиной для него обычное дело стоять в полурасстёгнутой рубашке и с расстёгнутыми штанами. — Как свидание с Савелием?

Ника хмурится и переглядывается с ним, будто подозревая что-то.

— Нормально, — говорит она.

— Целовались? — уточняю я, прижимая руки к груди, словно отвлекаясь от своей проблемы.

— Нет, — отвечает она, и её лицо светлеет. — Зато за ручку держались, пока гуляли.

— О, замолчи, — говорю я и оборачиваюсь к Родиону. — Слышал? За ручку!

— По сравнению с тем, чем вы тут ночью занимались, это вообще ничего, — вставляет Ника, лукаво улыбаясь.

Я отмахиваюсь.

— Ничего не было, — шепчу Родиону. — Правда?

— Её грудь на меня кинулась, а мою назвала шиншиллой, — отвечает он, неловко хлопая меня по спине.

— Это вслух?

— Промурлыкала, — улыбается он.

— Бурная ночь, — замечает Ника, всё ещё удивлённая. — Так это… — она показывает пальцем между нами. — У вас роман?

— Что? Нет, — отвечаю я, качая головой.

— Точно нет, — подтверждает Родион.

— Ладно, — Ника переминается с ноги на ногу. — Родион, останешься на завтрак?

— Да он торопится…

— С удовольствием, — соглашается Родион, снова хлопая меня по спине, и уходит на кухню. — Яичницу с тостами сделаю?

— Отлично, — Ника улыбается мне.

Почему мне кажется, что они сговорились против меня и теперь я не смогу стать частью их команды?

— Рассказывай о свидании, — прошу я, садясь за стол с Никой, пока Родион гремит посудой на кухне.

— Было здорово, — она теребит салфетку. — Савелий — огонь, хотя Родион и так это знает.

— Да, — подтверждает Родион. — Парень — загляденье.

— О чём говорили?

— О разном. О детстве, о том, как оно прошло. О нашей с тобой дружбе. Ты всегда была мне как сестра, хотя у меня родных нет.

— Я готова драться за последний кусочек пирога, — говорю я.

— С когтями и всем остальным, — добавляет Ника, и мы смеёмся. — Круто, что кто-то смотрит в глаза с настоящим интересом. У Ильи такого не было. Сначала да, а потом… Не знаю. С ним я чувствовала себя как кукла на ниточках.

Я киваю, вспоминая, как токсично была их связь с Ильёй.

— Рассказывай про ручки.

— Мы гуляли по Янишполю, потом пошли к озеру Онега. Я рассказываю про Москву, а он вдруг берёт меня за руку.

— Отлично сработано, — хмыкает Родион.

— Сначала я в шоке, а потом понимаю — это идеально. Мы переплетаем пальцы. В животе порхают бабочки, чуть дыхание не перехватывает.

— Моё сердце не выдержит, — хватаюсь за руку Ники. — Я в восторге. Второе свидание будет?

— Если позовёт, то да, — отвечает Ника.

— А сама почему не позовёшь? — спрашивает Родион, расставляя тарелки. Он опирается на столешницу, берёт свою вилку и начинает есть. Только тут до меня доходит: он хмурый, но добрый и заботливый. Настоящий защитник. Таких я ещё не встречала. Это одновременно и пугает, и завораживает.

— Никогда никого не звала, — признаётся Ника. — Даже не знаю, что сказать.

— Просто скажи: «В пятницу было здорово. Давай повторим?» — советует Родион.

— Отличная идея, — соглашаюсь я.

— Правда? — Ника задумчиво смотрит на свою яичницу. — Меня это пугает.

— А представь, как Савелий переживал, когда впервые позвал тебя, — говорит Родион. — Пригласить тебя на свидание — серьёзный шаг. Может, поэтому он взял меня с собой. — Он кивает на меня.

— Я была пятым колесом в его телеге, — усмехается Ника.

— «Пятым колесом»? — замечаю я. Родион подмигивает и отправляет вилку в рот.

Боже, если он ещё раз подмигнет, я выпущу из платья свои прелести и потреплю его по голове без стыда.

— Думаешь, он согласится, если я позову? Мы даже не целовались… Может, он мне не понравился?

— Если он держал тебя за руку, значит, понравился. Савелий не торопится. Зови его на свидание, Ника. Уверена, ему понравится.

— Ладно, позову, — глубоко вздыхает Ника. — Спасибо, Родион.

— Не за что.

Ника готовится к важному дню в ванной. Я сижу за столом и наблюдаю, как Родион моет посуду.

Он непредсказуем: то горячий, то холодный. Вчера вечером и сегодня утром, особенно утром, он пробил брешь в моей броне.

Он выключает воду, вытирает руки и поворачивается ко мне. Опирается на столешницу, смотрит прямо в глаза. Рубашка и штаны застёгнуты, но вид у него такой, будто только что вылез из постели. Моя решимость тает.

— Спасибо, — внезапно вырывается у меня.

— За что?

— За завтрак, за помощь, за то, что дал Нике уверенность. Без твоего подбадривания она бы не решилась.

— Ника и Савелий похожи, — говорит он. — Им нужен лёгкий толчок, чтобы сделать то, чего они хотят.

Я опираюсь подбородком на руку и смотрю на него.

— Ты заботливый, Родион.

— Не такой мерзавец, как ты думала?

— Никогда так не думала. Просто… не знаю. Ты умеешь нажимать на нужные кнопки.

— Взаимно, — отвечает он, выпрямляется и засовывает руки в карманы. — Пойду. Увидимся.

Он уже у двери, когда я кричу:

— Подожди!

Я вскакиваю и иду к нему.

Не знаю, зачем, но внутри меня бушуют чувства. Неловко обнимаю его за талию. Он не дёргается, хороший знак. Обнимаю крепче.

Я замираю, ожидая… Его руки обнимают меня в ответ. Щекой я прижимаюсь к его груди и вспоминаю, как хорошо было наверху у Замка Федьки. И сейчас тоже — мы стоим в объятиях.

Я отстраняюсь, он смотрит на меня в упор.

— Почему?

— Подумала, что тебе тоже нужны объятия.

Он медленно кивает.

— Не думал, что это нужно… пока ты не обняла меня.

Воздух кажется застывшим. Из окна тянет свежим ветром, но он не может рассеять напряжение. Злость, любопытство, притяжение — всё это сплелось в тугой узел.

Он смотрит на меня, задерживая взгляд на груди. Затем его глаза поднимаются к моим губам. В его взгляде вспыхивает огонь, грудь вздымается, а челюсть напрягается. Возможно, я не одна, кто ощущает это притяжение.

Он делает шаг вперёд, и мои колени подкашиваются, когда его ладонь ложится на мою талию. Другой рукой он поднимает мой подбородок. Я задерживаю дыхание, надеясь на поцелуй. Надеясь, что ему тоже это нравится, несмотря на все разногласия.

Его палец скользит по моей нижней губе. Он наклоняет голову, но тут Ника распахивает дверь ванной и выходит, насвистывая мелодию.

Родион резко поворачивается и проводит рукой по волосам. О, эта Ника. Она даже не заходит в гостиную, сразу направляясь в спальню.

— Пойду, — бросает он, не поднимая глаз, и идёт к двери.

— Подожди! — кричу я, чувствуя волнение. — Ты можешь… эээ… помочь мне?

Он оборачивается.

— Сейчас?

— Нет, — отвечаю я, хотя