Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Я знаю, что совершила огромную глупость и повела себя ужасно. Но это вовсе не значит, что я плохая.

— И ты дорого заплатила за свою глупость, — немного сухо говорит Летиция. — Это еще очень хорошо, что та сволочь оказалась сообщником Майкла МакКлайфа. Тебе крупно повезло, что он ответит не только за то, что помогал тому типу, но еще и за попытку изнасиловать тебя. А что было бы, если бы тот тип не имел к этому Майклу никакого отношения? Разгуливал бы на свободе, как ни в чем не бывало? Нашел бы еще пару жертв и изнасиловал их? А если бы он вновь встретил тебя и уже точно изнасиловал? Или, прости, господи, убил бы?

— Но тогда я не знала, что этот тип связан с Майклом! — со слезами говорит Наталия. — И подумать о таком не могла! Узнала об этом лишь тогда, когда я увидела его среди тех людей, которые работали на того типа.

— Да какая, твою мать, разница, кто на кого работал? — закатив глаза, возмущается Энтони. — Этого больного ублюдка нужно было посадить в любом случае! Ты была обязана сообщить мне о том, что случилось, и я бы всех на уши поднял, чтобы он получил свое наказание. Не беспокойся, у нас с матерью много хороших связей. Знаем людей, которые вытащили бы эту гниду из-под земли.

— Прости… — Наталия виновато склоняет голову. — Я действительно повела себя безответственно… Но мне правда очень стыдно. И я не хотела, чтобы все так случилось. Клянусь.

— Ох, господи, дай мне терпения, чтобы я не сделал ничего с этой глупой девчонкой… — тихо взмаливается Энтони и резко выдыхает.

— Пожалуйста, папа, поверь мне…

— Ладно, проехали! Будем думать, что мы более-менее разобрались с попыткой изнасилования. — Энтони переводит взгляд на Эдварда. — А теперь разберемся с тобой, Эдвард. Мальчишкой, стыдливо опустивший глаза и думающий, что если он сидит здесь тихо, как мышка, с него ничего не спросят.

Все это время Эдвард молчал с грустью во взгляде смотря на Наталию и чувствуя, как его сердце сжимается, пока она со слезами на глазах пытается оправдаться. Но сейчас он резко бледнеет и испуганно смотрит на Энтони, вжав голову в плечи.

— Ты повел себя еще более отвратительно, чем вот эта длинноволосая красавица, — спокойно, но сухо говорит Энтони. — Я понимаю , что ты приревновал мою дочь и посчитал ее предательницей, когда увидел те фотографии. Но я хочу, чтобы ты уяснил некоторые вещи. Во-первых, Наталия никогда не изменяла тем, с кем встречалась. Если ей хотелось прекратить отношения, то она прямо говорила об этом. Во-вторых, моя дочь всегда любила тебя и открыто говорила это мне и Летиции. И тебя она уж точно не собиралась бросать. Ну и в-третьих, позволь спросить кое-что. Неужели у тебя не хватило мозгов догадаться, что у нее была истерика из-за тех чертовых фотографий? Как можно было быть таким слепым безмозглым дебилом, перед глазами которого рыдала девушка?

— Я видел ее истерику, мистер Рочестер, — спокойно отвечает Эдвард. — Но прошу вас, поймите мои чувства и то, что я испытал, когда увидел свою девушку в объятиях другого. У меня и в мыслях не было догадки, что над ней могли так издеваться. И уж точно не думал, что ее могли подставить с помощью тех фотографий.

— Да? А я думаю, ты знал , что эту кашу заварил твой дядюшка.

— Нет, клянусь, я и знать не знал, что обидчик вашей дочери связан с моим дядей. Он никогда не показывался в его доме, а дядя Майкл никогда не говорил о нем. Хотя в какой-то момент дядя начал давать намеки на то, что ему что-то известно насчет этой истории. Но я узнал обо всем слишком поздно. Тогда, когда уже натворил много всего ужасного.

— Хорошо, допустим, ты говоришь правду. — Энтони переводит взгляд на Наталию. — Тогда вопрос к тебе, Наталия. Что тебе мешало рассказать Эдварду о том, что с тобой произошло?

— Я же уже сказала, что тот тип запугал меня и пригрозил убить, если кто-то узнает об этом, — тихо отвечает Наталия.

— Это мы уже поняли. Но неужели ты сознательно была готова пожертвовать отношениями из-за страха рассказать правду?

— Я была слишком шокирована. Постепенно этот кошмар начал забываться, потому что Эдвард, сам того не понимая, делал для этого все возможное. — Наталия тихо шмыгает носом. — Однако когда он показал мне те фотографии, воспоминания мгновенно атаковали меня, и я не могла ничего поделать с собой. Клянусь, я хотела все рассказать, но устрашающий голос того типа останавливал меня… Да и в глубине души я думала, что это было бесполезно, потому что Эдвард был страшно зол и не хотел ничего слышать.

— Ладно. А как у Эдварда оказались эти фотографии? Не с неба же они свалились!

— Мне прислали их по тому адресу, где я жил в то время, — спокойно говорит Эдвард. — Точнее, их прислал мой дядя Майкл. Это был простой белый конверт с моим именем и адресом той женщины, у которой я раньше жил. И когда открыл его и увидел те фотографии, то сразу же поехал сюда, чтобы потребовать у Наталии объяснений.

— А что произошло с теми фотографиями после того случая? У кого-нибудь они остались?

— Эдвард оставил их у меня, — тихо говорит Наталия. — Не забрал их, когда ушел отсюда. Долгое время они лежали в моей комнате. Перепрятала их так, чтобы вы с мамой не нашли их. Но однажды мне позвонил человек, который ведет дело Юджина Уэйнрайта, и попросил привести ему те фотографии, чтобы добавить их к материалам дела. Ну… Я была только рада избавиться от них… И отдала конверт.

— Ох, господи, какой ужас… — слегка дрожащим голосом произносит Летиция, приложив руку ко лбу. — Я в шоке… У меня просто нет слов…

— Хорошо, с этим разобрались, — спокойно говорит Энтони и переводит взгляд на Эдварда. — Эдвард, а