Пышка для отца бывшего. Он мой босс! - Мира Белл

Я молчу несколько секунд. Потом медленно киваю.

— Достаточно, — шепчу я. — Начнём с этого.

Глеб наклоняется ко мне и целует меня. Легко, почти невесомо, но я чувствую в этом поцелуе всё — его обещание, его веру, его зарождающиеся чувства. Я отвечаю, прижимаюсь к нему, и мне кажется, что мир вокруг нас перестаёт существовать.

— Поехали, — говорит босс, отстраняясь. — У нас много дел. Документы ждут.

Я киваю. Глеб заводит машину, и мы трогаемся. Я смотрю на него, на его профиль, на его руки на руле, и чувствую, как внутри меня разливается спокойствие. Я не знаю, что будет завтра. Я не знаю, что скажет мама. Но я знаю одно — я хочу быть с ним.

Глава 13

Я прихожу в офис на двадцать минут раньше обычного. За выходные я почти не спала — мысли о Глебе и реакции мамы не давали мне покоя. Я перебирала в голове каждое слово, сказанное им в машине. Обещание, что он дал моей матери. Все это казалось таким… нереальным. Я пыталась найти подвох, но не видела смысла во лжи, и это пугало меня до дрожи. Я вставала среди ночи, пила воду, смотрела в окно на спящий город и пыталась понять, что чувствую. Но ответа не было — только пустота, заполненная его голосом.

Я сажусь за свой стол, включаю компьютер и открываю файлы с проектом. Субботняя поездка в офис закончилась тем, что мы действительно разобрали документы, но после этого он отвёз меня домой и поцеловал на прощание так, что я разучилась дышать. Я помню его руки на своей талии. Он хотел продолжения, но я сказала «нет». Потому что боялась. Потому что не была готова. Потому что внутри меня всё ещё жил страх, что он использует меня, что я для него просто игрушка.

Я знаю, что босс пришел на работу, но специально не смотрю в его сторону. Даже когда он здоровается с Андреем — совсем рядом, настолько, что по спине бегут мурашки. Мои пальцы замирают над клавиатурой, и я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоить сердцебиение.

В одиннадцать часов я поднимаю голову, чтобы размять шею, и вижу его. Глеб стоит у двери своего кабинета, смотрит на меня, и его взгляд буквально касается моей кожи. Лица, шеи, плеч. Я краснею, отвожу взгляд и снова утыкаюсь в монитор. Понимаю: мне нужно пройтись и попить воды, иначе я сойду с ума.

Сразу уйти не удалось, но где-то через час я все же иду в комнату отдыха. Прохожу мимо кабинета босса и слышу, как он разговаривает по телефону с кем-то из партнёров. Его голос деловой, ровный, но я знаю, каким нежным он может быть… стоп, Алиса! Не о том думаешь!

Я ускоряю шаг и захожу в комнату отдыха. Там пусто. Я стою у кулера, глядя на пузырьки в стакане, и пытаюсь унять дрожь.

На обратном пути у входа в офис я сталкиваюсь с курьером. Молодой парень, лет двадцати пяти, с тёмными волосами и веснушками на носу. Он несёт коробку с документами и почти врезается в меня, но успевает затормозить.

— Ой, прости! — говорит он, улыбаясь. — Я не заметил тебя.

— Ничего, — отвечаю я вежливо, пытаясь обойти его.

Он ставит коробку на пол и протягивает руку.

— Привет. Я тебя раньше не видел. Ты новенькая?

— Я здесь недавно, — я пожимаю его ладонь, хотя хочу поскорее уйти.

Но курьер держит меня за руку на секунду дольше, чем нужно, и его глаза пробегают по моему лицу, останавливаясь на моих губах.

— Меня зовут Дима. Я курьер, часто тут бываю. А ты, наверное, из экономического отдела?

— Да.

Я пытаюсь высвободить руку, но он не отпускает.

— Может, выпьем кофе как-нибудь? — спрашивает он, и его голос становится тихим, почти интимным. — Я знаю тут одно место, недалеко, через дорогу. У них очень хороший капучино и круассаны. Ты любишь круассаны?

Я открываю рот, чтобы вежливо отказаться. Хочу сказать: «Извини, нет времени, или «У меня много работы» — в общем, что угодно, лишь бы нашлась причина уйти. Но тут мой взгляд приковывает кое-кто другой.

Глеб стоит в коридоре. Не рядом с нами — метрах в десяти, у двери своего кабинета. Он только что вышел с телефоном в руке и застыл на пороге, глядя на нас. Его лицо невозмутимо, ничего не выражает — ни гнева, ни ревности. Но я вижу, как его глаза скользят по курьеру, потом по моей руке, которую тот только что держал. Пауза длится долю секунды, и он отводит взгляд, поднимает телефон к уху и начинает говорить с кем-то по работе.

Но я знаю, что он видел. Всё. Каждый жест, каждую улыбку курьера, моё смущение. И внутри меня всё переворачивается.

— Так что, как насчёт кофе? — курьер смотрит на меня с надеждой.

— Извините, — говорю я, чувствуя, как голос предательски дрожит. — Я занята. Правда. Очень много работы.

— Ну, может, как-нибудь в другой раз? — он не сдаётся.

— В другой раз тоже нет. Простите.

Курьер пожимает плечами, улыбается и уходит. А я остаюсь стоять в коридоре, чувствуя, как сердце колотится о рёбра. Я смотрю в сторону его кабинета — дверь уже закрыта.

Я не знаю, о чем Глеб думает. Не знаю, злится ли он, ревнует или ему вообще всё равно. Это незнание сводит с ума больше, чем если бы он накричал на меня, обвинил в неверности или легкомысленности, хотя мы еще и не были полноценной парой.

Через десять минут приходит сообщение на почту. От него. «Занеси мне отчёт по третьему кварталу. Срочно. Г.С.». Я открываю папку, нахожу нужный файл, распечатываю и иду к нему. Мои пальцы дрожат, когда я стучу в дверь.

— Войдите.

Я захожу. Он сидит за столом, смотрит в монитор и даже не поднимает головы. Я кладу отчёт на край стола.

— Принесла.

— Закрой дверь.

Я закрываю.

Глеб